Чтение онлайн

Может, он перепутал меня с кем-то? Или это такой эльфийский юмор?

– Может, вы имели в виду, что генерал просто хочет обсудить возвращение Велариэны?

Переводчик (который, кстати, выглядел так, будто сошел со страниц эльфийского романа о прекрасных принцах) мягко улыбнулся:

– Генерал Каллос лично написал приглашение. Ошибки быть не может.

– Вот это? – я помахала в воздухе запиской. – Записка на эльфийском, я ее даже прочитать не могу, и господин Каллос прекрасно об этом знает. Выглядит, как издевательство, либо очень плохо продуманный квест.

– Вы позволите? – эльф протянул мне ладонь, чтобы взять записку. – Генерал Каллос понимал, что вы не сможете прочесть ее сами, именно поэтому послал меня. Но он хотел, чтобы первые слова, обращенные к вам, были написаны именно его рукой. Это ни в коем случае не издевательство, напротив – это проявление уважения к вам, с точки зрения генерала. Для вашего понимания: на моей памяти это первый случай за последние тридцать лет, когда генерал Эльмар Каллос так себя ведет.

– М-м-м, как… Мило… – пробормотала я, не зная, как реагировать.

Но записку всё-таки протянула, и Дэлар зачитал до жути пафосный текст, который сводился к фразе «приглашаю вас присоединиться к праздничной церемонии в парке тысячи ручьев». И да, судя по тону текста и бесконечным комплиментам в мою честь, это было именно приглашение на свидание, а не на деловую встречу. Во всяком случае, я не уверена, что у эльфов принято приглашать на официальную встречу со словами в духе «ваши глаза похожи на два бездонных лесных озера, в которых утонуло мое сердце».

Я стояла в холле отеля, застыв в нелепой позе с эльфийской запиской в руках, дикими глазами смотрела на переводчика и лихорадочно соображала, не слишком ли поздно притвориться внезапно умершей. Всё это было похоже на какой-то розыгрыш.

Морф, сидящий у меня на плече, захихикал мне в ухо:

– Ох уж эти внезапные эльфы! То тридцать лет к себе никого не пускают, то вдруг – бац! – и романтические метафоры посыпались, как перхоть с больного дракона.

Да уж…

Впрочем, может, это просто такая дань уважения человеку, который вернул на эльфийские земли священную Велариэну? Откуда ж мне знать, как у них тут всё устроено, все эти традиции, многословные комплименты с поэтическим флёром… Эх, Лунтьера бы сюда, он бы сейчас пояснил, что к чему…

– Ладно, я согласна, – сказала я, внезапно осознав, что это отличный материал для статьи «Эльфийские традиции и ухаживания: от А до Я» (и далее на десять тысяч страниц). – Везите меня в этот парк к генералу.

Поразмыслив, я решила, что это отличный повод не только разобраться в странном поведении генерала, но и с точки зрения репортера ознакомиться с чем-то новым для себя. Я здесь в командировке, в конце концов, собираю различную информацию об эльфийских обычаях и не только, так что мне будет очень полезно поучаствовать в каких-то традиционных праздничных активностях.

– Отлично! – переводчик сиял, будто только что заключил дипломатический договор. – Экипаж уже ждёт.

Я кивнула, всё ещё в лёгком ступоре, и последовала за ним к выходу.

Но потом вспомнила об одной вещи и сказала:

– Ой, только возьму кое-что в номере, я там оставила сумку.

Не знаю, получится ли у меня воспользоваться ручкой-артефактом, но взять ее с собой всё же стоит.

Забирая артефакт со столика, взгляд упал на небольшую бутылочку с зеленой жидкостью – убойным слабительным, которое я в самом деле успела сварить для Эльмара. Передать только не успела. Подумала и кинула в сумку и его тоже. Помнила, что Лунтьер настоятельно просил без него такие вещи генералу не передавать, но с учетом наличия генеральского переводчика я, пожалуй, справлюсь с передачей зелья и без Лунтьера. Надо только подумать, как бы поделикатнее обставить передачу столь щекотливой вещи…

Когда я спускалась по лестнице к Дэлару, ожидающему меня на выходе, Морф вновь материализовался на моем левом плече и прошептал:

– Ты в курсе, что Лунтьер, если узнает, куда и с кем ты отправляешься, взорвётся, как магическая граната?

– А при чем тут Лунтьер? – не поняла я. – Ему какое дело до того, что я с Каллосом на встречу иду?

Морф не выдержал и хлопнул аморфной ладошкой по лицу.

– О пельмень моих ночей! Ты вот вроде умная, но местами такая наивная, что у меня нет цензурных слов!..

Я хотела возмутиться, но я уже вышла на улицу, и переводчик галантно распахнул дверцу экипажа.

– После вас, мисс Штольценберг.

С тяжким вздохом я забралась внутрь, сев на заднее сидение, Дэлар уселся рядом с водителем на переднем сидении. Экипаж был роскошным – с бархатной обивкой, резными деревянными панелями и даже хрустальной мини-люстрой, которая позвякивала на каждом повороте.

Когда экипаж тронулся с места, я бросила короткий взгляд в сторону гостиничного номера Лунтьера. Окна не горели: значит, он еще не вернулся из императорского дворца, куда направлялся сегодня по делам эпидемии, для отработки очередной теории заражения.

Ехали мы совсем недолго, вскоре экипаж остановился у входа в Лиственничную рощу – одно из самых красивых мест Геросса, по словам переводчика. Здесь действительно было великолепно: парк раскинулся на берегу огромного озера, черная гладь которого отражала мерцающие огоньки рождественских гирлянд, верхушки невероятно высоких деревьев терялись где-то высоко в небе. Пахло цветами и лесной свежестью, вдоль дорожек мерцали крошечные светящиеся фонарики, словно звезды, упавшие с неба. Отовсюду звучала нежная музыка арфы и эльфийское пение. Я заслушалась вокалом целого хора, стоящего на берегу озера, их прекрасные голоса разносились далеко по парку и наполняли сердце теплом и умиротворением.

В самом парке было очень многолюдно: эльфы толпились, кажется, по всем берегам озера, каждый подходил к воде и пускал на воду кувшинку с сияющим в ее центре магическим огоньком, похожим на свечу. Только огоньки были самых разных цветов, и озеро уже заполонил целый кувшинковый флот, переливающийся всеми цветами радуги. Это даже издалека выглядело невероятно красиво, и мне не терпелось подойти ближе.

Но мы проехали дальше: экипаж подъехал к огороженной части озера с богато украшенной беседкой у самой кромки воды. Судя по ее позолоте и стражникам неподалеку, беседка предназначалась для особо важных персон вроде генерала Каллоса или самого императора Геросса. Понятно, что сейчас он не выходит в люди, но в иное время наверняка бывал здесь.

Переводчик помог мне выйти, причем делал это с такой осторожностью, как будто я внезапно превратилась в хрустальную вазу, и жестом указал в сторону берега, где виднелась высокая фигура облаченного во всё белое эльфа:

– Генерал ждёт вас.

Я глубоко вдохнула.

Ну что ж… Посмотрим, что за игра здесь началась.

И твердым шагом направилась к беседке.

***

Генерал Каллос стоял у самой воды, одетый в парадный мундир с серебряной вышивкой. Его длинные белые волосы были распущены, смотрел он на меня с теплом и чуть ли не откровенным обожанием.