Чтение онлайн

– Кто это говорит? Кто обвиняет меня в этом, господин? Торанага указал на группу коричневых в сорока шагах:

– Эти люди! Косами-сан, подойдите сюда, пожалуйста. Молодой самурай спешился, хромая, подошел и поклонился. Ябу пристально посмотрел на него:

– Кто вы, приятель?

– Сокура Косами, из десятого полка; назначен телохранителем госпожи Киритсубо в Осаке, господин. Вы поставили меня на пост у входа в вашу комнату - и комнату Самиери-сана - в ночь нападения ниндзя.

– Не помню вас. Вы осмелились сказать, что я убил Самиери?

Юноша заколебался. Торанага потребовал;

– Скажите ему! Косами заговорил:

– У меня едва хватило времени, господин, перед тем как ниндзя на нас напали, открыть дверь и крикнуть Самиери-сану: "Тревога! " Но он не двигался, - прошу прощения, господин.
– Он обратился к Торанаге, чувствуя себя неуютно под направленными на него пристальными взглядами.
– Он был... он всегда так чутко спал, господин, хватало одного мгновения... Вот и все, господин.

– Вы вошли в комнату? Пытались растолкать его?
– настаивал Ябу.

– Нет, господин. Ниндзя наступали так быстро, что мы отошли и контратаковали. Все было, как я сказал... Ябу посмотрел на Торанагу:

– Самиери-сан был на посту два дня. Он был очень истощен, - мы все устали. Что это доказывает?
– задал он вопрос всем.

– Ничего, - все еще дружелюбно согласился Торанага.
– Но потом, Косами-сан, вы вернулись в комнату?

– Да, господин. Самиери-сан все еще лежал на футонах, как я застал его в прошлый раз, и... в комнате все было в полном порядке, совсем все, господин. А он был зарезан ножом, господин, ударом в спину. Я думал тогда ниндзя - и ни о чем не помышлял, пока меня не допросил Оми-сан.

– Ах!
– Ябу повернулся к племяннику, вся его внутренняя энергия сконцентрировалась на том, кто его выдал, - он прикидывал расстояние между ними.
– Так вы допрашивали его?

– Да, господин, - ответил Оми.
– Господин Торанага просил меня проверить все показания. Здесь была одна странность, о которой я должен был сообщить нашему господину.

– Одна странность? А есть и еще?

– Согласно приказам господина Торанага я опросил всех слуг, которые уцелели после нападения ниндзя, господин. Таких оказалось двое. Извините, но они оба говорят, что вы прошли через их комнату с одним самураем и вскоре вернулись один, крича: "Ниндзя! " Потом они...

– Они бросились на нас и убили беднягу пикой и мечом и чуть не догнали меня. Я должен был отступить, чтобы поднять тревогу, - Ябу следил за Торанагой, осторожно переставляя ноги, чтобы занять более удобную позицию для атаки.
– Я уже говорил вам об этом, господин, и в разговоре, и в письменном рапорте. Что эти слуги могли иметь общего со мной?

– Ну, Оми-сан?
– потребовал Торанага.

– Простите, Ябу-сама, - продолжал Оми, - но они оба видели, как вы открывали засовы на секретной двери в главной башне, и слышали, как вы говорили: "Я - Касиги Ябу". Это позволило им спрятаться от бойни.

Лицо Ябу ничего не выражало. Внезапно Судару бросился перед Торанагой, чтобы защитить его. В тот же миг меч Хиро-Мацу блеснул у шеи Ябу.

– Стойте!
– приказал Торанага.

Меч Хиро-Мацу замер - старик изумительно контролировал свои действия. Ябу не шелохнулся. Он гордо смотрел на них, потом надменно расхохотался.

– Разве я грязный ронин, чтобы нападать на своего сюзерена? Я - Касиги Ябу, владыка Изу, Суруги и Тотоми.
– Он прямо посмотрел на Торанагу.
– В чем меня обвиняют, господин? В помощи ниндзя? Чушь! Что мне эти фантазии слуг? Они лжецы! Или этот парень, который намекает на что-то, чего я не могу опровергнуть, а он - доказать?

– Доказательств нет, Ябу-сама, - ответил Торанага.
– Я полностью с вами согласен: доказательств нет никаких.

– Ябу-сама, но вы все это совершили?
– спросил Хиро-Мацу.

– Конечно, нет! Торанага ответил:

– А я думаю, что да. Все ваши земли конфискуются. Пожалуйста, совершите сеппуку - сегодня же. До середины дня.

Приговор был окончательным. Это был главный момент, к которому Ябу готовился всю свою жизнь.

"Карма, - подумал он. Мозг его лихорадочно работал.
– Я ничего не могу поделать - приказ законен... Торанага - мой сюзерен. Они могут отрубить мне голову, или я могу умереть с достоинством... Все равно я уже покойник. Оми выдал меня... Значит, такова моя карма. Всех слуг должны были убить, это входило в план, но вот двое выжили... Это моя карма. Веди себя достойно! приказал он себе, собирая все свое мужество.
– Думай и поступай соответствующим образом".

– Господин, - начал он с показной смелостью, - прежде всего, я не виновен в этих преступлениях - Косами ошибается, а слуги врут. Кроме того, я лучший из боевых генералов, которые у вас есть. Я прошу оказать мне честь возглавить атаку на Токкайдо или позволить занять место в первых рядах в первой же битве - тогда моя смерть принесет вам непосредственную пользу.

Торанага дружелюбно сказал:

– Это хорошее предложение, Ябу-сан, и я от всего сердца с вами согласен, что вы лучший генерал мушкетного полка. Но, прошу прощения, я не доверяю вам. Пожалуйста, совершите сеппуку до полудня.

Ябу сумел подавить ослепившую его злобу и выполнить свой долг самурая и главы рода. Он собрал все свое самообладание:

– Я официально прощаю моего племянника Касиги Оми-сана, освобождаю его от всякой ответственности за его предательство и официально назначаю своим наследником.

Торанага, как и все остальные, был поражен.

– Очень хорошо, - похвалил он.
– Я думаю, это очень мудро. Согласен.

– Изу - наследственный удел рода Касиги. Завещаю его Оми-сану.

– Изу больше не ваш, чтобы вы могли кому-то его передать. Вы - мой вассал. Изу - одна из моих провинций. Я отдам его кому захочу.

Ябу пожал плечами:

– Я хотел отдать ему, даже несмотря на то...
– Он засмеялся.
– Это просьба на всю жизнь...

– Просить - можно. В вашей просьбе отказано. Ябу-сан, все ваши последние приказы подвергаются моему утверждению.

Бунтаро-сан, вы будете официальным свидетелем. Теперь, Ябу-сан, - кого вы хотите себе в помощники?

– Касиги Оми-сана.

Торанага взглянул на Оми. Тот поклонился, лицо его побледнело.

– Для меня это большая честь!

– Тогда все оговорено.

Хиро-Мацу уточнил:

– И атака на Токкаидо - тоже?

– Нам будет безопаснее за нашими горами.
– Торанага ответил на поклоны, вскочил на лошадь и пустил ее рысью. Судару вежливо кивнул и поехал за ним. Как только Торанага и Судару отъехали достаточно далеко, Бунтаро и Хиро-Мацу расслабились, но не Оми, - нет... Каждый не сводил взгляда с меча и руки Ябу.

Бунтаро осведомился:

– Где вы хотите сделать это, Ябу-сама?

– Здесь, там, внизу, на берегу, или на какой-нибудь навозной куче - мне все равно! Мне не нужны церемониальные одежды! Но, Оми-сан, вы не должны наносить свой удар, пока я не сделаю два разреза.