ЖАНРЫ

Сладкие грезы Гравви (цикл Hаваждения N 2)

Фрай Максим

Шрифт:

– Что это, Кофа?
– Тихо спросил я.
– Куда подевалась эта грешная стена... и куда вообще все подевалось, если уж на то пошло?

– Ничего не понимаю.
– Озадаченно сказал Кофа.
– Стена, хвала Магистрам, на месте, и вообще все в порядке... А что ты видишь, мальчик?

– Вас и наш пузырь - это я точно вижу. А больше ничего нет, только яркие световые пятна...

– Разноцветные?
– Уточнил Кофа.
– Они постоянно двигаются, и в то же время остаются на месте?

– Ну да... А откуда вы знаете, если говорите, что все выглядит так же, как прежде?

– Пока мы с тобой бродили по городу, я несколько раз успел полюбоваться этими самыми пятнами.
Невозмутимо объяснил Кофа.
– Всякий раз это продолжалось очень недолго: минуту, или даже меньше... Знаешь, я был почти уверен, что вижу "настоящую Черхавлу", как мне и обещали наши гостеприимные хозяева. Ее так называемый "истинный облик", недоступный глазам чужаков... А потом я встряхивал головой и понимал, что все еще иду за тобой по обыкновенной улице, среди этих лиловых дворцов.

– Ладно, сейчас разберемся!
– Вздохнул я.
– По крайней мере, у меня есть одна хорошая новость: водичка была та самая, за которой мы сюда пришли. Если этот засранец, сэр Мелифаро, не придет в себя после вашей оплеухи, значит ему уже ничего не поможет. Какие уж тут наваждения, после такого-то удовольствия!

– Вот в тот-то и дело!
– Воскликнул Кофа. У него был вид Архимеда, только что выпрыгнувшего из ванной. Если бы слово "эврика" было в ходу в Соединенном Королевстве, Кофа бы непременно его употребил!

– Вы только что разгадали какую-то загадку?
– Завистливо спросил я. Тогда поделитесь!

– Если уж предполагается, что моя пощечина теперь может покончить с наваждением, овладевшим нашим Мелифаро, значит она может покончить с любым наваждением!
– Восхищенно объяснил Кофа.
– Та Черхавла, по улицам которой мы с тобой гуляли - всего лишь наваждение. Я тебя стукнул, и теперь ты от него свободен - как и коренные жители города! Помнишь, эта милая леди, которая проводила нас к месту нашего ночлега, сказала, что не может войти, поскольку для нее этот дом вовсе не существует?

– Помню.

– Ну вот...
– Рассудительно протянул сэр Кофа и задумчиво уставился куда-то вдаль. Я осторожно оглядывался по сторонам, в надежде, что сейчас призрачные блики света сменятся успокоительными очертаниями знакомого наваждения: признаться, мне очень этого хотелось! Но ничего в таком роде так и не произошло.

– Знаешь, мальчик, если уж мы все равно рядом с пузырем... Может быть сейчас и смоемся? Без всяких там торжественных проводов, ну их к Темным Магистрам!
– Вдруг сказал Кофа. Я энергично закивал. К этому моменту меня уже начала бить дрожь: в переменчивых, живущих какой-то своей загадочной жизнью пятнах света мне чудилось что-то неописуемо жуткое. Может быть, дело в том, что "истинный облик" Черхавлы показался мне слишком чужим: в нем не было ничего человеческого - ничего такого, что я мог бы понять... и людям здесь не было места, это я чувствовал каждой клеточкой своего тела!

Я поспешно поднялся на ноги и пошел по направлению к пузырю. Он был совсем близко, но сделав не одну дюжину неуверенных шагов сквозь дрожащее сияющее пространство, я с ужасом понял, что расстояние между мной и нашим летательным аппаратом так и не сократилось.

– Макс, что с тобой? Почему ты топчешься на месте?
– Встревоженно спросил Кофа. Только сейчас я заметил, что он уже не стоит рядом со мной, а высовывается из корзины.

– А со стороны это выглядит именно таким образом?
– Мрачно осведомился я.
– Мои собственные ощущения говорят мне, что я уже довольно долго иду вперед... а толку-то! Кофа, только вы оттуда не выходите, ладно? А то еще и вы застрянете! Может быть я все-таки с этим справлюсь...
– И я снова упрямо устремился вперед, теперь уже бегом.

Таким образом я развлекался еще с полчаса: у меня довольно долго оставалась смутная надежда, что сейчас все будет хорошо. Потом я обессиленно опустился на землю... хотя никакой земли я тоже больше не видел - подо мной мельтешили такие же блики света, как и вокруг меня, просто мне почему-то удавалось на них сидеть...

– Дело плохо, Макс?
– Осторожно спросил Кофа.
– Это место не хочет с тобой расставаться, да?

– Ну, может быть не все так страшно.
– Вздохнул я.
– Может быть я просто не умею двигаться в этом незнакомом Мире... Надо попробовать что-нибудь другое. Но вот что именно?

– Попробуй сказать вслух, что хочешь оказаться в корзине, рядом со мной.
– Нерешительно посоветовал Кофа.
– До сих пор это срабатывало.

– Вот именно, что "до сих пор"!
– Угрюмо сказал я. Тем не менее, в течение следующих десяти минут я орал, как идиот, высказывая равнодушным пятнам света свои незамысловатые пожелания. С таким же успехом я мог бы обратиться к своей покойной бабушке с просьбой вытереть мне нос: создавалось впечатление, что мои требования больше ни для кого не являются руководством к действию... И тогда я понял, что действительно влип - возможно, так круто я не влипал еще ни разу в жизни!
– а посему нужно срочно прекращать паниковать и начинать что-то делать, причем немедленно!

Повинуясь какому-то смутному желанию, больше похожему на физическое ощущение - что-то вроде почти неощутимой боли в позвоночнике - я улегся на спину и с ненавистью уставился вверх, туда, где по моим расчетам должно было быть небо. За свою жизнь я успел обзавестись дурацкой привычкой во всех безвыходных ситуациях апеллировать именно к небу... Но я не стал в очередной раз повторять свое эпохальное заявление, что я, дескать, хочу оказаться в корзине летательного пузыря Буурахри - было совершенно ясно, что это не сработает. Поэтому я просто поднял левую руку и решительно прищелкнул пальцами. Крошечная шаровая молния, загадочная и могущественная, послушно сорвалась с кончиков моих пальцев и устремилась вверх. Я откуда-то знал, что должен поразить своим Смертным Шаром не что-то конкретное - да вокруг меня и не было ничего конкретного, кроме изящного абриса нашего летательного аппарата!
– я метил в нечто неописуемое и, возможно, вовсе несуществующее: в самое сердце непостижимой Черхавлы, которая почему-то ужасно не хотела со мной расставаться.

На этот раз сгусток ослепительно-зеленого сияния был вполне способен самостоятельно найти дорогу к цели: в этом мире живого света он и сам оказался таким живым - дальше некуда! Я зачарованно наблюдал спиральную траекторию его медленного полета. Наконец мой смертный Шар стал огромным и взорвался, распоров мерцающее пространство над моей головой: в какое-то мгновение я отчетливо видел пронзительную черноту в глубине разрыва. А потом все стало как прежде, за одним исключением: рядом со мной появилось большое пятно света, слегка напоминающее человеческий силуэт - с очень большой натяжкой, конечно.

– Что ты творишь, гость?
– Печально спросило пятно. Его голос звучал внутри меня, как Безмолвная речь, с той разницей, что мне совершенно не требовалось сосредоточиться, чтобы его услышать.

– И ты еще спрашиваешь, что я творю?!
– Я чуть сам не взорвался от внезапного приступа справедливого негодования. Пришлось взять себя в руки и временно заткнуться: кажется, ситуация вряд ли могла кардинально улучшиться от моих гневных воплей.

– Ты только что причинил нам сильную боль, гость.
– С упреком сказало существо.
– Зачем ты применил это странное оружие? Ты испугался? Но твоей жизни ничего не угрожает.

Поделиться с друзьями: