Чтение онлайн

Болконский вместо Волконский

Долохов вместо Дорохов

Друбецкой вместо Трубецкой

Курагин вместо Куракин

Фамилия Безухов, вероятно, явилась семантической модификацией украинской фамилии Безбородко.

Салтыков-Щедрин часто переделывал фамилии хорошо известных своих современников, например:

Мерзицкий (< мерзкий) вместо Магницкий

Сампантре (= сам пан тре, украинская фраза, означающая ‘хозяин сам себя трет’, использованная иронически для обозначения дешевого сорта табака). Салтыков-Щедрин использует это выражение в качестве фамилии с иностранным оттенком, говоря о Демидове, графе Сан-Донато.

Толстолобов вместо фамилии графа Д. Толстого, министра образования

Фунич вместо фамилии известного обскуранта Д. П. Рунича

Салтыков-Щедрин, создавая «Губернские очерки», модифицировал несколько фамилий вятских жителей, например:

Балящев вместо Веляшев (< Веляш, уменьш. от Вениамин). Фамилия напоминает также причастие болящий.

Фютяев вместо Тюфяев (происхождение неясно)

Ижбурдин вместо Ижболдин (происхождение неясно)

Живновский вместо Животский, возможно, это фамилия духовного лица от ц.-слав. живот ‘жизнь’

Фамилии трех издателей журнала «Русское слово» — Зайцев, Писарев и Благосветлов (духовная фамилия) — Салтыков-Щедрин изменил на Кроличков (от кроличек), Бенескриптов (латинизированная духовная фамилия) и Ризположенский (псевдодуховная фамилия, производная от библейского выражения до положения риз, относящегося к пьянству Ноя и до сих пор употребляющегося в России для обозначения крайней степени опьянения) {63} .

Крохоткин у Достоевского, видимо, является модификацией княжеской фамилии Кропоткин (кропотка ‘неугомонный’), но в целом такая практика не свойственна Достоевскому.

4.2. «Говорящие» фамилии. Под «говорящими» фамилиями мы понимаем придуманные автором фамилии, которые характеризуют моральные качества литературного героя либо указывают на его профессию. Таким фамилиям свойственна однозначная и экспрессивная этимология.

(I) Фамилии, характеризующие моральные качества литературного героя. Эти фамилии были особенно популярны в русской литературе XVIII в. Хрестоматийный пример — персонажи комедии Фонвизина «Недоросль»: Правдин, Простаков, Скотинин.

С точки зрения морфологии эти фамилии не отличаются от реальных.

Две другие фамилии из той же комедии скорее напоминают прозвища: честный, старомодный дядя Стародум (от старый и дума) и знатный любовник Милон (милый). Маловероятно встретить их среди подлинно русских фамилий, тем не менее они широко представлены в произведениях русской литературы XVIII в. Даже имя учителя немца в «Недоросле» имеет ярко выраженную русскую основу и немецкое окончание: Вральман.

Другие примеры символических фамилий можно встретить:

а) в комедии Капниста «Ябеда»:

Добров

Кохтин

Кривосудов

Прямиков

б) в комедии Лукина «Щепетильник»:

Верхоглядов < верхогляд

Легкомыслов < легкомысленный

Обиралов < обирать

Притворов < притворный

Самохвалов < сам и хвалить

Старосветов < старый свет

Чистосердов < чистое сердце, эта фамилия существует также как духовная (см. с. 178 )

Тривиальный способ указания на моральные качества литературного героя через его фамилию практиковался также в произведениях ряда писателей XIX в., наделенных сомнительным чувством юмора.

Гоголь не стремился подчеркивать связь между значением фамилии и чертами литературного персонажа. Как показывают следующие примеры, в фамилиях его героев обычно содержится лишь намек, а не полная характеристика:

Ляпкин-Тяпкин < разговорное выражение тяп-ляп.

Манилов < манить

Собакевич < собака

Хлестаков < хлёсткий

Такая же сдержанность характерна и для Достоевского:

Девушкин < девушка

Карамазов, возможно от тюрк. кара ‘черный’ и русского мазать

Разумихин < разум; Достоевский сам упоминает о связи между этой андрометронимической фамилией и персонажем, который носит ее

Шатов < шатать, эмоционально неустойчивый характер

Хороший вкус не позволял Островскому злоупотреблять такого рода фамилиями, хотя изображаемые им в пьесах картины нравов и соблазняли на это. Можно привести всего лишь несколько примеров. Причем один из них особенно изящен, это имя квартального полицейского — Тигрий Львович Лютов. Имя и отчество — подлинные крестильные имена, но тем не менее они представляют собой сочетание слов тигр и лев, а фамилия образована от прилагательного лютый. Другие примеры: