Чтение онлайн

Набитый дегтем и смолой, бокерцы «кошке» в бок

Попали, как возник огонь, что чуть ее не сжег.

20 Меж тем, сзывая горожан, трубит военный рог,

Баронам браться за мечи приходит час и срок,

И честь свою, и жизнь саму оставив под залог.

Сеньор Филйпо в бой спешит, закрыв забралом лик,

Он низко голову склонил, как разъяренный бык,

25 И всех рогатиной разит, настолько зол и дик.

Его встречает Белафар, подъемля гордый стяг,

И бьет, и колет, и разит, и рубит так и сяк,

И рыцарь падает с коня, став пищей для собак.

Клянусь, то славный был удар! Филипо, видит Бог,

30 На землю рухнул, словно сноп или костей мешок.

Но рать французов велика. Полны и дол, и лог

Лавиной шлемов золотых. Примяв зеленый луг,

Сеньоры Ги и Амори, Фуко, Ален и Юк

К Бокеру правят лошадей, сметая все вокруг.

35 Я не могу вам передать, какой тут шум возник;

В одно смешались конский топ, рев труб, призывный клик;

Зашлись сердца у горожан, скажу вам напрямик.

Не дрогнул только юный граф, не сжался он в комок,

Но в гущу схватки поспешил, подъемля свой клинок.

40 И встал с ним рядом Драгонет, и так он графу рек:

«Клянусь, что в мужестве, сеньор, тогда лишь будет прок,

Когда оно прогонит вспять гордыню и порок!»

И так воскликнул Рабастенс: «Иль трусу невдомек,

Что слава только храбрецу сплетает свой венок?

45 Так будем драться что есть сил, чтоб нас не сбили с ног!»

Тут всяк забрало опустил и к скакуну приник.

Взревели трубы и рога, их был ужасен зык,

И с новой силой вспыхнул бой, все изменилось вмиг.

Сердца файдитов столь тверды и столь свиреп наскок,

50 Что в поле скоро всю траву окрасил крови ток

И много шлемов и щитов удар меча рассек.

Мелькали острые клинки, сгибался грозный лук,

И много было мертвых тел и отсеченных рук.

Отважный рыцарь де Рокфор, что Богу дал зарок

55 Всецело Истине служить, сколь ни всесилен Рок,

И много рыцарей других, чей род весьма высок,

Сражались храбро в том бою, где смерть брала оброк.

И сеча длилась целый день. Но, разделив рубак,

Пришла и воцарилась ночь, сошел на землю мрак,

60 Для прекращения резни подав сигнал и знак.

Когда же утро занялось и заалел восток,

Монфор, который зол и мудр, отважен и жесток,

Собрал товарищей своих, чтоб в этот час тревог

Их мнение узнать.

Лесса 168

Совет в стане крестоносцев

Дабы их мнение узнать, граф отозвал друзей

Подальше от нескромных глаз и от чужих ушей.

И так он рыцарям сказал, скорбя душою всей:

«Я к вам, сеньоры, видит Бог, привязан всей душой

5 И должен вас предупредить, что выбор небольшой

Оставил нам коварный враг. Смириться — стыд сплошной,

Но глупо жизнью рисковать, неся ущерб двойной.

Боюсь, что город устоит спустя и сотню дней,

Мы зря теряем здесь людей, утроив груз скорбей,

10 Придется, видно, отступить, прервав неравный бой.

Мое ли сердце не болит при мысли таковой?

Но выбрать меньшее из зол велит мне опыт мой».

Бароны в мненьях не сошлись, заспорив вразнобой.

«Сеньоры! — их прервал Фуко. — Оставим спор пустой.

15 Тот, кто врагу не отомстил, утратил честь, считай,

Но тот, кто слепо рвется в бой, поставив жизнь на край,

Тот порицания вдвойне достоин, так и знай.

Коль вам по нраву эта речь, то вот вам план иной:

Пускай весь город против нас решит идти войной,

20 Мы не покинем ни на миг свой лагерь боевой.

Мы стан свой будем защищать, в нем сидя день-деньской,

И в том бокерцев убедим, что нам милей покой.

Но я вам Господом клянусь и Девой Пресвятой,

Что будет нашим город сей в конце недели той.

25 Есть возле города приют. Мы за его стеной

Так, что и конь не захрапит, не звякнет меч стальной,

Припрячем рыцарей в броне — пусть встанут на постой.

В часы, когда земную тварь томит жара и зной,

Когда все, пищей подкрепясь, вкушают сон дневной,

30 Мы, подойдя к воротам Лис[512], поднимем шум такой,

Какого не слыхал никто из знавших путь земной.

Бокерцев ужас поразит, какого нет сильней,

Они, оружие схватив и оседлав коней,

Все вместе выйдут из ворот, чтоб дать отпор скорей.

35 Едва лишь выйдут храбрецы и встанут в ратный строй,