Чтение онлайн

Анна торопливо сунула пергамент на место и закрыла ящичек. Что бы ни значили эти слова, звучали они слишком… интимно.

'Непонятная письменность… и не арабская вязь. Отец говорил, что на Востоке врачи умеют лечить болезнь иглами, вонзая их в особые точки на теле. Но зачем все это герцогу?

Она прошлась чуть в сторону, и ее взгляд упал на сложный медный прибор — кружок с множеством резных колец, покрытых непонятными надписями на незнакомом языке. Прибор напоминал астролябию, но выглядел куда сложнее и замысловатее тех, что она видела на рисунках в отцовских книгах.

«Это… для предсказаний? Но почему буквы выглядят так странно?»

Когда она случайно задела одно из колец, оно плавно повернулось, издав тихий звон, словно далекий колокольчик. Анна отдернула руку.

Самый странный и пугающий предмет стоял в самом углу лаборатории — огромный стеклянный змеевик, причудливо оплетающий медный котел на треноге. Анна подошла поближе, что-то похожее она мельком видела в библиотеке отца, но тот прибор был гораздо меньше.

«Дистиллятор? Аппарат для перегонки жидкостей? Но зачем ему столько извивов, столько колб и ответвлений?»

Она наклонилась ближе, пытаясь понять запутанное устройство. Внутри одной из колб осталось несколько капель багровой жидкости. Анна невольно представила, как Жиль склонился над этим аппаратом, перегоняя…

«Кровь? Мистические эликсиры? Или что-то похуже?»

Она поспешно отошла подальше от сложных приборов, подойдя к очередному столу, заваленному множеством маленьких, но оттого не менее зловещих предметов. Ее внимание привлек изящный шелковый мешочек, расшитый золотыми драконами. Развязав шелковый шнурок, она обнаружила внутри причудливый, скрюченный корень, похожий на крошечного человечка с множеством тонких ножек-отростков.

«Мандрагора? Но она же стоит целое состояние!»

Герцог мог оказаться куда богаче, чем она предполагала, но мысль не вызвала ни малейшей радости.

Рядом стояла небольшая чаша из тонкого фарфора, в которой темнела липкая черная масса. Анна наклонилась — и сразу закружилась голова: от непонятной субстанции тянулся сладковато-терпкий, дурманящий запах.

«Смола какого-то растения? Но почему от одного лишь аромата темнеет в глазах?»

Она поспешно отодвинула чашу, но странное тепло уже разливалось по жилам. Анна поспешно отошла в сторону, стараясь глубоко дышать. Изучать остальные предметы на том столе показалось опасным, и Анна подошла к соседнему, на котором стояла изящная хрустальная шкатулка с белыми кристаллами. Когда Анна открыла ее, воздух наполнился резким чистым ароматом, будто морозным утром в сосновом лесу.

«Пахнет… святостью? Но почему тогда в горле запершило?» — она захлопнула шкатулку.

Анна осторожно провела пальцем по корешку массивного фолианта, переплетенного в потемневшую кожу. На обложке мерцали золотом странные письмена — не латинские, не греческие, а какие-то витиеватые, будто плетущие паутину знаки.

«Арабский! Отец говорил, что их ученые превзошли свое время».

Она, почти не дыша, раскрыла тяжелую книгу. Пестрые, невероятно тонко и тщательно выписанные иллюстрации заставили ее замереть: на страницах были изображены человеческие фигуры с разрезанными животами и обнаженными мускулами, столбики загадочных списков, похожих на алхимические рецепты, а на полях, острым, знакомым почерком герцога, были сделаны краткие пометки: «Проверил на лошади. Смерть наступила за 42 часа. Дозировка превышена»

«Боже правый… какая зловещая книга!»

Анна резко захлопнула фолиант.

Рядом, на столе, заваленном свитками, лежала узкая книга в переплете из темного шелка, и когда Анна, повинуясь неукротимому порыву, раскрыла ее, перед ее глазами поплыли изображения: люди, застывшие в немыслимых, противоестественных позах. Болезненно худой старик, балансирующий на одной ноге, с телом, испещренным тончайшими золотыми линиями. Воин, бьющий обнаженной ладонью в каменную глыбу, заставляя ту треснуть пополам. Схематические рисунки человеческих фигур, где внутренние органы были обозначены как система переплетенных, текущих энергий, словно карта неведомых рек.

И снова пометки на полях почерком герцога: «Энергия Ци».

«Что за чертовщина? — глаза Анны бегали от одной картинки к другой. — Это… медицинские трактаты или руководство по колдовству?»

Последней каплей оказалась аккуратная пачка пергаментов, перевязанная шелковой лентой, с изящными, почти живыми рисунками: нежные цветы, чьи стебли переходили в прозрачные стеклянные сосуды; античные кувшины, из горлышек которых вытекали змеевидные, извивающиеся трубы.

«Дистилляция, как и в том огромном аппарате? Но зачем придавать схемам столько изысканной красоты? Это же просто перегонный куб… или не просто?»

Анна вспомнила слова служанки, о том, что герцог увлекается парфюмерией и огляделась. Если бы его интересы ограничивались только этим! Герцог де Лаваль явно творил здесь что-то противозаконное.

Она потрогала один из рисунков, розовые лепестки на схеме казались настоящими, будто их вдавили в пергамент.

Анна замерла, понимая:

«Все эти предметы — не просто знания. Здесь собрано то, за что сжигают на кострах…»

И самое страшное заключалось в том, что герцог не просто коллекционировал эти артефакты — он активно пользовался ими, изучал, вносил собственные, ужасающие пометки. Может быть, жены хотели донести на него, и герцог избавлялся от несчастных?

«Если кто-то узнает, что герцог, маршал Франции, пользуется языческими изобретениями… его ждет не просто позор, а казнь».

Анна снова боязливо оглянулась, словно ожидая, что де Лаваль появится здесь и уличит ее в предательстве. Но нет, он был сейчас далеко, в Машкуле, решая свои таиственные дела.

«Или… все неизмеримо хуже: герцог насильно заставлял своих жен участвовать в этих безумных экспериментах, и когда все заканчивалось провалом… он просто избавлялся от свидетелей?»

Она бросила последний взгляд на открытую страницу с золотыми линиями, идущими по нарисованному телу.

«Энергия Ци»… Что бы это ни значило, выглядит это так, будто человек может… управлять собственной душой… или жизненной силой?'.

Терять было уже нечего, и Анна пошла дальше, остановившись перед деревянным ящиком, до краев заполненным странными цветными порошками. Одни сверкали и переливались, будто растертые в пыль драгоценности, другие были матовыми, как пепел. Она осторожно тронула желтый порошок кончиком пальца — он оставил едкий ожог, заставивший ее всхлипнуть.

«Что за дьявольская краска так жжет кожу?»

На полке рядом стояли маленькие цилиндры, похожие на свертки для лекарств, но с торчащими черными шнурками. Один из них был разрезан — внутри виднелась та же цветная пыль, смешанная с чем-то похожим на дробленые осколки звезд.

«Неужели это те самые „небесные огни“, о которых с восторгом рассказывают купцы? Но зачем они герцогу?»

Ее внимание привлек странный медный диск на соседнем столе. В его центре, на острие иглы, легко и свободно балансировала магнитная стрелка. Анна впервые в своей жизни видела компас.