Чтение онлайн

– Хватит, – недовольно сморщился правитель Брола. – Нечего закатывать драму. Куда же подевалась твоя хмельная спесь?

Лео недовольно насупился.

– В любом случае, голова твоя за пределами Крокснорта в большой цене. Кто бы только мог подумать…

– И что мне теперь делать с этим? – отчаянно развел руками Лео. – Прятаться вечно? И даже не пытаться искать спокойной жизни?

– Нужно сказать, тебе сильно повезло, – подметил князь. – Полагаю, если бы не его величество, ты бы давно уже гнил в темнице или кормил червей. Не меньше интересно и то, что он такого нашел в тебе. Но… это ведь вовсе не моё дело.

– Вы что-то знаете о нём? – с робкой надеждой спросил Леонард. – О его планах?

– Он мой царь. И этого знания для меня достаточно, – сухо ответил князь. – Мы здесь не за тем, чтоб обсуждать его дела.

– Точно, – Лео расправил плечи и спину и решительно посмотрел князю прямо в глаза. – Я ведь и сам хотел видеть вас ради…

– Ах, да, – перебил его правитель и обратился к своим войнам. – Оставьте нас ненадолго. У нас с молодым магом есть личный разговор.

Забренчали кольчуги, шаркнули стремена о лошадиные бока и ратники стали расступаться во все стороны. Человек в черном грубо схватил за волосы пленника, настойчиво вспорол ему шею своим клинком, и зашагал прочь вместе с остальными. Мгновенья конвульсий и кровью напиталась темная земля. Он умер быстро, оставленный здесь на съедение северным лесным пумам.

Лео словил себя на мысли о том, что больше не испытывает былого отвращения к смерти. И миг этой думы не был для него радостным.

– А теперь я поговорю с тобой, как её отец, маг, – ни с того ни с сего сделался грозным, как разъярённый хищник, князь. И взгляд его, лютый, пронзил Леонарда пугающим предостережением. – Не смей больше спрашивать о моей дочери. Не смей искать её. Не смей даже вспоминать о ней! Понял?

– Но… как же это?.. – поперек горла Леонарду встал тошнотный, слезливый ком. – Нет же… Нет! Я люблю её! И кем бы вы ни были, не смейте говорить мне такое! Слышите? Не смейте!..

– Похоже ты плохо меня… – князь поперхнулся. В одно мгновенье устрашающий пыл его поник. В бунтующем юноше, во всем его естестве, он разглядел самые искренние порывы. Настоящие, верные, благородные. Он поверил ему, без всяких сомнений, и вспомнил тогда об ушедшей своей жене, и том, как горячо любил её и о том, как несправедливо обошлась с его нежными чувствами к ней судьба. Он понимал. Ведь Мира так была на неё похожа. Слишком сильно. И теперь предстояло ему бросить в юнца тем же куском холодной грязи. И ненадолго князь проникся сочувствием, но задушил его в себе, не дав разгореться. Но теперь смягчился и стал говорить мягко, ласково, как с добрым другом:

– Послушай меня, маг. Мне жаль, но вы не сможете больше встретиться. Никогда…

– Да как же это? – на глазах Лео навернулись слезы. Он даже не пытался держать их в себе. – Что случилось? С ней все хорошо? Она жива?

– Жива, – с болью в сердце заверил князь. – Но теперь она там, где ты не сможешь её найти. И лучше бы тебе не пытаться. Поверь. Прошу, просто поверь мне.

– Но почему? Почему я просто не могу быть?..

– Мне жаль, что происходит так, – князь осторожно взял его за плечо и по-отечески посмотрел в глаза. – Так будет лучше для неё. Для всех. Это дело касается моей семьи, и в этом я непреклонен. Не думай, что это лишь глупый запрет сварливого отца. Нет. Но она… её мать… – Он остановился. – Тебе не нужно знать об этом. Свыкнись. Забудь. Боль уйдет рано или поздно. Тем более, не так уж долго вы…

– Не так уж долго? – обреченно поднял голову Лео. – Каждый день, всё это время я ждал нашей встречи. Только тем и жил, а теперь…

– Мне жаль… – повторил князь. – Мне правда жаль.

То ли спорили, то ли просто говорили они ещё до полной темени, а когда на небе совсем не осталось света Небесного Сердца, к ним возвернулись ратники и человек в черном напомнил, что пора было бы отправляться в город.

Обратно вернулись тем же путем. Леонарда привезли прямиком к Виго и высадили у самой двери в гадко пахнущее жилище. Когда маг собирался уже покинуть карету, князь остановил его и ещё раз ободряюще похлопал по плечу.

– Будь осторожен, – сказал он на прощание. – Мои войны останутся здесь присматривать. Не спорь. Это приказ того, кому даже я возражать не в силах.

Леонард не хотел больше говорить. Весь опустошенный, словно выпотрошенный наизнанку, бездумно он поплелся в дом, спустился вниз, заперся в отведенной ему комнате и там, в одиночестве и полной темноте, принялся горько плакать и озлоблено спрашивать у немых стен, за что же досталась ему такая нелегкая судьба.

– Как это всё мертвы?! – Сенд дышал тяжело и отрывисто, и в ярости царапал своё изуродованное белым пламенем лицо. – Это невозможно! НЕВОЗМОЖНО!

– Мой господин, – командир черных охотников страшился его гнева, как маленький ребенок страшится гнева строгого отца. – Речь не только о Броле…

– Ч-ч-что?! – Сенд словно ревел, задыхаясь. – Как это понимать?

– По всему Крокснорту. Наши агенты. Мертвы все до единого.

– Пошлите новых! Пошлите армию, забери меня пустота! Как смеешь ты говорить мне об этом? – руки его запылали, как горнила, и он протянул их к охотнику. – Я обращу тебя в пепел. Сейчас же! Ничтожество! Как посмел ты допустить такое?!

– Они все… В одно мгновенье… – он зажмурился и только глубоко дышал в ожидании самого худшего. – Мы не могли предвидеть этого… Никто не знает… Случилось нечто страшное… Необъяснимое…

– Что за сила могла сотворить такое? – безумие отступило, Сенд поунялся и отошел на шаг, разбитый, точно поверженный. Ладони его остыли. – Темный маг… Тот, кто оставил на мне все эти гадкие увечья… Новый царь Крокснорта… – он бормотал себе под нос неразборчиво. – Как я мог это упустить?.. Как мог не догадаться раньше?..

– О чем вы, мой господин?

– Глупцы! Вы все идиоты! – громыхал Сенд. – Как не смогли уличить вы его в колдовстве столь могущественном? Тот, кто сказал мне, что север помнит! Его сила… С такой можно отнять трон! И стать даже Смерти Владыкой…

Командиру Черной Охоты сделалось совсем жутко. Ещё сильнее, чем прежде.

– Глупцы! Наш король и наш ректор! Как могли они быть столь беспечны? – спрашивал Сенд у темноты закрытых глаз, и она отвечала ему туманными, неясными образами. – Прикажите! Трубите на всех границах, чтоб готовились к нападению! Это будет война, большая война! И тысячи умрут, а после снова восстанут и будут грызть своих живых братьев! – Видения становились всё явственней. Они уже приходили к нему. Они мучали его разум и шептали о страшной угрозе, но он не верил; не хотел слушать. И теперь об этом сильно жалел, и клял себя дураком безмолвно. – Я больше не буду противиться! Ибо таков мой дар, и я не смею больше его отвергать! Трубите тревогу! Кричите в оракулы и отправляйте гонцов! Север помнит, и он пошлёт свою страшную месть! Услышьте же мои слова, так и будет!

Он задрожал и рухнул, как горный обвал, как сорвавшаяся лавина. И образы погасли, и стало снова темно в глазах…

Черный Охотник успел поймать Сенда и не дал ему удариться головой о каменный пол. Он давно уже забыл, что такое страх, но теперь страх вернулся и пленил, сковал его жалящим льдом. Он не знал, что делать, но приказы, отданные главой Черной Охоты, пугали его до скрипа зубов. И охотник остался ждать, стеречь своего господина до тех пор, пока тот снова не очнется. И с ним на руках просидел он до глубокой ночи, не смея и шевельнуться. А потом…