Чтение онлайн

"Я сказал ей правду...
– подумал Торанага теперь, в Иокогаме, на рассвете, среди запаха лошадей, навоза и пота... Он едва слушал теперь раненого самурая и Оми, - он тосковал о Марико.
– Жизнь так печальна... Он устал от этих людей, от Осаки, от игр, которые приносят столько страданий живым... Но ставки в этих играх очень велики...

– Благодарю вас, Косами.
– Он дождался, когда самурай кончил свой рассказ.
– Вы хорошо со всем справились. Пожалуйста, пойдемте со мной, вы оба.

Торанага подошел к своей кобыле и еще раз пнул ее коленом в живот. Она тихонько заржала, но подтянуть подпругу он уже не смог.

– Лошади еще ненадежнее, чем люди!
– пробормотал он, ни к кому конкретно не обращаясь, вскочил в седло и поскакал, сопровождаемый телохранителями, Оми и Косами.

На плато он остановился. Все приветствовали его: Бунтаро с соколом на руке, Ябу, Хиро-Мацу и Судару.

– Доброе утро!
– бодро ответил он и сделал знак Оми, что хочет с ним поговорить.

Он уже знал, что все готово, Судару послал своих людей в горы, проверить, как ведут себя загонщики. И вот теперь он заявил Судару:

– Благодарю тебя, мой сын, но я решил поохотиться на побережье.

Судару отправил гонца верхом - снимать всех с гор и перебрасывать на побережье.

– Извините, отец, мне следовало бы об этом подумать и приготовиться. Прошу меня простить.

– Да, мой сын. Так что, Хиро-Мацу, как идет подготовка? Старый генерал, с неизменным мечом в руках, был зол.

– Думаю, все это бесчестно и не нужно. Скоро мы забудем об этом. Мы плюнем на Ишидо и без такого предательства.

Ябу возразил:

– Прошу меня извинить, но без этих ружей и нашей стратегии, Хиро-Мацу-сан, мы проиграем. Это современная война, таким способом мы имеем шанс ее выиграть, - Он оглянулся на Торанагу, который еще не слезал с лошади.
– Я слышал сегодня ночью, что умер Джикья.

– Вы уверены?
– Торанага притворился удивленным. Он получил эту секретную информацию в день отъезда из Мисимы.

– Да, господин. Кажется, он болел. Мой источник сообщает, что он умер два дня назад.
– Ябу открыто торжествовал.
– Его наследник - сын, Хикодзу.

– Этот щенок?
– презрительно процедил Бунтаро.

– Да, я согласен, - он ничего собой не представляет, - Ябу казался на несколько дюймов выше, чем обычно.
– Господин, не открывает ли нам это путь с юга? Почему не атаковать по Такайдской дороге? После того, как сдох этот старый лис, Изу теперь безопасна, а Суруга и Тотоми беспомощны, как выброшенный на берег рассохшийся бочонок.

Торанага спешился. Он, казалось, задумался.

– А ваше мнение?
– спокойно спросил он Хиро-Мацу.

– Если мы захватим дорогу на всем протяжении до перевала Утсунойя, все мосты и быстро возьмем Тенриу - обеспечив коммуникации надежной защитой, то проскользнем прямо в сердце Ишидо. Запереть в горах Затаки, усилить нападение по Токайдо и обрушиться на Осаку! Мы будем тогда хозяевами положения.

– Если армии Ишидо поведет наследник, нас разгромят, - Судару говорил уверенно и спокойно.

– Не согласен, - заявил Хиро-Мацу.

– Я тоже, прошу прощения, - поддержал его Ябу.

– Но я согласен!
– возразил Торанага твердо. Он еще не говорил им о возможном договоре с Затаки, о том, что тот в нужный момент предаст Ишидо. "Зачем?
– думал он, - Это еще не факт. Пока. Но как мне совместить две проблемы? Мое соглашение со сводным братом отдать ему в жены Ошибу, если он нас поддержит, - это как раз факт. А что если условие Ошибы будет - чтобы я сам женился на ней? Это тонкий вопрос, - сказал он себе.
– Непохоже, чтобы Ошиба предала Ишидо. Но коли так - ответ прост: мой брат подчинится неизбежному".

Вдруг он заметил, все взоры устремлены на него.

– В чем дело?

Все молчали. Бунтаро спросил:

– Что произойдет, господин, если мы выступим против знамени наследника?

Никто из них никогда не задавал этого вопроса напрямую, при всех и так официально.

– Если это произойдет, я проиграл.
– Торанага был серьезен и тверд.
– Я совершу сеппуку, а те, кто чтят завещание Тайко и несомненное право Яэмона наследовать звание сегуна явятся к нему и почтительно попросят у него прощения. Кто не сделает это - будет опозорен.

Все внимательно слушали, все молча торжественно кивнули. Торанага опять стал легок и добродушен:

– Однако, мы пока не на поле битвы, - давайте продолжать, как планировали.
– Он обращался к Ябу.
– Да, Ябу-сан, теперь возможен и южный путь наступления. Отчего умер Джикья?

– От болезни, господин.

– От болезни за пятьсот коку?

Ябу засмеялся, но в глубине души был взбешен, что Торанага раскрыл его тайную шпионскую сеть.

– Думаю, что так, господин. Вам рассказал мой брат? Торанага кивнул и попросил объяснить всем остальным. Ябу это не огорчило - план был умный и сложный: Мисуно, его брат, на деньги, полученные от Анджин-сана, подобрался к помощнику повара, внедрившемуся на личную кухню Джикья...

– Не так уж дорого!
– похвастался Ябу.
– Пять сотен коку за возможность зайти с юга!

Хиро-Мацу жестко сказал Торанаге:

– Прошу меня простить, но я думаю, что это грязная история.

Торанага улыбнулся:

– Измена - оружия войны.

– Но не для самурая. Ябу возмутился:

– Простите, господин Хиро-Мацу. думаю, вы не имели в виду оскорбить меня?

– Он не имел в виду оскорбить вас. Не так ли, Хиро-Мацу-сама? вмешался Торанага.

– Нет, господин, - проворчал старый генерал.
– Прошу прощения.

– Яды, заговоры, предательство, убийства всегда служили оружием в войнах, старина, - примирительно подвел итог Торанага.
– Джикья был врагом и глупцом. Пять сотен коку за южный путь - ничто! Ябу-сама сослужил мне хорошую службу. Здесь и в Осаке.

– Я всегда готов верно служить вам, господин.

– Благодарю вас. Объясните, пожалуйста, почему вы убили капитана Самиери перед нападением ниндзя, - потребовал Торанага.

Выражение лица Ябу не изменилось. С ним, как всегда, меч Ёситомо, рука, как всегда свободна, на рукоятке: