Трактир "Бойкая щучка"
Шрифт:
Выйдя с корзинкой из дома, я свернула к саду. Чтобы не предаваться ожиданиям и, как совершенно верно подметила Мари-Лу, бессмысленным волнениям, я переключилась на мысль о своей приятельнице-торговке Луизе.
Честно говоря, я всё время задавала себе вопрос, недоумевая: зачем же она меня обманывала? Да так убедительно. Мне не терпелось расспросить о ней у кого-нибудь из знакомых: у Карлы или сеньоры Мадуро, и я очень надеялась, что завтра мне это удастся.
Конечно, Кайо разберется и без меня. Но куда было девать нетерпение и страстное желание докопаться до правды?
Вспоминая её блестящие глаза, налитые щечки, полные руки и полный благожелательности взгляд, я не могла поверить, что за её обманом могло скрываться что-то плохое. Что относилось бы к моему делу. Даже если “гражданка соврамши”, то чего только не плетут люди. Из желания приукрасить свою жизнь или, наоборот, вызвать жалость. Да мало ли что.
Но почему-то Кайо обратил внимание на эту деталь. А ведь даже комиссар Химменес отметил, что чутьё у него было.
Вспомнив выражение лица моего чудного адвоката, его уверенный вид и цепкий взгляд, я почувствовала, что мои губы невольно растягиваются в улыбке. Как смешно он сразу потребовал с меня вместо гонорара фокаччу. А как устроил мне мини-побег с рыбалкой.
– Габи!
– послышался знакомый голос.
Резко обернувшись, я увидела предмет своих мыслей собственной персоной. Судя по тому, как сияли его глаза, я поняла: получилось! Меня отпустят на открытие Щучки!
Я едва удержалась, чтобы не кинуться ему на шею от радости.
Кайо смеялся.
– Ты хочешь, чтобы тебя теперь упекли за воровство комиссарской малины?
– Я не ворую, а собираю, - ответила я, показывая ему корзинку. Впрочем, там почему-то было пусто.
А он, заливаясь смехом, провел кончиком пальца по моим губам и показал мне - палец был розовым. Да что со мной сегодня?
– Ладно тебе, - шлепнула я его по плечу, - если ты меня не выдашь, никто не узнает. Рассказывай, ну? Говори же!
– Ну хорошо, хорошо, только не колоти меня. Всё в порядке. Было непросто, но на двенадцать часов мы с Химменесом тебя отбили.
Я задумалась о том, как им это удалось.
– Скажи честно, вам пришлось заплатить? Если да, то я должна знать сколько. Скажи мне!
Кайо развел руками, как фокусник, показывая, что в его рукаве не сидит живой кролик.
– Вот что за противная такая девчонка?
– сокрушённо произнес он.
– Нет, чтобы начинать думать, что ей завтра надеть на торжество… Выбрось из головы то, что тебя не касается, и иди обрадуй сеньору Химменес. Кстати, это пирогом пахнет? Тогда пойдём порадуем её вместе.
– А комиссар Химменес? Вы вместе приехали?
– я пошла рядом с Кайо, приноравливаясь к его походке.
– Он остался с каким-то отчетом, а я поспешил к тебе, - Кайо произнес это легко и буднично, а во мне это отозвалось трелями сотен птичек-Лаврушек.
Мари-Лу, увидев нас вместе, всплеснула руками. Однако, по нашим лицам, конечно же, было понятно, что новости хорошие.
– Сеньор Кайо, какая радость!
– воскликнула она, сияя.
– Я знала, что всё разрешится. Вы с Бенито молодцы!
Мы расположились за столом, и перед Кайо возникло блюдо с пирожками, которые он стал беззастенчиво поглощать.
– Мари-Лу, а может, и вы с комиссаром Химменесом приедете на открытие?
– осмелилась попросить я.
Женщина задумалась.
– Почему бы и нет?
– улыбнулась она мне.
– Если Бенито не будет против, мы приедем. Сеньор Диас, на сколько отпустили Габриэлу?
Кайо, не торопясь, дожевал пирожок.
– На двенадцать часов. С завтрашнего полудня до полуночи.
“Вот как, - подумала я.
– Не густо. Прямо как Золушку на бал”. Впрочем, тут же укорив себя за неблагодарность: могло бы и этого не быть, я повернулась к Кайо:
– Спасибо тебе большое. Не представляешь, что ты для меня сделал. Как я могу отблагодарить тебя?
Он улыбнулся довольно, как сытый кот, если бы коты улыбались. Подумал секунду.
– Накормишь меня завтра до отвала в своей “Щучке”, - сообщил он, следя за моей реакцией.
До меня не сразу дошло.
– Ты поедешь со мной?!
– не поверила я.
– Скажи, что ты не шутишь!
– Как бы я это пропустил, - усмехнулся Диас. От его усмешки нос его как будто еще сильнее прилёг на сторону, глаза озорно сверкнули.
– Угощение, танцы, девушки.
– Вы хотите там понаблюдать, может, порасспрашивать кого?
– проницательно спросила Мари-Лу.
Диас наклонился и поцеловал ей руку.
– Пирожки чудесные, сеньора Химменес. Благодарю вас. И вы абсолютно правы. Мне пора. Завтра приеду, чтобы забрать эту бойкую щучку на бал, - видимо, не только мне пришла мысль о Золушке.
Я вышла проводить его.
– Не расстраивайся, что дали так мало времени, Габи, - неожиданно серьёзно сказал он, коснувшись моей щеки пальцем.
– Скоро ты насовсем вернёшься домой. Обещаю.
Мне очень хотелось, чтобы он обнял меня сейчас. Без всякого там романтического подтекста. Просто, чтобы физически ощутить тепло поддержки.
– Ты не можешь обещать, Кайо, - шепнула я, слабо улыбнувшись, - ты этого не знаешь.
– Как знать, - произнес он, возвращаясь к привычному своему шутливому тону, придав ему оттенок загадочности.
Я отступила на шаг и всмотрелась в его лицо.
– Ты узнал что-то новое? Что же ты молчишь???
– Габи, - успокаивающе произнёс он, - если это что-то стоит внимания, ты узнаешь об этом завтра. Мы все всё узнаем. Или ты думаешь, что я действительно еду лопать твою знаменитую фокаччу?
– Дда… думала до этой минуты, - руки у меня задрожали, а на глаза от вспыхнувшей надежды навернулись слёзы.
– Вот и думай так дальше, - он прищелкнул языком, снова коснулся пальцем моей щеки и, круто развернувшись, пошел к зданию полицейского участка.
А я даже руками себя обхватила: показалось, что лопну сейчас от распиравших меня чувств. Здесь были и надежда, и вера, и… может быть, что-то ещё.
Глава 27
На следующий день я чуть ли не выпрыгивала из окна в ожидании Кайо. Мне так хотелось домой! На свой бережок с причалом. К моему старому баркасу, который, как и я, обрёл внезапно свою вторую жизнь и вот-вот наполнится людьми, веселыми голосами, музыкой и смехом. И я всё это увижу своими глазами! Смогу окунуться в эту суету, пусть хотя бы и на один вечер.