Чтение онлайн

Я обиделась. А что, значит, ей можно, а мне нельзя?.. Я сложила на груди руки и отвернулась.

– Да, но ничего тебе не расскажу, - и использовала слова Джона в отместку: - Все равно у всех, кому нет пятнадцати, в голове ветер.

И потопала куда-нибудь подальше из кухни. Вот... на задний двор, например.

*** Терри

Мне приходилось колоть дрова, разумеется. Когда варишь мед, нужно много долгого огня. Лучше всего взять, конечно, дуб, хотя попробуй его сруби, попробуй разожги... Горит неравномерно, зато долго, и угли долго и жарко тлеют.

Я любил эти походы с отцом в лес у подножия гор. Мы возвращались мокрые от пота, в синяках и с занозами в ладонях порой, зато веселые и с отличной добычей...

Но это! Джоновские Одли, кажется, меры не знали. Джозеф показал на привезенный лес - да этого на две зимы хватит каждый камин топить!

Я уже давно скинул куртку и остался в рубахе, а Тэм ее и вовсе снял. Сколько мы уже здесь? Неделю?..

Я опустил топор и оперся о колени, не в силах разогнуться.

– Отдохни, - хрипло предложил Тэм.

Я покачал головой решительно. Вот когда он отдохнет, тогда и я... Я что, хуже?.. Зачем мне поблажки?

Тэм размахнулся и вогнал лезвие топора в колоду на половину. Вытер свободной рукой пот со лица. Улыбнулся мне:

– За все надо платить, верно?

Я покосился на бывшего пастуха. Что ж он веселый такой, а?

– Что?
– поинтересовался он.

– Что с вами произошло?
– нахмурил я брови, пытаясь разгадать загадку.

Мы сидели на нерубленных чурках, совсем не боясь холода. Сегодня у нас было лето. Адар довольно грыз кость в углу.

– А что со мной?

– Вы... начали улыбаться, смеяться, разговаривать...
– подумал я вслух. Вроде бы, ничего плохого.

– Это плохо?
– ответил моим мыслям Тэм.

Я покачал головой.

– Если подумать... Даже здорово. Читать хотите научиться.

– Кстати, о "читать", - спохватился Тэм.
– Проверь меня.

Он подхватил лучинку и начал чертить на земле буквы. Ни в одной не ошибся.

– Вы молодец, - похвалил я его.

– Продолжим урок, - потребовал Тэм.
– Я собираюсь сегодня все же заглянуть в библиотеку.

– Это не так просто!
– замахал я руками.
– Даже если сегодня мы выучим весь алфавит, то читать книги ночью вы еще не сможете.

– Знаешь...
– задумчиво посмотрел Тэм в хмурое небо, и лицо его почему-то просветлело, - один человек говорил так: "Нет ничего невозможного".

И потом рассмеялся.

– Это капитан Мэри говорила?
– вкрадчиво спросил я. Кто еще. И как он смотрел вчера на корабль... Все и ежу ведь понятно.

Тэм метнул на меня настороженный взгляд. Но потом, наверное, вспомнил, что Рони нам проболталась. Лицо его разгладилось в улыбку.

– Было такое, - хлопнул он себя по коленям.
– Так что, давай, медовар, учи.

Мы выучили еще, как писать "Рони", "Джон", "Френ" и вариант посложнее - "Франсуаза". Затем пошли вещи посложнее: "Джон играет на лютне", "Рони играет на дудочке", "Терри варит мед".

Когда мы взялись за топоры снова, я не выдержал и спросил:

– А вы... случайно не знаете песню "Виски во фляге"?

Тэм нахмурил лоб, вспоминая.

– Спой-ка.

Я прочистил горло и тихо пропел:

– Глупая моя голова...

– Какой удар для моего отца, - подхватил Тэм неожиданно бодрым голосом.
– Мэри любила эту песню. Давай споем, - и он поставил первую чурку на колоду.

Я снова чувствовал жизнь, прямо как ночью, когда мы катались по перилам и смотрели картины, а теперь - махали топорами и весело орали эти до боли знакомые строки...

Муша ринг дум а ду дум а да Глупая моя голова, какой удар для моего отца

За тем нас и застала Рони. Она пришла в восторг и достала дудочку, чтобы к нам присоединиться.

А потом Тэм учил ее писать то, чему сам научился. Рони уверовала даже, что он грамотный. Я пастуха не сдал, и он мне подмигнул. Ну, а я ему в ответ. Было весело, тепло, уютно, даже... я постыдился бы сказать это вслух, но в тот момент я совсем не скучал по нашему домику на Побережье.

***

Глава 30

*** Рони

Это был хороший день. Хотя Френ и посмеялась надо мной. И даже не извинилась потом ни разу. Будь тут мама, она бы ей надавала по шапке, как Айли, и Френ бы все поняла и исправилась. А сейчас меня защитить было некому.

Но это даже не грустно. Потому что на заднем дворе я отлично провела время - сначала Терри и дядя Тэм распевали веселую песню и махали топорами. В ней про одного плохого дядьку, который ограбил солдата и принес деньги своей любимой, а она его обманула, и он попался в тюрьму. В каждый припев он пил виски - так говорят равнинные на воду жизни. Вообще-то, ничего интересного, но ноги под эту песню на месте устоять просто не могли. И я попросила их меня научить, чтобы на дудочке играть. И начало получаться! Надо будет Джону сказать, чтобы на следующем выступлении мы еще это сыграли. А Терри и дядя Тэм могут петь. И даже плясать. Здорово получится, все будут в восторге.

Мы - отличная команда! И Адар болтался с нами, а потом сидеть, привалившись к его спине, было тепло и уютно...

Вокруг пахло деревом, почти как дома у огня. Я на память собрала опилок полные карманы.

Потом они устали, и дядя Тэм научил меня писать мое имя. Я теперь знаю целых четыре буквы! Другие закорючки я не запомнила. Какой же он умный. Почти как Джон.

Он все время смеялся... Наверное, вся его грусть была в бороде - как сбрил, так и стал другим человеком.

Потом вернулась тетя Элизабет. Она похвалила Терри и дядю Тэма и позвала нас на обед.

А после обеда нам разрешили побыть в библиотеке. Такая большая комната! Как зал в Дултаре, где мы выступали, только там были люди и собаки везде, а тут книги. Мне сделалось скучно, а Терри и дядя Тэм засели над чем-то и нас слышать не хотели.

Так что мы с Френ ушли на кухню помогать тете Элизабет.

Джон пришел вечером. Уставший и довольный. В этом платье он был похож на даму, но это же наш Джон! Какая из него дама, тут всем понятно...

Я ерзала от нетерпения, пока он не спустился к ужину уже в нормальной одежде.