Чтение онлайн

Сейчас меня посетило удивительно похожее чувство.

Мисс Плам вдруг встала, сделала несколько шагов вперед и замерла, словно натолкнувшись на стену.

— Дая, — позвала она, глядя куда-то вперед, — Отсюда пойдешь первой.

— Угу, — буркнула я и полезла в сундучок. Жаль, я надеялась, что пронесет.

— Зачем ей вперед? — почти ревниво осведомился Ерш, а сам суетился, как овчарка перед походом к ветеринару — и не хочется, и придется, и спокойствию хозяев не очень верится.

— Там ловушки, — я наконец выудила и надела на пальцы несколько широких деревянных колец, — Не ломай глаза, их только ведьмы видят. Срабатывают, скорее всего, на магию в крови, ловят и шлют сигнал хозяину, а меня пропустят. Нужно снять без шума.

Костяшки чуть покалывало, я сняла кольца и достала другие, потоньше и потемнее, считая в уме секунды до следующего вопроса.

— Вы поэтому ее с собой взяли? — в голосе оборотня почему-то слышалась обида, причем явно не только мне. Мисс По приподняла брови.

— А ты думал, для собственного удовольствия? — почти радостно вопросила она, — Вожжа под мантию попала?

Сжал губы — так и думал. Ну и дурак. Мисс Плам быстро запрокинула мою голову, капая в глаза слабый раствор МЗ [83] — в носу защекотало, чуть закружилась голова, и без того нетвердо сидящая на плечах, мир расплылся и снова собрался воедино, но уже другим. Силуэты тетушек и Ерша замерцали, отбрасывая дробные, разноцветные тени. Я знаю, что настоящие ведьмы видят иначе — но даже так, вместе с этим эрзац-зрением, я становлюсь еще чуть ближе к их миру.

Ну что, недоведьма, посмотри вокруг ясными глазами. О, а вот и ловушки-капканы — их дрожащие контуры в близком к безумию количестве по качеству оставляли желать лучшего. Линии стыковались плохо, потому и дрожали, узор был прост, как прямая извилина, а найти узловые пересечения было легче, чем Жулика — и я подхватывала их ладонью, пропускала вскользь березовых колец и слушала, как шуршат, разрушаясь, нити чужеродной магии. Яролик здесь совершенно ни при чем, в этом я теперь была уверена — фракталы его капканов снились в кошмарных снах профессорам с факультета Силы Формы и скалились со страниц учебников с надписью «Не обезвреживать в одиночку!». Некроворлок, может, и безумец, но не любитель, и с любителями не связывается.

Пока мои мысли дрейфовали в ворчании, бренному телу становилось все нерадостнее. Настолько, что после очередного контура колени решили, что хорошенького понемножку и подогнулись, без боли и предупреждения. И лежать бы мне в снегу с размышлениями о том, что и жить хорошо, и жизнь хороша, да не дали. Подхватили, подняли, понесли.

— Ершик, ты же не видишь, — ничуть не удивилась я.

— Не вижу, — голос спокойный, а шея напряженная. Пижон. Я покрепче обхватила за шею идиота, который из-за меня рисковал наткнуться вслепую одни боги знают на что.

— Ма-а-аленькими шажками, — пробормотала я и ткнула пальцем вправо — Ерш послушно, но с видом мученика шагнул в неизветность. Так и шли — хвостатый путник по дороге на Голгофу и его крест, притихший и совсем не ехидный. Поля действия ловушек перекрывали друг друга, образовывая косой и уродливый, но спрошной барьер, сквозь который мы с Ершем прокладывали неширокий тоннель, и тетушки следовали за нами след в след.

Я так ослабла, что оборотню приходилось поднимать мою руку, при этом стараясь не уронить все остальное. Не думаю, что мы прошли слишком далеко, но по ощущениям за спиной остались километры дороги и болот.

— Пришли, — выдохнул оборотень и аккуратно ссадил меня на землю. Я огляделась и чуть не добавила «Приехали, б***ь!».

Верхушка часовни, увенчанная крестом, едва ли на два вершка возвышалась над бугристым, как раздутый труп слизняка, коконом абсолютного барьера — не в том смысле, что совершенного, а в том, что абсолютно ни черта с ним нельзя сделать. Во всяком случае, не выбрасывая в трубу всю маскировку и не семафоря нашему некроворлоку большое метафоричекое «Ку-ку!».

— Приехали, б***ь, — душевно ругнулась мисс Плам, выражая двумя словами и семейное сходство, и общую идиотичность ситуации.

— Бзж-ж-ж! — завибрировала защита из зелий, когда Ерш приблизился к кокону. Тетушки сидели с сугробе, угрюмо раздумывая, с какого же неспроста это «бзж-ж» и как с ним бороться. Я же уже знала, что отдуваться опять придется мне — барьер, как и ловушки, реагировал на магию, и даже в оборотне ее было многовато для прорыва. Обойдя махину кокона по кругу, мы обнаружили канат связи с некромагом, витиеватой пуповиной уходящий в сторону Горолесья и медленно сдвигающийся к дому Вейды Бесфамильной. Колупнуть и перехватить его не удалось — барьер надежно закрывал нити, и добраться до них можно было только изнутри кокона. На этот же канат, словно издеваясь над нами, привязался питающий поток Покрова и Свинцовой Стены, из-за чего мисс По стала непонятно сердитой. Видимо, что-то было неправильно.

— Неправильно это, — заявила миссмистер, и я почувствовала себя эхом, — Некроворлоки и оракулы не вяжутся на один канал, вообще два разных мага не вяжутся.

— Значит…он один? — предположила мисс Плам.

— Один?

Бритва Оккама со свистом рассекла воздух.

— Значит, один, — вдруг согласилась Оливия и всунула мне в карман шарик Хрустального Щита, — Редко, но не невозможно. Дая, когда войдешь, найди узел и удерживай, пока мы не разорвем кокон. Секунды три, не больше. Потом вместе с Ершем оставайтесь на месте, столько, сколько сможете — именно сможете, а не захотите! Потом уходите как можно дальше.

— Агась, — полная дурных предчувствий в области кишечника, я встала, проковыляла к поверхности кокона и сперва коснулась его ладонью — словно в медузу вляпалась.

И тут — ВАХ! — Землю перекосило! Я лежала на перекошенной планете, с ужасом глядя на распростертые под моим животом облака. Снег держал меня за руки и ноги, не давая упасть и засасывая глубже в сугроб.

— Дая? — шагнул в голову голос неизвестного бога, и Земля медленно вернулась в исходное положение.

— Отпустили, — подняв руки, я похлопала в ладоши, заставляя снег звенеть. Деревья изгибались, бледнели и сужались-расширялись.

— Дая!

— В чем дело?!

Из сияния возникло преврасное, как озеро зимой, лицо Ерша.

— Ее фрагментирует, — голос оборотня разлетался на полутона прямо в воздухе, — У нее магическое истощение, близость кокона запустила остатки некромагии на новый виток. Видимо, близко к голове — ей зубы когда-нибудь протезировали?

— Левый клык… Ты сказал, что все убрал!!!

— Это опасно?!

— Да, — ответил Ерш обеим тетушкам, его руки обхватили мое лицо, и я стала кувшинкой в чашечке сочно-зеленых листьев — на меня тут же прыгнула яркая, как уголек, лягушка.