Чтение онлайн

Все рыцарство пойдет за ним. Прими же мой совет.

В том, что теснят тебя враги, ты сам и виноват.

Скорей пошли в Бокер послов, что складно говорят,

45 Пусть всех людей и лошадей бокерцы возвратят,

За это город им отдай. Ведь мысли их лежат

В том направлении, в каком доступны мир и лад.

Сей выход, граф, устроит всех, коль сердце мне не лжет:

И без Бокера у тебя земли невпроворот».

50 «Сеньор, — ответствовал Симон, о ком молва идет, —

Совсем не к месту твой совет, в нем есть измены яд.

Скорее будут все мечи в крови по рукоять,

Чем я бокерцам уступлю. Получат укорот

Враги, и, в том сомненья нет, на них мой гнев падет.

55 Юнцу вдвойне я отомщу, поймет он свой просчет!

Меж тем и в трусости меня никто не упрекнет.

Я буду город осаждать семь лет[490] из года в год

И с ним по-свойски поступлю, когда придет черед».

Я вам скажу, что граф Монфор спокоен был навряд,

60 Когда велел своим бойцам, пришедшим для осад,

Возвесть вкруг станов боевых поболее оград,

Дабы и конь не одолел высоких тех преград.

Когда же вечер наступил и стал тускнеть закат,

Везде, снаружи и внутри, раздался шум, набат,

65 Запели трубы и рога. Задумал супостат

Затеять утром бой.

Лесса 161

Клянусь, затеять утром бой был рад любой вассал,

Всяк с ночи доброго коня взнуздал и оседлал.

Во всем Бокере никого врасплох бы не застал

Сигнал к атаке боевой. И вот рассвет настал.

5 И с той, и с этой стороны никто не отставал,

На латах стягивал ремни, кольчугу надевал.

Сияли золотом щиты, их блеск глаза слепил...

И так французов граф Монфор на битву вдохновил:

«Бароны! Наш священный долг — сражаться что есть сил,

10 Не зря же рыцарством Креста нас Рим провозгласил!

И коль тернистую стезю избрал Святой Престол,

Должны мы выполнять свой долг, куда б сей путь ни вел.

Что в битвах я ни приобрел, что ни завоевал,

Все вам, товарищи мои, дарил и раздавал.

15 Я не обидел никого, любому столько дал,

Что если б недруг у меня край ныне отобрал,

То я сказал бы, что никто надежд не оправдал.

Вопрос о праве на Бокер святой примас решал[491],

Бокер — владение мое, и если враг смешал

20 Добро и зло, а я бы спор мечом не разрешил,

То все деяния свои во прах бы сокрушил.

Клянусь, еще и потому я так рассвирепел,

Что враг на рыцарей моих со всех сторон насел.

Когда бы им я не помог, о них не порадел,

25 Я б, сердце бедное разбив, от горя поседел.

Меня не ставя, видно, в грош, враг вторгся в мой предел,

Но всех в куски я изрублю, кто честь мою задел».

И все ответили: «Сеньор, у нас — один удел,

И мы все силы отдадим успеху ваших дел».

30 Чтоб враг о превосходстве сил и думать перестал,

Раймон у городских ворот своих бойцов собрал[492].

Там с горожанином файдит в одном строю стоял,

Дреколье нес простолюдин и лучник лук держал.

И так, к дружине обратясь, сеньор Ростан сказал:

35 «Сеньоры, все мы поклялись спасти наш край от зол,

И если б кто-нибудь из нас товарищей подвел,

Бежал, свою спасая жизнь, и трусость проявил,

Весь мир предателем его навеки б заклеймил».

И молвил храбрый д’Авиньон, который сердцу мил:

40 «К смиренью звали нас попы, но был ущерб не мал

От лживых слов, всяк на себе их силу испытал.

Из-за изменников-попов сеньор наш нищим стал,

И всюду зрим мы чужаков, что полнят склон и дол.

Тот путь, что Рим нам указал, отнюдь не в рай привел!

45 Иной путь к свету и добру Господь нам даровал:

Сеньоры, злобного врага разите наповал,

Ведь о спасении души лишь тот не забывал,

Кто сюзерена защищал и храбро воевал.

Наш граф увидит и поймет, кто перед ним — бахвал

50 Иль рыцарь телом и душой, достойный всех похвал,

И щедро воину воздаст, что жизнью рисковал».

Встав перед всеми, Аземар такую речь держал:

«Сеньоры, скоро грянет бой. Хочу, чтоб каждый знал:

Сражайтесь стойко, чтобы враг нас в первый миг не смял.

55 Французы атакуют нас, а так как всяк здесь смел,

То мы их в бегство обратим и в груду мертвых тел».

Тут все в движение пришло, едва лишь рог запел,

Весь мир, казалось, встал вверх дном, с привычных мест слетел,

Трубили трубы и рожки, стократно клич гремел,