Чтение онлайн

– Ладно, может, уже время перестать баловаться и приготовить тебя, – Шарима поставила его на рабочую поверхность. – В конце концов, – она положила ладонь на кочан, – свою службу ты уже на другом поприще сослужил! – и легонько рассмеялась, припоминая вчерашнюю реакцию Рона.

Потом обернулась и помахала кулачком перед окошком:

– У, проклятущие! И что здесь вороны забыли? Чайки хоть и наглые, но как-то мне больше нравились…

Она сполоснула кочан и достала нож с широким лезвием.

***

Просыпаться не хотелось. Он чувствовал, как прохладный ветерок из верхнего окна щекочет выставленную из-под одеяла ступню. Это было приятно, он высунул вторую, затем руки и потянулся. Не отрывая глаз, поводил рядом по простыне ладонью. Разумеется, Шаримы рядом не было. Широко зевнув и перевернувшись на спину, Рон приоткрыл глаза.

Каюту заливал мягкий утренний свет, казалось, слегка зеленоватый, достигший иллюминатора через чешуйчатую ширму листвы. Рон представил кольчугу из удлиненных узких листочков, с нижней стороны сизоватых, так ясно, словно борта лодки были прозрачны, и он смотрел на берег прямо сквозь них. Эта необычная ясность восприятия всколыхнула в нем воспоминания вчерашнего вечера. Что же все-таки произошло? Но в магазин за ответами возвращаться не хотелось.

Рон снова потянулся, а потом запустил пальцы в волосы, то ли еще больше взлохмачивая их, то ли расчесывая пятерней. Отдаленные звуки доносились с кухни, и постепенно к ним добавился поначалу слабо различимый запах. Он был родом из детства: запах капустного пирога.

Осторожно ступая по деревянной лестнице, Рон прокрался наверх и шагнул в приоткрытую дверь. Окруженная шкварчанием капусты на сковороде, Шарима не слышала его. Тогда Рон приблизился и мягко обнял ее, пряча лицо в ее пышных волосах. Отложив деревянную лопатку, Шарима провела ладошкой по рыжей пушистости его руки, прижимаясь к нему спиной. Пахло капустной начинкой, шипела сковорода, за окном в стремительном полете мелькали длинные белые крылья чаек.

Улыбаясь, Шарима шагнула на палубу. В одной руке она несла корзиночку с хлебом, в другой – широкую тарелку, полную горячих капустных котлет. Пирог у нее возможности испечь не было, и потому она ограничилась лишь его начинкой в форме приплюснутых шариков. Она с легкостью пробиралась между пеларгоний, размышляя об отсутствии духовки. А ведь Марта приглашала ее к себе, припомнила Шарима и уже приготовилась опустить свою ароматную ношу на стол, когда замерла в негодовании. Две утренние гостьи, растопырив когтистые пальцы, ждали на столе. Одна из птиц повернула голову и внимательно смотрела на Шариму.

– Ах вы засранки! – вскричала девушка, не зная чем бы замахнуться. Вороны с интересом смотрели на принесенную еду. Обрушив гневную тираду, Шарима опустила тарелку и корзинку прямо на палубу и ринулась на птиц, маша руками. Вороны вначале немного попятились, приоткрывая крылья, но не спуская с Шаримы внимательного взгляда черных пуговиц глаз. И в какой-то момент Шарима даже почувствовала, что задела рукой по чему-то пернатому. Это прикосновение отдало неприятным холодком в ладонь.

На ее крики прибежал Рон, чуть не наступив в еду, сам с кофейником в руке. С растерянным видом озираясь, поначалу он не понимал, из-за чего так разгневана супруга. В этот момент вороны, наконец, взвились в воздух.

– Что б я вас тут не видела больше! – Шарима погрозила им кулаком. – Ты только подумай, взяли моду! Уже второй раз здесь! – Ее трясло от негодования. Хотя обычно она даже на чаек так не реагировала. Но в этих воронах было что-то особенно нахальное. Они словно потешались над ней. В круглых черных глазах серо-черных птиц Шарима видела вызов. Они прилетали не поживиться, а дразнить.

– Пригляди за едой, я сейчас, – и она резко развернулась и быстро зашагала на камбуз, впервые сама чуть не сбив пеларгонию.

Вернулась Шарима с влажной тряпкой и тщательно вытерла стол:

– Все, теперь можно ставить.

Она перенесла блюдо с палубы на стол.

– Ты это видел? – Все еще не могла успокоиться Шарима.

– Да, но что такого? – Рон перенес хлеб. – Всего лишь птицы. Наверное, крошки остались…

– Ничего там не осталось. Эти засранки сегодня терзали мой кочан!

Рон усмехнулся:

– Ну знаешь, за это я вряд ли могу на них сердиться, – и пошел за чашками.

С резким выдохом Шарима опустилась на стул. Потом оглянулась, присматриваясь, не примостились ли поблизости нарушительницы ее спокойствия. Но ворон не было видно. Тогда она еще раз вздохнула, но уже ровнее, и сама отчасти не понимая своей реакции. Она никогда так не гневалась на животных. На людей могла.

Рон принес кружки и сахар.

– Так, что у нас тут? – Весело вопросил он и, подцепив вилкой котлету, опустил ее на хлеб.

– Ты так и не рассказал, как вчера прошел твой вечер, – Шарима попыталась сменить тему, чувствуя, что все еще гневается. Больше всего ее раздражало, что она не могла понять, чем была вызвана столь сильная реакция. В городе она почти не видела ворон. Как и в любом прибрежном месте здесь было царство чаек. Остальным птицам приходилось мириться с этим, находя себе малоприметные ниши. Даже вездесущие голуби сдали позиции, предпочитая отдаленные от бухты участки. Удивленная молчанием Рона, Шарима, наконец, оторвалась от своих размышлений и подняла глаза. Муж усиленно жевал котлету, будто это был хорошенько прожаренный бифштекс, а не тающая во рту капуста.

– Да, очень вкусно, просто… – вскинул кустистые рыжие брови Рон, – Что ты меня буравишь? – он прожевал и вытер салфеткой рот, – по городу гулял, в магазин книжный еще заходил… Да что такое, Шарима?

Супруга смотрела на него, приподняв бровь:

– Первый раз вижу, чтобы вернувшись из книжного, ты не утяжелил нашу лодку еще как минимум на полкило.

Рон повел коротким усом.

– Все бывает, – негромко ответил он.

Аппетит почему-то сразу испарился. Рон глотнул кофе.

– Бывает, конечно, – Шарима все еще разглядывала мужа. Что-то было не так – она была готова поклясться, что у этого «не так» даже запах есть. Шарима никогда не носила парфюма, предпочитая ароматные мыла на натуральных травах и эфирные масла. От этого она острее воспринимала, если в ее окружении пользовались духами. Рон, зная это, не покупал туалетную воду. Но теперь от него словно бы по-другому пахло, правда, скорее на уровне ощущения, чем реального запаха чьих-то духов.

– Ты уже дочитал книгу, которую купил в прошлый раз?

Супруг покачал головой.

Пока Рон прибирался на камбузе, Шарима присела на борт и набрала Марту. Та некоторое время не подходила, потом в трубке раздался ее голос, сопровождаемый звуками кофе-машины.

– Конечно! – не дав Шариме закончить фразу, громко сказал она. – Можно прямо сегодня вечером, я соберу девочек. Заходи к семи в кафе.

– Разве вечер у тебя не самое загруженное время? – удивилась Шарима.

– Ты что, думаешь, я одна во все дни и все смены работаю? – донеслось из трубки. – Ну все, до вечера. – И она отключилась.