Чтение онлайн

Теперь же, встав перед выбором носиться на жаре и в пыли под угрозой заработать тепловой удар или лежать на раскладушке с книжкой в тени могучего грецкого ореха, Кирилл решил поберечь здоровье. Толстые книги вызывали священный трепет и страх, поэтому предпочтение было отдано скромному изданию в палец толщиной. На мягкой потрепанной обложке значилось: «Собака Баскервилей», что рождало ассоциации с чем-то печально-трагическим в стиле «Муму» и «Каштанки». Но ожидания не оправдались, чтение захватило целиком. Оказалось, на свете существовали и другие собачки. Осилив первое произведение, рука уже без сомнения потянулась ко второму. Риск разочарования все еще был достаточно велик, поэтому объем печатной продукции по-прежнему определял выбор. Тоненькая книжечка с надписью «Эдгар По» оказалась даже лучше: кроме детективов там рассказывались еще и всякие ужасы. А что еще нужно изнывающему от безделья ребенку? Инициация прошла успешно, и с этого момента читалось все подряд, взахлеб и без разбору.

Листая По, Кирилл в одном из рассказов наткнулся на интересную мысль: «Все зависит не только от надежности выводов, но и качества наблюдения». Идея для неокрепшего детского ума была, вероятно, слишком сложной, но в голове застряла. Повзрослев, Кирилл взял ее на вооружение – старался обращать внимание на малейшие детали и случайные оговорки, которым другие не придавали значения. И всегда стремился перепроверять информацию, насколько бы ни был надежен источник. Именно по этой причине Самойлов решил сам наведаться в арт-салон. Но не один, а для верности с группой поддержки.

Местом службы Кирилла в последние несколько лет была контора, которая занималась элитной недвижимостью. Кроме стандартной функции «купи-продай», она также оказывала всяческие услуги от обустройства территории до ремонта «под ключ». Клиенты попадались разные, но в основном капризные. Больше всего проблем с ними возникало, когда речь шла о дизайне интерьера. Одни не знали, чего хотели, или не могли толком объяснить, предлагая сотрудникам фирмы развивать интуицию и учиться читать мысли. Другие знали настолько хорошо, что переубедить их в чем-то было просто невозможно. Даже если несли они полную чушь. Данный рабочий момент был учтен в штатном расписании. Помимо архитектора, конструктора и дизайнера имелась там и парочка искусствоведов, причем довольно высокого класса.

Вот их-то и решил Кирилл привлечь к делу. Специалисты интеллектуального труда, несмотря на весомые заслуги перед отечественной культурой, отнеслись с пониманием и сопротивляться не стали. Такое решение объяснялось довольно просто: все сотрудники креативных специальностей боготворили Самойлова и готовы были носить на руках. Причина была банальна: только он один мог найти подход к капризным клиентам. Вздорные и строптивые владельцы особняков на Рублевке буквально через пару часов общения с молодым человеком вдруг начинали проявлять склонность к конструктивному диалогу.

Без некоторого шаманства, конечно, дело не обходилось. Кирилл рассыпал перед заказчиками чертежи, эскизы, фотографии, каталоги, образцы тканей и прочий реквизит. В общем, все то, что способствовало отвлечению внимания. Сам же в это время обволакивал вдохновенными рассуждениями на тему концепции единого пространства, внутренней гармонии и уравновешенности горизонтальных и вертикальных линий. Со стороны деловая встреча больше напоминала неформальное общение мудрого Каа с бандар-логами. В итоге клиент и исполнитель приходили к согласию и взаимопониманию, которое выражалось в подписании проекта после небольших доработок.

Сослуживцы, неспособные добиться подобных коммерческих результатов, наивно и не без зависти полагали, что Кирилл обладает каким-то удивительным даром убеждения или, на худой конец, владеет гипнозом. Но это было не так. Вся хитрость заключалась в предварительной подготовке и все том же качестве наблюдения. С этой целью молодой человек первую встречу всегда назначал на территории заказчика, и неважно, где именно – дома или в ресторане. Заведение общепита тоже показатель эстетических пристрастий. Как бы вкусно там ни готовили буйабес и беф бургиньон, если интерьер не соответствовал элементарному критерию «нравится», вряд ли клиент заглянул бы туда еще раз, а тем более стал бы назначать встречу. Ну а про дом и говорить не приходилось, там все было как на ладони.

Формат мероприятия тоже имел значение. Хорошо известно: тот, кто платит, и тот, кто принимает решения, – не всегда одно и то же лицо. Поэтому посмотреть в глаза всем чадам и домочадцам – не праздное любопытство. Ну и конечно, дать им высказаться. При таком подходе неформальный лидер выявлялся практически сразу. Как правило, им оказывался глава семейства или его супруга. Правда, бывали и более интересные случаи: в доме верховодила мама какого-нибудь банкира или высокопоставленного чиновника, которая все никак не могла отпустить великовозрастного сыночка от своей юбки. Вот с этим-то лицом, принимающим решения, и проводилась основная работа. Демонстрировались законченные проекты для других клиентов с ненавязчивым упоминанием социального статуса заказчика и степени его удовлетворенности результатом. Проводилась ознакомительная лекция о последних трендах в области дизайна и новинках на рынке строительноотделочных материалов. Целью, конечно, было не расширение кругозора слушателей, а их реакция на сказанное и показанное. Она моментально считывалась и записывалась на подкорку. Без изящной, ненавязчивой лести дело, конечно, не обходилось. Но главное, дальше оставались сущие пустяки: выявить истинные потребности и определиться с цветовыми пристрастиями.

Вот с этим багажом знаний Кирилл потом и отправлялся в архитектурный отдел. Четко поставить задачу уже не составляло труда. Как правило, на выходе продукт имел стопроцентное попадание. Самойлов и припомнить не мог, когда что-то приходилось переделывать по два-три раза. Ко всему прочему, от подобного подхода имелся также приятный бонус. Молодой человек умудрялся практически всегда согласовать с заказчиком превышение сметы, которая в некоторых случаях могла быть больше начальной суммы раза в два. Как известно, в подобных компаниях сотрудники имели лишь номинальный оклад, основной доход приходился на процент от сделки. За такое мастерство коллеги творческих специальностей готовы были сдувать с Кирилла пылинки и удовлетворять любые личные просьбы.

И вот с этими штатными искусствоведами Кирилл и решил наведаться в салон. Ни в какую мафию, торгующую по всему миру уникальными камнями, он, конечно, не верил. Сестра увидела странную бумажку и вцепилась в нее, как бульдог. Выстроила на пустом месте целую теорию, в которой роли нашлись всем, кто попал в поле зрения. Можно было только поражаться ее неуемной фантазии. Самойлов, конечно, выдвинул версию бытового убийства, но сам в нее не верил. Ляпнул просто так, исключительно чтобы подразнить Киру. На самом же деле на что стоило обратить внимание – это кража ключей. Ни Оля, ни Андрей не стали бы этого делать. Зачем, если просто можно стянуть дома из сумки, если так приспичило? Определить на глаз, кто бы это мог быть, на данном этапе не представлялось возможным. Логично тогда начать с ответа на вопрос «зачем?». Естественно, чтобы забрать что-то. Веричева-младшая уверяла, что дома ничего сверхценного нет, а в машине и подавно. Раз так, напрашивался единственно правильный вывод: искать надо на работе.

Зайдя внутрь поступью человека, полного грандиозных замыслов и идей, Самойлов энергично двинулся по лабиринту залов. В арт-салонах ему бывать по делам службы доводилось и раньше. Унылые стены, скудный интерьер. Как говорится, много воздуха. А Наташа молодец, пошла от обратного – уютные залы, домашняя обстановка. Уловила главное – каждому произведению искусства нужна своя атмосфера для правильного восприятия. Даже если ничего не приглянулось, все равно приятно побродить среди прекрасного.

Несмотря на оригинальность подачи, ничего особенного в представленных работах не было. В художественном лабиринте Самойлов задержался лишь раз – у работ в стиле советского реализма. Да и сам зал привлек в себе внимание, слишком уж он походил на машину времени. Вспомнились глубокое детство и поездки в гости к бабушке – бумажные обои в мелкий, невзрачный цветочек, хрустальная ваза с красными гвоздиками на полированном журнальном столике, книжный шкаф с полным собранием трудов Ленина и русской классикой, радиола «Беларусь» на длинных черных ножках с пластинкой Магомаева. Тематика картин под стать обстановке – доярки в коровнике читали газету «Правда» и чему-то мечтательно улыбались, пионеры с горнами и барабанами спешили в светлое будущее и явно боялись опоздать, строители ехали в кузове грузовика по ухабам и весело играли на гармошке.