Чтение онлайн

Стиль написания строк 3-4, сохранен в духе предыдущих строк, это риторическая аллегория с использованием темы чувственного «голода любви», тем не менее, но «насильно люб не будешь». Рассматривая многолетнюю дружбу между поэтом и юношей, исследователям следовало с необычайной скрупулёзностью и очень осторожно отнестись к чувственной сфере поэта и драматурга. К чему, подавляющее большинство современных критиков, по-видимому, — не было готово.

Хотели, «как лучше», а получилось «как всегда», бесцеремонно, порой по-английски хамовато — «каждый мерил на свой аршин» вдоль и поперёк. Чихвостили, включая характер с вымышлено-замысловатыми наклонностями и прочими болезнями, типа аутизм и венерические заболевания, то есть всё то, что подсказала их не вполне здоровая фантазия, ненасытно требовавшая ажиотажа дискуссий в масс-медиа для создания очередных информационных поводов сенсаций вокруг их имён.

* «Мерить на свой аршин (своим аршином)» кого, что-то. Разг. Неодобр. Судить о чём-либо односторонне, субъективно, согласно своим представлениям, требованиям. ФСРЯ, 242-243; БМС 1998, 33; БТС, 48; ЗС 1996, 309; ПОС 1, 72.

«Which but to-day by feeding is allay'd,

To-morrow sharpen'd in his former might» (56, 3-4).

«Который, лишь от подпитывания успокоится сегодня, (всё равно)

Вернётся завтра заострённым к своей прежней мощи» (56, 3-4).

В строках 3-4, повествующий бард продолжил тематическую линию предыдущих строк: «Which but to-day by feeding is allay'd, to-morrow sharpen'd in his former might», «Который, лишь от подпитывания успокоится сегодня, (всё равно) вернётся завтра заострённым к своей прежней мощи». Конечная цезура строки 3 была заполнена после запятой оборотом речи в скобках «всё равно», разрешившим проблему рифмы строки. Хочу напомнить, что оборот речи в скобках «всё равно» строки 3, идеально вписался по смыслу в односложное предложение строки 4.

Рассуждая об паттерне образа «аппетита» любви в строках 1-4 первого четверостишия сонета 56, есть резон сопоставить их с паттерном подобного образа строк 1-2 сонета 118.

— Confer!

«Like as, to make our appetites more keen

With eager compounds we our palate urge» (118, 1-2).

«Подобно как, сделать наши аппетиты более острыми, (затем)

С помощью нетерпеливых соединений мы наш вкус побуждаем» (118, 1-2).

Второе четверостишие сонета 56 представляет собой одно многосложное предложение, состоящее из двух односложных, каждое из которых вмещается в две поэтические строки, согласно шекспировскому правилу «двух строк». Характерной особенностью является тот факт, что автор при обращении к персонифицированному образу «Любви» использует свой излюбленный приём «императив», неуклонно следуя традициям древнегреческой поэзии.

* «Императив» (лат. «imperativus» — «повелительный», от лат. «impero», «повелеваю»), тогда как, в лингвистике — наклонение также, известное, как «повелительное наклонение».

Например, критик Джонатан Харт (Jonathan Hart) рассуждая пояснил частое использование Шекспиром «повелительного наклонения» в сонете 19, так: «The sonnet consists of a series of imperatives, where time is allowed its great power to destroy all things in nature», «Сонет состоит из последовательности «императивов», где (автор) позволяет (персонифицированному богу) Времени своей великой силой разрушать все вещи в природе». (Hart, Jonathan 2002: «Conflicting Monuments. In the Company of Shakespeare». AUP, New York).

«So, love, be thou; although to-day thou fill

Thy hungry eyes even till they wink with fullness,

To-morrow see again, and do not kill

The spirit of Love with a perpetual dullness» (56, 5-8).

«Итак, любовь быть тебе; хотя сегодня собой наполнишь (обещай),

Твои голодные глаза, если они даже не моргнут от сытости,

А завтра узришь опять, и — не убивай

Дух Любви вместе с извечной неясностью (впереди)» (56, 5-8).

В строках 5-6, повествующий от первого лица настоящего времени обращается к образу любви в форме императива: «So, love, be thou; although to-day thou fill thy hungry eyes even till they wink with fullness», «Итак, любовь быть тебе; хотя сегодня собой наполнишь (обещай), твои голодные глаза, если они даже не моргнут от сытости».

Конечная цезура строки 5 была заполнена мной глаголом в повелительном наклонении в скобках «обещай», установившим рифму строки. Тем не менее, риторическую форму «повелительного наклонения» строк 5-8 сонета 56 сделав более выразительнее, чем до этого. Таким образом, значительно обогатив шекспировскую отрытую или «королевскую» строку.

«To-morrow see again, and do not kill

The spirit of Love with a perpetual dullness» (56, 7-8).

«А завтра узришь опять, и — не убивай

Дух Любви вместе с извечной неясностью (впереди)» (56, 7-8).

В строках 7-8, повествующий бард продолжил обращение к персонифицированному образу «Любви» в повелительном наклонении настоящего времени: «To-morrow see again, and do not kill the spirit of Love with a perpetual dullness», «А завтра узришь опять, и — не убивай дух Любви вместе с извечной неясностью (впереди)».

Конечная цезура строки 8 была заполнена мной наречием и предлогом времени в скобках «впереди», прекрасно вписавшимся в шекспировскую строку, который установил рифму строки.

Третье четверостишие представляет собой одно многосложное предложение, состоящее из двух односложных, каждое из которых вмещается в две поэтические строки, следуя правилу «двух строк». Ряд характерных черт, выделяют третье четверостишие, придавая ему высокие литературно-художественные качества, начиная где-то с середины строки 10, где повествующий бард перевёл повествовательную линию сюжета в сослагательное наклонение от третьего лица, это — во-первых.

Во-вторых, строки 9-10, повествующим были навеянные образами древнегреческого эпоса «Одиссея» Гомера содержат слово-символ «Interim», обозначенный курсивом с заглавной буквы, согласно Quarto 1609, что отражает дух основной идеи эпоса, состоящий «в разлуке с длительным ожиданием» для последующей «нежданной, наполненной радостью встречи». Напомню, что слова-символы, содержащиеся в сонетах Шекспира, были изначально предназначены для выполнения их основной функции, как — «идентификационные маркеры».

В-третьих, строки 9-10 имеют необычайно сходные образы с образами фрагмента пьесы Шекспира «Генрих VI, третья часть» Акт III, сцена II; «Henry VI, The Third part» Act III, Scene II, line 134—145, которые впервые обнаружил критик Гораций Дэвис (Mr. Horace Davis). (The Third part of King Henry the Sixth). («Shakespeare, William. Sonnets, from the quarto of 1609, with variorum readings and commentary». Ed. Raymond MacDonald Alden. Boston: Houghton Mifflin, 1916).

«Let this sad Interim like the Ocean be

Which parts the shore, where two contracted new

Come daily to the banks, that, when they see:

Return of love, more blest may be the view» (56, 9-12).

«Пусть этому печальному Межвременью, словно Океану быть,

Что разделяет побережья, где двое заключат контракт вновь,

Обходящие повседневно мели в океане, что когда увидят они:

Вернувшуюся любовь может быть более благословенными видами» (56, 9-12).

В строках 8-10, повествующий поэт преподносит аллегорию из вышеупомянутой пьесы в качестве аргумента для восстановления дружбы: «Let this sad Interim like the Ocean be which parts the shore, where two contracted new», «Пусть этому печальному Межвременью, словно Океану быть, что разделяет побережья, где двое заключат контракт вновь».