Чтение онлайн

– Рад приветствовать вас в родовом гнезде Блювэйн-Каллосов, – с безупречной, даже ледяной учтивостью произнес Эльмар.

– Ваше сиятельство, солнце Геросса благосклонно светит мне сегодня, раз позволило лицезреть вас, – учтиво произнес я. – Надеюсь, наше земное присутствие не нарушит гармонию ваших прекрасных покоев?

Эльмар одобрительно усмехнулся.

Ему всегда нравилась моя игра в местные правила учтивости.

– Отнюдь, мой дорогой друг. Нарушили гармонию в этот раз именно мы. Мне незамедлительно сообщили об инциденте на мосту, – Эльмар склонил голову, и его серебряные волосы упали волной, будто и они каялись. – Безмерно рад, что вы не пострадали. Пусть мои слова падут к вашим ногам, как осенние листья – с тихим сожалением. Этот досадный инцидент омрачил моё небо, и я молюсь, чтобы айлинор на предстоящем пиру смыл тень неловкости между нами. Древо моей чести дало трещину сегодня… Похоже, даже тысячелетние традиции гостеприимства иногда дают сбой, подобно молодому эльфу на первом балу. Примите этот обед как воду из родника примирения – пусть он восстановит то, что было нарушено неосторожной рукой судьбы.

– В этом нет вашей вины, генерал. И я клянусь найти виновника происшествия, позволившего бросить тень на эльфийское гостеприимство.

Я собирался еще много чего сказать в завершении всех приветственных церемоний, но в этот момент лицо генерала посветлело, его взгляд стал заметно живее, и он спросил, заглядывая мне за плечо:

– О боги, что это? Кто это?

Смотрел он при этом на Елению, смущенно притихшую за моей спиной.

Я не сразу понял настроение Каллоса, поэтому ответил сухо:

– Знакомьтесь: Еления Штольценберг, репортёр газеты «Ежедневные факты», прибыла из Искандера в рамках программы…

Но генерал в несвойственной ему манере перебил меня:

– Пожалуйста, переведите ей мои слова, скажите, что у нее потрясающе красивые глаза, и я до глубины души восхищен ее изящной натурой и той магией, которую она излучает. Восхищен настолько, что предлагаю руку и сердце. Я хочу на ней жениться.

Глава 21. Гонг в голове

Я чуть воздухом не поперхнулся и вытаращился на Каллоса, с трудом пытаясь сдержаться от желания спросить что-нибудь в духе «Вы в себе?».

– Простите, не уверен, что правильно вас понял…

– Кажется, я влюбился в нее с первого взгляда, – медленно произнес Каллос, с восхищением глядя на Елению. – Какая она красивая… Вы видели ее глаза? Они – как озёра, в которых утонули все звезды моего детства. Я бы назвал их волшебными, но даже древнейшие заклятья не способны на такую красоту. Сколько лет я бродил по этой земле, и лишь сегодня солнце внутри меня, наконец, взошло, а имя этой прекрасной леди отныне выгравировано на скрижалях моего сердца… Ох, простите мою дерзость и многословность, мистер Брандт, понимаю, насколько неожиданно всё это звучит для вас, но мы, эльфы, очень остро чувствуем красоту чужой души и магии, и я восхищен тонкими магическими вибрациями, исходящими от этой потрясающей девушки, которая и сама по себе восхитительно прекрасна. Жаль, что я не могу сказать ей это лично такими же словами, мои познания международного языка весьма скудны, чтобы я смог передать всю полноту своих чувств, и впервые в жизни я жалею об этом. Мистер Брандт, могу я попросить вас слово в слово передать мои слова мисс Штольценберг? Я очень хочу пригласить ее на свидание, – Каллос перевел на меня взгляд, полный надежды. – Мистер Брандт, мне очень нужна ваша помощь. Я, право, не знаю, как ухаживать за девушками из вашей страны. Поможете мне с этим?

– Что он говорит? – тихо спросила Еления.

– Что у него запор, – с неожиданным для самого себя внутренним раздражением ответил я, внешне продолжая мило улыбаться.

Брови Елении взлетели вверх.

– А… зачем он нам это говорит?

Да без понятия вообще!..

– Эльфы – очень искренние, честные и прямолинейные существа.

…в отличие от меня, ага.

– А почему он такой радостный при этом? – продолжала недоумевать Еления.

– Запор мучает уже который день подряд, аж глаза навыкате, – не моргнув глазом, продолжал нести я полную околесицу.

– Бедняжка, – Еления покачала головой с очень смущенным видом.

Я согласно покивал и вновь обратился к Каллосу, уверенным таким тоном:

– У мисс Штольценберг есть жених, поэтому сожалею, но любые свидания, цветы и прочие атрибуты будут неуместны.

Боже, что я несу?..

– Они обручены официально?

– Пока нет, но…

– Тогда это не считается, – отмахнулся Каллос. – Это не жених, а всего лишь парень. И, очевидно, жалкий неудачник, раз сразу не окольцевал такую даму, ну или слепой, не сумевший разглядеть ее красоту и принять должные меры. А я – отличная партия для этой великолепной леди. Я красив, богат, и я буду носить ее на руках, во всех смыслах того слова. Во мне нет недостатков.

И хоть капли скромности тоже нет, ага.

– Прошу прощения, господин Каллос, но вы же совсем не знаете мисс Штольценберг, и у вас попросту не было возможности ее разглядеть, – осторожно заметил я, начиная раздражаться уже и внешне.

Каллос глянул на меня со снисходительной улыбкой.

– Мистер Брандт, вы просто не коренной геросский эльф, в вас нет нашей пробужденной магии, поэтому вам тяжело меня понять. Когда мы встречаем ту самую, нам не нужно долго ходить вокруг да около, нам сразу всё понятно, ведь мы чувствуем сердцем и соприкосновением магии. Мы видим и чувствуем людей иначе. И я вижу, что Еления – особенная… Она прекрасна, и я хочу окружить ее вниманием, любовью, заботой, лаской… Нам, эльфам, свойственно сразу определяться с планами на девушку и озвучивать их. Я готов жениться на мисс Штольценберг хоть сегодня, – припечатал он так, как будто ударил на некий невидимый гонг в моей голове.

Интересно, а если я ему сейчас морду набью, то он почувствует всем сердцем мою ненависть? А меня из Геросса потом выпустят, или здесь же и прикопают?

– Мне очень жаль вас расстраивать, но искандерским девушкам не свойственно соглашаться на женитьбу первого встречного, кто предлагает руку и сердце, – осторожно произнес я, чувствуя, как в груди просыпается какой-то спящий доселе монстр, желающий нынче рвать и метать. – К тому же, наличие жениха накладывает на мисс Штольценберг, хм… Определенные ограничения.

– Передайте ей, пожалуйста, что кто бы ни был жених этой прекрасной леди, но я готов ждать и добиваться ее всеми способами, – упрямо произнес Каллос, не сводя восхищенного взгляда с Елении. – Как дуб не прогибается под гнетом ветра, так и я не отступлю от намеченной цели.

– О, я слышу знакомые слова! – радостно произнесла она, всё это время тщательно прислушиваясь к нашей беседе на эльфийском. – Всеми способами – это он о чем?

– О том, что борется со своим запором всеми способами, но пока ничего не получается, – процедил я сквозь зубы, безмерно радуясь тому, что у Елении сейчас не было никакого артефакта-переводчика в руках.

– А-а-а, так ему надо слабительное сделать! Слушай, я могу очень хороший отвар намешать, я умею. Надо? – с энтузиазмом предложила Еления.

– Намешай, обязательно, – важно кивнул я. – Через меня передашь только, не напрямую. А то мало ли как-то не так поймет.

– Конечно-конечно, – закивала Еления. – Я сугубо из благородных побуждений.

Уголки моих губ дернулись в не присущей мне коварной улыбке.

И так как генерал ожидал, когда я переведу слова Елении для него, то пришлось сказать:

– Мисс Штольценберг не может сейчас ответить вам взаимностью, ее моральные принципы не позволяют ей такое поведение.

– Ах, она так прекрасна даже в своей невинности и благородных порывах, – с придыханием произнес Каллос. – Потрясающая девушка, во всех смыслах! Она похожа на нежный цветок, скромно покачивающейся на ветру в своей первозданной красоте…

Ну да, ну да… Зная, какая колючая дамочка была Еления, я бы ее скорее сравнил с шипастой розой.

Но безмерно притягательной и ароматной, о да. Не говоря уже о красоте.