ЖАНРЫ

Сладкие грезы Гравви (цикл Hаваждения N 2)

Фрай Максим

Шрифт:

– Спасибо, но... Одним словом, я собираюсь последовать вашему совету. Твердо сказал я. А потом виновато обернулся к сэру Кофе.
– Ох, Кофа, вы совсем не обязаны расплачиваться за мои безумные решения! Я могу бродить по этой грешной пустыне и в одиночестве, а вы...

– А я отправлюсь с тобой и посмотрю, как у тебя это получится. Спокойно закончил Кофа.
– За кого ты меня принимаешь, мальчик?

– За человека, который совершенно не виноват, что все мои желания имеют свойство тут же исполняться, даже самые дурацкие!
– Вздохнул я.

– Ничего, мне даже интересно. В прошлый раз исполнение твоего "дурацкого желания" сделало меня немного богаче, посмотрим, что будет теперь.
– Насмешливо сказал Кофа.

– Халиф рад, что вы приняли мудрое решение.
– Шепнул нам старик.
– Его слуги дадут вам все, что требуется для такого тяжелого путешествия, в том числе пузырь Буурахри и опытного проводника. А теперь...

– Да, мы сейчас уйдем.
– Понимающе кивнул я.
– Только вот что... Вы сказали, что халиф готов предоставить нам проводника. Будет лучше, если этим проводником станет главный виновник всего случившегося.
– Я указал на неподвижное тело Кумухара Манулы и беспомощно посмотрел на халифа.
– Мой опыт подсказывает, что любое дело должен завершать тот, кто его начал. А его начал именно этот господин... И я обещаю, что его "неуместное беспокойство: больше не будет вас тревожить. Уж это чудо вполне в моих силах!

– Правда?
– Изумленно спросил халиф.
– Остается только сожалеть, что ты не служишь при моем дворе... Но почему в таком случае ты не всегда можешь справиться с собственным беспокойством?

– Потому что изменить себя гораздо труднее, чем проделать то же самое с другими. На это моего могущества пока не хватает, к сожалению.
– Честно признался я.
– Кроме того, этот бедняга будет... как бы это сказать... не совсем живым, или не совсем человеком после того, как я его успокою.

– Халифу кажется, что вы говорите страшные вещи, но он согласен отдать вам этого человека.
– Почтительно шепнул мне старик.
– Делайте с ним, что хотите - при условии, что его нелепые размышления больше не потревожат покой халифа...

– Не потревожат.
– Твердо пообещал я.

– А почему вы меня не восхваляете?
– Неожиданно спросил халиф. Неужели вам не кажется, что я только что дал вам наилучший из советов?

– Кажется.
– Растерянно сказал я, изо всех сил стараясь не рассмеяться - это, пожалуй, было бы слишком! Сэр Кофа тут же открыл рот и вывалил на халифа здоровенную порцию превосходных эпитетов, которые я не берусь процитировать. К моему величайшему изумлению, халиф выслушал всю эту чушь с видимым удовольствием.

Потом я снова спрятал пленника в своей пригоршне, и мы попрощались с халифом и его старым слугой - на удивление быстро и без излишних церемоний. Очевидно, мы все-таки умудрились утомить впечатлительного Нубуйлибуни цуан Афию до полусмерти...

– А теперь отнесите нас в какой-нибудь хороший трактир, мальчики. Приказал сэр Кофа, взгромоздившись на свой уладас.
– В такой, где вкусно кормят, и в то же время можно уединиться... Вам известно хоть одно такое место?

Носильщики тупо переминались с ноги на ногу, не в силах решить, куда же нас доставить. Эта вялая дискотека могла бы продолжаться вечно, если бы нам на помощь не пришел один из дворцовых слуг - парень как раз проходил мимо.

– Несите этих блистательных господ в "Звездный мед" - Посоветовал он носильщикам. Повернулся к нам, почтительно поклонился и вкрадчивым шепотом добавил: - Восхитительные господа будут довольны! "Звездный мед" так хорош, что порой в его стенах вкушают сладость пищи даже братья нашего ослепительного владыки.

– Ну, что устраивает куманских принцев, скорее всего сойдет и для нас.
– Добродушно согласился Кофа. Я удивленно на него покосился: такие благодушные интонации на моей памяти удавались только настоящему "Мастеру Слышащему", а уж никак не этому худому длиннолицему типу!

– Вы собираетесь превратиться в сэра Кофу из Ехо?
– С улыбкой спросил я.

– А я и есть "сэр Кофа из Ехо", кто же еще!
– Лукаво усмехнулся он. Иногда, знаешь ли, мне ужасно надоедает необходимость вести себя в строгом соответствии со своим обликом - мало ли, что там в свое время наколдовал мой драгоценный папочка! В таких случаях толстяк из Ехо начинает ворчать, а невыносимый тип, каковым я в данный момент являюсь, ворчать перестает. Неужели и так не ясно?

– Вообще-то вы всю дорогу были вполне душкой, надо отдать вам должное!
– Благодарно сказал я.
– Но сейчас... Честно говоря, я предполагал, что вы меня побьете - сразу же, как только мы покинем приемную халифа!

– Перестань нести чушь, а то я тебя действительно побью!
– Ухмыльнулся Кофа.
– Ну кто тебе сказал, что путешествие в Черхавлу - это плохо?

– Никто.
– Удрученно признался я.
– Но из рассказа нашего проводника я понял, что Красная Пустыня Хмиро - весьма опасное место...

– Наш Мир вообще - весьма опасное место.
– Хмыкнул Кофа.
– И думаю, что другие Миры тоже... Что ж нам теперь - ложиться и умирать, что ли?

– Резонно.
– Рассмеялся я.

– Кроме того, когда мне еще выпадет возможность попасть в Черхавлу! Задумчиво добавил Кофа.
– Сам я ее уже искал, в юности, да так и не нашел, к сожалению. Зачарованные места вообще от меня не в восторге - я кажусь им очень уж мирским человеком, так что моего могущества хватает только на весьма прозаические чудеса... А в твоей компании мои шансы здорово возрастают: уж ты-то ее найдешь, эту грешную Черхавлу!

– Найду, куда я денусь.
– Флегматично согласился я. Честно говоря, я еще никогда в жизни не был так уверен в своих силах. Может быть, главной причиной внезапно посетившей меня нахальной самоуверенности стало наивное восхищение халифа, плененного моими простенькими фокусами - этот могущественный владыка смотрел на меня, как на какого-нибудь Великого Магистра древнего Ордена... Смешно, конечно!

Мы с Кофой чудненько провели вечер в отдельном кабинете "Звездного меда". Здесь к нашим услугам были не только хрен знает сколько квадратных метров уютного одиночества, но и небольшой бассейн, наполненный теплой ароматной водой и бесчисленные сладкие блюда всемирно известной куманской кухни. Оценив дикое количество кувшинов с водой, которой я собирался запивать весь этот медовый кошмар, Кофа ехидно посоветовал мне заказать нечто под названием "Вершина сладости", уверяя, что все не так страшно, как кажется - дескать, это блюдо представляет собой такую концентрированную эссенцию меда, что вкусовые рецепторы отказываются на него реагировать, поэтому оно уже как бы и не является сладким - но я так и не решился на сей рискованный эксперимент...

И разумеется, в нашем распоряжении была куча времени, чтобы обсудить предстоящее путешествие. Сэр Кофа поступил очень мудро, когда решил, что мы должны поужинать не дома, а в каком-нибудь трактире: расслабляющая обстановка наших роскошных дворцовых покоев совершенно не располагала к деловому разговору, а в стенах "Звездного меда" я почувствовал себя почти так же, как за столиком "Обжоры Бунбы", куда мы с Кофой нередко заходили наскоро перекусить перед тем, как добровольно вляпаться в какое-нибудь очередное чудо - во имя спокойствия прекрасной столицы Соединенного Королевства, ну, и для собственного удовольствия, чего греха таить...

В общем, когда я наконец вернулся в свою спальню, наше ближайшее будущее казалось мне - ну, не то что бы таким уж отчетливо ясным, но хотя бы продуманным и распланированным. Поэтому я спал как убитый - великолепный халиф Нубуйлибуни цуан Афия мог быть спокоен: ни один сумасшедший ветер не мог донести до него обрывки моих "сумбурных размышлений" по причине их абсолютного отсутствия!

А полдень следующего дня мы с сэром Кофой сокрушенно пялились на миниатюрное подобие дирижабля - это и был пузырь Буурахри, о котором я так много раз слышал с того момента, как мои ноги начали попирать гостеприимную землю Уандука. Я смотрел на это чудо местного технического прогресса с откровенным ужасом: я действительно до сих пор панически боюсь высоты. Если в моем негодовании по поводу поездки на пятиметровом куфаге была изрядная доля кокетства, то на сей раз я смотрел на сомнительное средство передвижения, которому мы с Кофой собирались доверить свои хрупкие жизни, с совершенно искренним ужасом!

Поделиться с друзьями: