Чтение онлайн

– Кхм… А когда, куда и кому можно отправить заявку на вступление в ряды инквизиции, не подскажешь?

Я улыбнулся.

– Мой коллега Эрик Кларксон сидит в приемной комиссии Инквизиции Генерального Штаба по понедельникам, у него приемные часы с десяти утра до четырех часов. Кабинет тебе подскажут на стойке администрации.

И с этими словами я шагнул на улицу, с удовольствием вдохнув свежий воздух.

Глава 33. Приглашение

[Еления]

Он закрыл все долги… Мой брат закрыл все банковские долги… В самом деле закрыл, его сообщение не было дурным розыгрышем.

Как так? Откуда он деньги взял?

Я ничего не понимала, но банковское уведомление о досрочном закрытии всех моих кредитов шуткой совершенно точно не было.

Свободна, я свободна! Я свободна от бесконечных долгов!!!

Облегчение, которое я испытала, было сродни ощущению полета.

Весь вечер и весь следующий день я улыбалась по поводу и без, ощущала себя пребывающей в какой-то бесконечной эйфории от осознания свалившегося на меня счастья.

Я ходила по улочкам Геросса и восхищалась всем, что видела, разве что сдерживалась от пения и танцев прямо на улице, но в душе пела от счастья, и мне хотелось делиться им, светиться ярче, чтобы и других заодно осчастливить. Мое счастье и облегчение может понять только человек с серьезной финансовой проблемой, к которому вдруг прилетел волшебник и эту самую проблему отменил.

Звонила и брату, и родителям, много разговаривала с ними по связному артефакту. Голос у брата был странный, надломленный какой-то, да и говорил он сильно в нос… Заболел, что ли? Жаль, что не могла прямо сейчас проведать его.

Он пытался хорохориться, но я-то чувствовала, что за этим стоит что-то большее. Вот только что? Не смогла разобрать.

Так и не поняла, откуда он взял деньги на покрытие долгов, и очень переживала, что он опять ввязался в какую-нибудь муть, но братишка заверил меня, что всё хорошо, что это в любом случае больше меня не касается, и что он, как настоящий мужчина, должен сам решать такие проблемы, оберегать от них свою сестру, что ему очень стыдно за свое поведение, и всё в таком духе…

Хм. Неужели пребывание в лечебнице пошло на пользу?

Лунтьер, кстати, весьма сдержанно отреагировал на мои восторженные визги о том, какой Элман молодец.

– Рад, что твой брат, наконец, решил взяться за ум, – кивнул он, когда я поделилась шикарной новостью. – Надеюсь, он больше не доставит тебе проблем.

Но червячок сомнения не желал покидать меня, и, сидя вечером в своем номере и беседуя с Морфом, я поделилась переживаниями:

– А вдруг Элман попал в какую-то дурную историю?

– Пельмень моих очей, оставь его в покое, а? Он взрослый мальчик, и если он нашел способ закрыть долги, которые сам же набрал, и сам на тебя повесил, – ну, молодец, взрослеет пацан, чо!

– Может быть. Но всё равно… Странно как-то всё это, – вздохнула я. – Может, он что-то скрывает, и ему на самом деле нужна помощь?..

– Хватит играть в спасателя, – неожиданно резко произнес Морф. – Наигралась уже так, что до голодных обмороков себя довела.

– Хэй, это вранье! В голодный обморок я еще ни разу не падала!

– Ну, была весьма близка к тому много раз, и если бы не твое умение легко находить в лесу ягоды, грибы и орехи, то без них ты бы точно давно валялась в голодных обмороках по кустам, – безапелляционным тоном сказал Морф.

Я посмотрела на фамильяра с восхищенным удивлением.

– Эй, что эта за тон? Ты мне сейчас до боли напоминаешь Лунтьера!

– Ну, твоего хинкалика рядом нет, так что я временно работаю лопатой, чтобы давать ею тебе по башке!

Я открыла было рот, чтобы привычно возмутиться «Он не мой!!!», но тут же закрыла и зависла, обдумывая свои изменившиеся за последнее время чувства и ощущения от Лунтьера.

Мысли мои прервал стук в дверь, и открыв ее, я увидела девушку-администратора, которая еле держала в руках огромную корзину с цветами.

– Подарок от генераль Каллос, – с сильным акцентом произнесла эльфийка на международном языке.

– Это мне? – брови мои взметнулись вверх.

Я посторонилась, пропуская девушку в номер, чтобы она поставила тяжелый букет на комод.

– Вам, мисс Штоль… бер… бельг… – у эльфийки явно запутался язык в попытке выговорить мою фамилию, непривычную для мягкого эльфийского языка.

Но девушка быстро выкрутилась:

– Это вам, госпожа! И вам дать приглашение от генераль Каллос.

– Приглашение куда? – спросила я, беря нежно-фиолетовый конверт из рук эльфийки.

Как мило, в записке не было ни слова на международном языке. А как я должна это прочесть вообще? Это издёвка такая? Или подразумевается, что Лунтьер круглосуточно вокруг меня вьется и переводит каждый чих с эльфийского?

– Моя не знать! – извиняюще улыбнулась эльфийка. – Но вас ждать переводчик вниз!

– Внизу? – уточнила я. – В холле отеля?

Эльфийка активно закивала и поспешила вниз, оставив меня одну.

– Что там за переводчик? Лунтьер, наверное? – задумчиво почесала я в затылке. – А чего он сам тогда не пришел?

– Мне слетать посмотреть вниз? – предложил Морф.

– Да нет, зачем, это ни к чему. Спускаемся вместе.

Я провела рукой по лепесткам неизвестных мне цветов, вдыхая их изумительный сладковатый аромат.

– Красивые… Не представляю даже, сколько такой букет стоит.

– Чой-то Каллос решил тебя цветами задарить? – подозрительно сощурился Морф.

Я пожала плечами.

– Видимо, в знак благодарности за возвращенную на земли Велариэну. И наверняка он хочет об этом поговорить.

Я поспешила вниз, в холле меня действительно ожидал переводчик, и это был вовсе не Лунтьер, а молодой эльф в тёмной мантии, с длинным светлыми волосами, собранными в хвост.

– Мисс Штольценберг, – поклонился он, обращаясь ко мне с заметным акцентом, но всё-таки на понятном мне языке. – Большая честь – сопровождать вас на свидание к генералу Каллосу!

– К-куда? – опешила я.

***

– Свидание – в каком смысле? – осторожно уточнила я. – Вы, наверное, неправильно выразились. Имеете в виду – встреча? Деловая встреча? Совещание? Планерка?

– Я хорошо знаю международный язык, мисс Штольценберг, – улыбнулся эльф, демонстрируя безупречный ряд белых зубов. – Я имел в виду именно свидание, то есть романтическую встречу. Меня зовут Дэлар, и я ваш сопровождающий на этот вечер.

– Простите, вы точно не ошиблись? – я нервным жестом коснулась своего уха, будто надеясь, что это какая-то слуховая галлюцинация.