Сочинения в двух томах
Шрифт:
В воскресшем царстве зим всё грозно, молчаливо,
И птицы хищные одне
Между утесами у гнезд своих витают
И бури, спящие в пещерной глубине,
Зловещим криком вызывают:
«Пробудись, о, ветер мощный!
Тучи в небо вызывай!
Край широкий полунощный
К брани злой вооружай!
Где потока вал кипучий
В море синее упал,
Там Гаральд, орел могучий.
Свил гнездо на гребне скал.
Презирает вас он, бури!
Вас на брань зовет с собой.
Взвейте тучи по лазури,
Волны вспеньте вы горой!
Волны бранью заиграют,
Строй за строем полетит
И размоют, раскидают
Замка страшного гранит».
Но дремлет шумный вихрь и бури роковые
В ущельях и скалах, склонясь на мхи седые.
Гранита ль надобно перунам громовым?
Он, моря колыбель, под ними недвижим.
«Принесли иные вести,
Духи спящие, мы вам.
С пира брани, с пира мести,
По Ботническим волнам
Корабли Гаральда мчатся:
Горы злата и сребра,
Горы перлов в них хранятся,
Мех медведя и бобра,
И сигтунская кольчуга,
Поморян янтарь и мед,
Вина фряжские, и с юга
Золотой здесь чуждый плод —
Мигом верви оборвите
У летучих кораблей,
Их богатства размечите
В глубь Одиновых зыбей!»
Всё дремлет грозный дух; во мраке вихри зреют;
Пред ним спят молнии и громы цепенеют.
У моря ль шумного сокровищ нет на дне,
Таящихся в тиши в безвестной глубине?
«Знаем, ты любил, бывало,
С бедной девою играть,
Рвать от персей покрывало,
Щеки бледные лобзать
Поцелуем леденящим.
Посмотри! По безднам спящим
Мчится юная чета:
Гордый враг твой мчит орлицу
В недоступную светлицу
Над-утесного гнезда.
Там уж древний дуб пылает,
Скальд поет и мед сверкает...
Посмотри, как прилегла
Дева к другу головою
И дрожащею рукою
Стан героя обвила.
Иль не видишь их лобзаний?
Иль не слышишь слов любви?
Встань, у челна взмахом длани
Белый парус оборви
И невесту молодую
Ты прими на грудь льдяную,
Заласкай и зацелуй!..
К мести!.. Взвейся и бушуй!»
Проснулся бури царь, расправил крылья сизы,
Седые волосы по ветру распустил,
Завыл и засвистал, облекся белой ризой,
И к мести молнии, как факел, запалил.
<1841>
ИТАЛИЯ
Повита миртами густыми,
Страна искусств, страна руин,
Под звучным говором пучин,
Ты, убаюканная ими,
Как в колыбели, мирно спишь...
Твой кончен век!.. Как старец хилый,
Ты погреблась в свои могилы...
Но их торжественную тишь
Зачем, младые поколенья,
Тревожить вам? Зачем с гробов
Срывать последний их покров —
Кудрявый плющ, символ забвенья?
Хотите ль на обломках тленья
Вы имя, скрытое в веках,
Прочесть в рунических чертах?
Триумф гробниц ли их убавить,
Хозяев прежних их изгнать,
Чтоб после нагло осмеять
Или бессмысленно прославить?
Страна величья! Мрамор твой
Давно попрал пришлец чужой
И пыль седая спеленала...
О, где сыны твои? Зачем,
Как прежде, вняв угрозам галла,
Не взденут гордо бранный шлем,
Не вскинут ржавое забрало?
Где Цезарь? Кто их кликнет в бой
На за-альпийские языцы?
Зачем старик, как лунь седой,
Не двигнет манием десницы?
Зачем не выше всех корон
Его духовная корона?
Зачем, когда выходит он
И с ватиканского балкона
Благословляет мир и град,
Народы в страхе не дрожат
Его анафемы громовой?..
Умолкли бранные мечи,
Но льются звонкие ключи