Чтение онлайн

Опрокинутый котёл отмечал место, где мы оставили наших товарищей. Костёр потух, залитый водой. Моряки сложили собранные нами чудесные раковины в четырёхстороннюю пирамиду высотой в шесть ярусов. Повсюду валялись тушки подвяленных кальмаров, а также три наши шлюпки, бочонок рома и несколько сапог и курток. Но никаких следов пятидесяти с лишним человек, с которыми мы пировали меньше часа назад, не было.

Я окликнул корабль, но ответа не последовало. В двух местах океан яростно бурлил, и толстые оранжевые стебли водорослей, казалось, извивались со зловещим умыслом… извивались и с плеском подбирались всё ближе.

У Арфа вздыбилась шерсть на загривке. Почуяв что-то по-настоящему зловещее, я со всех ног бросился к тому самому холму, на который мы с Отой забрались раньше. Но Питерс, свирепый Питерс, схватился за нож и шагнул к кромке океана, чтобы получше разглядеть странные движения в волнах. И вдруг – оранжевое, похожее на канат щупальце метнулось из воды и захлестнуло его шею!

Лишённое присосок щупальце, похожее на стебель гигантской морской водоросли, было абсолютно гладким и очень гибким. Оно показалось мне каким-то знакомым.

Но в отличие от тех пятидесяти с лишним несчастных, что недавно стали жертвами, Питерс был настолько быстр и ловок, что смог отрубить удерживавшее его гигантское щупальце, перепрыгнуть через следующее, пытавшееся хлестнуть его по ногам, и одним плавным движением отсечь третье, последнее щупальце, обвившееся вокруг его талии. Щупальца были повсюду на протяжении тридцати ярдов пляжа, метались из стороны в сторону и свивались в петли, точно змеи. Мы с Арфом уже забрались на холм. Остальные трое все еще были далеко внизу. Маленький, но могучий Питерс бежал вверх по склону, торжествующе улюлюкая и размахивая куском гигантского раковинного кальмара размером с хороший окорок… ибо нападавший на него монстр был именно им.

С вершины холма нам всё было прекрасно видно. Огромные пятна оранжевых водорослей между нами и кораблем на самом деле оказались головными пучками щупалец двух гигантских аммонитов, которые, скорее всего, были родителями тех крошечных созданий, чьи раковины мы так усердно запасали! Разумеется, я и раньше видел подобные щупальца; ведь за ужином я сжевал десятков восемь их уменьшенных копий! Если у каждого из этих гигантских раковинных кальмаров на этой стадии развития была такая же раковина, как и у мелких… какой невероятной ценностью она бы обладала. В такой можно было бы жить! А сколько мяса…

Но подобные мысли были чистым безумием. Как нам теперь вернуться на корабль? Самый прямой путь лежал прямо между двумя гигантскими раковинными кальмарами, лежащими у нашего берега. Более того, как оказалось, оба наших корабельных якоря зацепились за тела этих существ. Если они уйдут в глубину, то либо разорвут якорные тросы, либо утянут корабль на дно. Я вспомнил, что лот Балкингтона так и не нащупал здесь дна. Бедный Балкингтон!

Ота, Эдди и Иеремия присоединились к Питерсу, Арфу и мне на вершине холмика. Я указал им на то, как пятна оранжевых «водорослей» складываются в очертания двух громадных аммонитов. Стало очевидно, что они временно обосновались здесь для выведения потомства, и мелкие раковинные кальмары были их детёнышами.

– Возможно, они явились из Полой Земли, – заворожённо произнёс Иеремия. – Быть может, здесь вообще нет дна. Только подумайте, мы можем стоять на краю бездонного провала, ведущего на ту сторону!

– Смотрите, – с содроганием сказал Эдди. – Они нас видят.

И действительно, каждое из существ подняло над водой два огромных стебля с глазами. Толстые и серые, они торчали вверх, как причальные сваи, и на каждом из этих медленно покачивающихся столбов красовалось блестящее черное глазное яблоко диаметром ярда в два. Это были те самые чёрные округлые бугры, которые я мельком заметил, когда мы бросали якорь. Было жутко чувствовать на себе их пристальный взгляд.

– Сожрали столько народу, а теперь и нас сожрать хотят, – медленно проговорил Ота. – Надо убираться отсюда.

За нашим холмом простиралась изрезанная ручьями долина, а за ней – каменистая осыпь, ведущая к грозной ледяной стене. Мы расположились у ручья и попытались обдумать наше положение.

– Единственный выход – воздушный шар, – сказал Иеремия.

– Или корабль, – подал голос Эдди. – Разве мы не можем просто уплыть на нём обратно?

– Пятерым управиться с «Осой»? – хмыкнул Питерс. – И трое из нас – джентльмены! Вряд ли, мистер По.

– Но у нас всё ещё есть шлюпки, – вмешался я. – Мы обогнём чудовищ на вёслах и поднимемся на борт «Осы» с кормы. Мы обязаны это сделать. Ведь воздушный шар там, на корабле.

– Смело сказано, – одобрил Иеремия.

– Я в шлюпку больше не сяду, – отрезал Ота.

– Нам нужно держаться вместе с ними, Ота, – осадил его Питерс. – Если они запустят воздушный шар без нас, то могут и не подобрать. Помни, для них мы всего лишь цветной сброд.

– А как же я? – спросил Эдди.

– Будешь грести вместе со всеми, – отрубил Иеремия. – Самое время тебе снова начать приносить пользу, Эдгар. Выдвинемся в полдень, когда солнце будет на севере. Именно в это время суток корабль подошёл к берегу. Тогда монстры вели себя смирно.

Мы немного поспали, а оставшееся время провели, убив ещё четырёх белых краснолапов. Питерс засел на дне лощины позади нашего холмика, а все остальные служили загонщиками: трясли каждый куст и заглядывали в каждую нору. Мы освежевали зверей и сохранили мясо, а также шкуры – с лапами и головами.

Наконец над океаном взошло солнце. Мы уложили Арфа, пять наших краснолапов и десять с трудом добытых раковин в выбранную шлюпку и бесшумно спустили её на воду в двухстах ярдах выше по пляжу от монстров. То и дело бросая косые взгляды на оранжево поблёскивающую массу по левому борту, Иеремия, Питерс, Ота и я гребли изо всех сил, а Эдди на корме указывал нам курс. Каждую секунду я ожидал увидеть, как один из тех огромных глазных стеблей прорежет спокойную поверхность моря, но пока всё было тихо.

Обойдя «Осу», мы развернулись, сделали ещё несколько неторопливых гребков и вскоре мягко ткнулись в знакомый деревянный борт. В нашей шлюпке нашлись верёвка и абордажная кошка, которую мы как можно тише забросили за гакаборт. Питерс поднялся первым, я – последним. Перед тем как лезть наверх, я обвязал верёвку вокруг брюха Арфа, и Питерс вытащил его. Затем, наконец, и я оказался в безопасности на борту. В безопасности ли? Я слишком хорошо понимал, что любой из этих аммонитов мог утащить наше судно на дно или начисто смести всё с палубы своими щупальцами.

– Питерс, надруби якорные канаты почти до самого конца, – прошипел Иеремия. – Мейсон, вы с Отой ступайте на камбуз и берите столько еды и воды, сколько сможете унести. Эдди, мы с тобой займёмся печью воздушного шара.

Мы с Отой спустились на нижнюю палубу и притащили большой мешок галет, ящик со свежепосоленной рыбой и две оплетённые бутыли с пресной водой. Иеремия наполнил нашу лёгкую латунную печь древесным углём, пропитанным тюленьим жиром; он принялся жарко разгораться. Затем Эдди сыпанул туда своей особой соли из банки. Она была упакована вместе с печью. Пламя ярко вспыхнуло, источая зловоние. Эдди плотно подсоединил печную трубу к горловине нашего огромного шара из прорезиненного шёлка. Медленно, очень медленно его бока начали раздуваться.