Чтение онлайн

— Ты знаешь, что делаешь, дочка?

Я усмехнулась. Дочка. Меня так не называли уже много веков.

— Знаю, почтенный. А если нет, то научусь по дороге.

Он посмотрел на меня долгим взглядом, потом кивнул и обернулся к тем монахам, что все еще стояли на площади, сжимая опущенные клинки.

— Вы! — голос его, хоть и слабый, резанул по тишине, как нож. — Все, кто может держать меч и не обмочил штаны от страха, остаетесь. Слушаетесь генерала Вэнь, как меня самого. Понятно?

Монахи закивали. Кто-то побледнел, кто-то сглотнул, но клинки подняли. Человек двадцать, не больше. Остальные попятились к храму, унося с собой стариков и послушников.

Земля снова дрогнула. Сильнее. Где-то за стенами монастыря что-то рухнуло. Кажется, часть старой ограды. Рев повторился, теперь ближе, и в нем слышалась не просто ярость, а звериный, древний, всепожирающий голод существа, которое слишком долго кормили с руки, а теперь эта рука исчезла.

Да, правду говорили небожители и матери. Нельзя баловать людей, детей и древних демонов.

Вэнь Чжэнь подошел ко мне. Лицо у него было каменное, но я видела, как ходят желваки на скулах, словно сжаты кулаки. Он злился: на ситуацию, на Фэя, на себя.

— Ты знаешь, как его одолеть?

— Только догадываюсь, — грустно вздохнула я.

Как хорошо, что я оставила маогуя в комнате. Сейчас он бы только мешал, ворчал бы, жаловался. Но если мы не справимся, он выживет, а он остаток своей жизни заслужил.

Я оглядела нашу разношерстную армию. Четверо охотников на демонов, два десятка перепуганных монахов и одна девятихвостая лиса, которая только что сожгла половину своей ци, спасая старика. Хорош боевой отряд, ничего не скажешь.

— Фэя нельзя убить мечом, — сказала я, повышая голос, чтобы слышали все. — Он не демон в вашем понимании. Его можно только изгнать или... — я сделала паузу, — или лишить глаза.

— Глаза? — переспросил Цзян Тан, подходя ближе. — У него что, один глаз?

— Целых три.

— Три? — возмутился он.

— Ну скажи спасибо, что не восемь, — поморщилась я, вспоминая демонических пауков. — Третий, на лбу, самый главный. Им-то он и выжигает землю, сушит реки и убивает все живое. Если его уничтожить, то Фэй ослепнет, станет уязвим. А потом его упокоят обычные заклятия.

Я присмотрела к Суань Куну, возлагая на того надежды. Если физически я еще могла быть полезна, то ментально нет. Культиватор понял, кивнул.

— Легко сказать "уничтожить", — буркнула Лань Чжэ, но в ее голосе не было привычной язвительности. — Эта тварь размером с дом. Как мы к его лбу подберемся?

— Нужно его обхитрить и подготовить ловушку. — Я обвела взглядом собравшихся. — Заключить в путы, чтобы он не мог двинуться. А после уже обрушиться силой. Для этого понадобится приманка.

Не то чтобы я намекала на себя, но... я намекала на себя. Нет здесь существа, равного мне по ловкости и скорости, даже если я буду в человечьем обличье.

— Нет, — сказал Вэнь Чжэнь, даже не сказал, обрубил.

— Господин Вэнь, — я сложила руки на груди, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Фэй идет сюда, потому что знает, что его кормилец мертв. С этого мгновения он будет искать последний лакомый кусочек силы, который чувствует в этих стенах. Ты понимаешь, о ком я говорю?

— За тобой, — глухо произнес Суань Кун.

— За мной, — согласилась я. — И за вашим предводителем. Проклятие для таких тварей, как запах жареного мяса для голодного пса. Мы для него — пир. Главное блюдо. Он не уйдет, пока не попробует.

Вэнь Чжэнь шагнул ко мне, схватил за плечи. Пальцы впились до боли, глаза полыхнули алым — проклятие отзывалось на его ярость.

— Ты предлагаешь себя на съедение?

— Я предлагаю себя как приманку, — поправила я, не отводя взгляда. — Есть разница.

— Какая, во имя всех духов?

Я мягко высвободилась из его рук.

— За старой колокольней, — я повернулась к монахам, указывая на восточную часть монастыря, где темнела полуразрушенная башня. — Она давно заброшена? Держится на честном слове?

Один из монахов, постарше, шагнул вперед.

— Лет пятьдесят как не используется, барышня. Крыша провалилась, балки сгнили. Мы хотели снести, да руки не доходили.

— Отлично. — я улыбнулась, чувствуя, как улыбка выходит хищной, лисьей. — Значит, не жалко.

Я подошла к Вэнь Чжэню, встала близко, почти вплотную. Теперь говорила только для него, понизив голос:

— Фэй ломится сюда. Мы встретим его у колокольни. Я встану прямо перед ней, в лисьем обличье, и разожгу огонь — столько, сколько смогу. Он клюнет. Он всегда клюет на сильную ци. Пока он будет пялиться на меня, вы с Суань Куном и остальными обрушите на него башню.

— Башню? — переспросил Цзян Тан, подходя ближе. — Ты хочешь... придавить его?

— Обездвижить. — поправила я. — Камни не убьют Фэя, но прижмут к земле. А пока он будет выбираться, Лань Чжэ и монахи будут атаковать его со всех сторон — отвлекать, злить, заставлять вертеть головой. Чтобы он не мог прицелиться своим глазом. А ты, — я посмотрела прямо в глаза Вэнь Чжэню, — ты будешь ждать.

— Ждать?

— Своего часа. Когда Суань Кун крикнет, что глаз открыт, ты прыгнешь. Сверху, с колокольни, если она еще будет стоять. Или с ее остатков. И вонзишь меч прямо в зрачок, в самую середину. Он будет бессилен, и Суань Кун с монахами его добьет.

— А если я промахнусь? — спросил Вэнь Чжэнь. Голос его звучал глухо, но ровно. Он уже принял решение. Просто хотел знать цену.

— Ну если ты промахнешься в зрачок, который по размеру с лошадь... — приствистнула я, — то у меня большие вопросы к твоей меткости.

План был озвучен. Возражать никто не посмел, даже Вэнь Чжэнь, хотя я видела, как ему хочется со мной не согласиться. Неужели ему так важно властвовать? В конце концов, лишь мне известно, как убить Фэя. Разве так сложно ко мне прислушиваться?

К счастью, он стерпел мои команды, только сжал челюсти так, что зубы, наверное, треснули, и коротко кивнул.

— По местам.

И они разбежались. Как тараканы, если честно. Только тараканы обычно не такие решительные и не сжимают в руках мечи.

Я проводила взглядом Лань Чжэ и Цзян Тана — они уже скользили вдоль стены, волоча за собой какие—то веревки, крючья и мешочки с порохом, которые монахи притащили из кладовых. Цзян Тан на ходу обернулся, поймал мой взгляд и дурашливо отсалютовал. Лань Чжэ даже не оглянулась, она уже мысленно была в бою, всем своим существом.