Чтение онлайн

Четыре одноэтажных здания с изогнутыми черепичными крышами были построены из желтого травяного кирпича. Глухие высокие стены словно намекали, что посторонним здесь не рады. Попасть внутрь можно было только через красные ворота в юго-восточном углу.

У них я и столкнулся с Вэем. Увернулся от бросившейся ко мне под ноги псины, решившей обслюнявить подол моего ханьфу.

— Зачем ты ее притащил?

— Ночной кошмар еще маленькая и сильно нервничает, когда остается одна.

Нервничает? Кажется, белобрысый обещал превратить это недоразумение в грозную боевую зверюгу? Так и представляю, как враги падают в обморок… от смеха.

— Идем, что ли?

Вэй, не став стучать, по-хозяйски толкнул одну из внушительных створок, и та легко, без скрипа отворилась.

Внутри нас встретил просторный двор, посыпанный мелким белым песком. В центре росла небольшая слива. В первый момент мне показалась, что она цветет, несмотря на неурочное время года. Но спустя мгновение я понял, что сама слива мертва, а иллюзию цветения создавали ленты — сотни шелковых розовых лент, которые кто-то повязал на высохшие ветви.

Я собрался поинтересоваться у белобрысого, что это за артефакт такой, но в этот момент во двор вышел Пинг. Служка Тэнг Цзымина приоделся в новенькое ханьфу, пригладил волосы водой, а в руках у него вместо привычной метлы был букет огненных лилий (и где только нарвал?). Ночной кошмар с радостным лаем бросилась к нему.

— Любовь меняет нас до неузнаваемости, но чаще превращает в идиотов, — философски заметил Вэй.

Впору согласиться с Танзином, что все беды от женщин. Вид у Пинга, отмахивавающегося своим веником от псины, и впрямь был нелепый.

— Не успели явиться, сразу сеете хаос и разрушение? — показавшись на крыльце южного дома, поинтересовался старейшина Цзымин вместо приветствия. — Заходите.

— Ночной…

Вэй собирался позвать собаку, но наставник перебил его.

— Подождет тебя здесь. За ним присмотрит Пинг.

— Мастер Цзымин… — попытался возразить служка.

Но старейшина не стал его слушать, скрывшись внутри здания. Мы с белобрысым поспешили следом.

Внутри я обнаружил, что весь южный дом полностью отдан под зал тренировок. Стены и пол были отделаны светлыми кленовыми досками с вырезанными на них защитными и концентрационными знаками, от которых рябило в глазах. Кроме этих символов других украшений не было. Мебели тоже, за исключением изящного черно-красного лакированного столика, за которым, скромно сложив руки на коленях, сидела Ся Мэй.

Что она тут делает? Не заниматься же пришла?

Цзымин хлопнул веером по ладони, и я опомнился. Торопливо опустился на пол рядом с Вэем, приняв позу внимания.

— Сегодня утром голубь принес ответ из Дома Цветка. Глава Хуа Мэйсюань выражает благодарность Дому Колючей Лозы, и вам двоим лично, за заботу о ее внучке.

— Бабушка объявила вас друзьями Дома Цветка, — добавила Ся Мэй. — У нас вы всегда можете рассчитывать на кров, помощь и защиту.

Наставник Цзымин кашлянул, намекая, что на его уроке говорить может один он, и девица опомнилась. Поклонилась, извиняясь.

— Глава Мэйсюань также надеется, что мы поспособствуем возвращению уважаемой Ся Мэй в родной Дом. Как можно скорее, — с нажимом добавил старейшина, заставив цветок поскучнеть. — Глава Фухуа счел нужным удовлетворить просьбу уважаемой Хуа Мэйсюань.

Начало мне не понравилось: судя по оценивающему взгляду старейшины, удовлетворять главу Дома Цветка предстояло нам с Вэем.

— Ближайший караван ожидается не раньше весны. За такой долгий срок нашей гостье может стать… неуютно вдали от родного Кристалла.

Лицо Ся Мэй из просто задумчивого превратилось в демонстративно несчастное. Как же! Верю! Если кому и неуютно от того, что Ся Мэй живет у нас в деревне, так это нам с белобрысым.

— Вы оба доказали, что способны выжить в Серых землях, — между тем продолжал наставник Цзымин. — А потому глава Фухуа поручает вам сопроводить нашу гостью до Дома Цветка. Отправитесь через три дня. Повозку, артефакты и все необходимое в дорогу вам предоставят.

— Я верно понял, учитель, — уточнил белобрысый. — Нам надо отвезти этот репе… то есть уважаемую Ся Мэй в ее родной Дом?

Больше никаких нападений и попыток обнять из-за угла? Просьб посмотреть, что за прыщик вскочил под ключицей? Заставляющих краснеть прилюдных предложений заняться совместной медитацией или согреть ночью постель? Вернуть этот цветок в тот сад, откуда она вылезла. Звучало прекрасно! Вот только чувствовался во всем этом какой-то подвох. И спустя пару секунд я понял, в чем он заключается.

— Глава Фухуа полагает важным установить крепкие связи между нашими Домами. А потому вы останетесь в Доме Цветка на ближайшие три месяца. Или, если потребуется, дольше.

Три месяца! Целых три месяца в окружении Ся Мэй и толп ее сестричек-подружек! Если все в Доме Цветка такие же озабоченные, как она, я же сдохну!

Белобрысый тоже вздрогнул.

— Три месяца, — задумчиво повторил старейшина Цзымин, расхаживая туда-сюда. — Глава Мэйсюань сказала, что с радостью поделится техниками тренировок Дома Цветка. Это прекрасная возможность…

— Познать искусство любви? — ехидно передразнил под нос белобрысый, к которому, похоже, Ся Мэй тоже обращалась с подобным предложением. — Спасибо, но я не хочу растерять весь разум, как бедняга Пинг.

— Проверить, по-прежнему ли ваши тонкие тела способны адаптироваться к другому оттенку фохата, — сделал вид, что не услышал наставник. — Всю информацию, которая есть у меня, старейшины Диши и других мастеров, занимавшихся этим вопросом, я вам передам… хотя, полагаю, ты и так уже вынюхал все, что только можно, — добавил он, пристально глядя на белобрысого. — Кстати, прекращайте на пару с Саньфэном таскать у меня кристаллы Шипа. Их и так почти не осталось.

Вэй притворился, что не понимает, о чем речь.

— Даже несмотря на успехи Саньфэна и других учеников Шипа в освоении печатей Лозы, у нас по-прежнему слишком мало данных, — после долгой паузы продолжил наставник. — А потому если обнаружите, что не справляетесь — немедленно возвращайтесь.

— Не волнуйтесь, уважаемый старейшина Цзымин, Дом Цветка позаботится, чтобы Саньфэну и Вэю было хорошо, — промурлыкала Ся Мэй. — Я лично прослежу, чтобы они ни в чем не нуждались у нас в гостях.

Вот это-то больше всего и пугало.

— Мы отправимся вдвоем? — уточнил Вэй.