Чтение онлайн

Терви была заинтригована.

— Еще железнокожие, — вздохнула она.

Стурм поправил ее.

— Не все люди в доспехах — рыцари, — сказал он. — Будь с ними очень осторожна. Они могут быть злыми.

Он почувствовал, как ее тонкие руки слегка сжались вокруг его талии. Какими бы ни были ее недостатки в воспитании, Терви знала, что такое зло.

По мере того как день клонился к вечеру замок становился все ближе, а наездников по бокам стада становилось все больше. Стурм проскакал мимо Онтара, совершая свой обход.

— Что ты думаешь об этих людях? — спросил Стурм.

— Кавалерия, — ответил Онтар. Он пожевал длинную травинку. — Рад их видеть. С ними не будет никаких рейдеров.

Онтар остановился в полдень, чтобы переговорить со своими людьми.

— Я говорю, и я же решаю. Любой, кто заговорит не по делу на подобном собрании, лишится головы. Я не знаю, наемники это или новая армия какого-нибудь военачальника, но мне не нужны неприятности. Так что держите рты закрытыми, а руки пустыми.

В полумиле от крепости навстречу стаду галопом выскочила колонна всадников. Стурм находился тогда на правом краю строя и видел, как выехали люди. Онтар встретил их, и скот остановился и стал рвать траву.

Стурм не мог расслышать, о чем шла речь, но Терви что-то пробормотала. Он спросил:

— Что ты сказала?

— Я улавливаю их слова, — ответила она.

— Что ты делаешь?

— Улавливаю их слова. Если следить за движением их ртов, можно уловить слова, которые они произносят, даже если ты находишься слишком далеко, чтобы их услышать.

Стурм резко повернулся к ней.

— Ты шутишь со мной!

— Вырежи мне сердце, если я лгу, Железная Кожа. Этот человек, Онтар, сказал, что привел своих животных, потому что услышал, что один великий лорд покупает скот за высшую монету. А человек в железной шляпе сказал, что да, им пригодится все свежее мясо, которое они смогут получить.

— Ты действительно можешь понять, что они говорят?

— Могу, если вы позволите мне посмотреть. — Стурм развернул Брумбара так, чтобы Терви было лучше видно, о чем идет речь.

— Онтар говорит, что будет торговаться с самим великим лордом, и ни с кем другим. Железная Шляпа говорит: «Я говорю от имени великого лорда в мелочах». «Послушай меня, — говорит Онтар, — мое стадо — не мелочь. Или великий повелитель обратится ко мне, или я перегоню скот через горы в Палантас, где говядина всегда стоит дорого». Железная Шляпа рассердился, но сказал: «Я пойду и поговорю с великим лордом; ждите, и я вернусь с вестями». — Она улыбнулась Стурму. — Ну как?

Кавалерийский офицер действительно развернул коня и галопом помчался обратно к замку. Стурм спросил:

— Где ты научился такому трюку?

— Один старик из нашей группы практиковал это искусство. Он был лучшим разведчиком на равнине. Он мог уловить верные слова с расстояния выстрела из лука. Он научил меня перед смертью.

— Где он этому научился?

— Он говорил, что от кендера.

Они ждали под палящим солнцем, пока не вернулся кавалерист. Его прекрасная лошадь выскочила к тому месту, где сидел Онтар, ссутулившись на своем низкорослом пони. Терви прищурилась от яркого света и снова уловила их слова.

— Он говорит, что надо загнать стадо в бейни, в бейли...?

— Бейли, — сказал Стурм. — Это двор внутри замка.

— Да, и «великий повелитель будет обращаться с тобой лично». Онтар согласен.

— С многочисленными свистками и ударами копыт пастухи снова погнали скот. Девять сотен животных влились в ворота замка. Бейли легко вместило животных. Когда последние телята с воплями ввалились в ворота, солдаты задвинули засов.

Вдоль внешней стены стояли палатки. Онтар и его люди привязали своих лошадей на пикетной линии и последовали за солдатом с плюмажем вдоль линии палаток.

— Это все ваши люди? — спросил солдат. Его лицо было скрыто козырьком. — Я бы подумал, что для такого большого стада нужно больше людей.

— Нет, если люди хорошие, — сказал Онтар.

Стурм считал палатки. Четыре человека на палатку, шестьдесят палаток, и пока что ему было не по себе.

Они подошли к очень большому шатру, отделанному темно-синей парчой и золотой бахромой. При их приближении стражники вскочили на ноги и скрестили алебарды. Солдат с козырьком заговорил с ними, представив Онтара и его компанию. Стражники заняли обычные позиции. Офицер с плюмажем протянул руку, и пастухи вошли внутрь одни.

Интерьер был роскошным. Ковры устилали пол, а гобелены, свисавшие с коньковых прогонов, создавали иллюзию, будто находишься в цельном здании. Пока остальные глазели на богатство окружающей обстановки, Стурм разглядывал узоры на коврах и настенных висюльках. На них постоянно повторялся мотив разъяренного красного дракона, сжимающего в одном когте сноп копий, а в другом — корону.

— Железная Кожа, — слишком громко сказала Терви.

— Не сейчас.

Занавес из мерцающих красных бусин закрыл коридор. Онтар притворился незаинтересованным и откинул занавеску в сторону. Стурм подумал, что красные бусины очень похожи на рубины.

Две алебарды взметнулись вверх, преграждая Онтару путь. Онтар смотрел на стражников безучастно, как будто видел таких существ много раз, и они ему надоели. За стражниками, за трехногим столом, задрапированным золотой тканью, сидел крупный, мощного телосложения мужчина. На нем были чешуйчатые доспехи, покрытые красной и синей эмалью, а на столе с золотым навершием красовался грозный шлем, обращенный наружу.

Мужчина поднял голову. Его волосы были седыми, хотя он отнюдь не был пожилым. Они спадали с его массивных бровей на плечи. Его кожа была бледной.

— Входи. Ты Онтар Пастух, не так ли? — сказал мужчина.

— Да, мой господин. Могу ли я спросить, как мне тебя называть?

— Я Меринсаард, владыка Баярна.

Стурм крепко сжал кулаки. Меринсаард! Имя, произнесенное штормовым фантомом Стурма! Стурм сосредоточился на суровом лице и длинных белых волосах. От этого человека исходила опасность. Стурм попытался поймать взгляд Онтара, но не смог.

Стульев для Онтара и его людей не было. Простые люди не сидели в присутствии великого лорда.

Меринсаард сказал:

— Я рад, что вы решили перегнать сюда свой прекрасный скот. Прошло уже несколько недель с тех пор, как мы в последний раз запасались свежим мясом. Сколько голов вы привели?

— Девятьсот, больше или меньше. Шестьсот бычков, двести коров и сто годовалых телят. Тех быков, что мы привели, мы отгоним с собой, — сказал Онтар. Он скрестил руки на талии и не выглядел ничуть взволнованным.

Великий повелитель достал бухгалтерскую книгу и открыл ее. Острым пером он сделал пометку.