Чтение онлайн

–  Ох! Да будет вам, доктор Стоун, - ответила юная леди.
– Вы меня вконец разбалуете!

Я не мог не признаться себе, что мнение второй группы - той, что предсказывает законный брак между доктором Стоуном и мисс Крэм, - получает в моем лице поддержку, подкрепленную личными впечатлениями. Мне подумалось, что мисс Крэм по-своему очень умная молодая женщина.

–  Поторапливайтесь, а то опоздаете, - сказала мисс Крэм.

–  Да, мне пора, решительно пора.

Он скрылся в соседней комнате и вышел с чемоданом в руках.

–  Вы уезжаете?
– спросил я, несколько удивленный.

–  Хочу съездить в город на пару деньков, - ответил он.
– Завтра надо повидать старушку-мать, а в понедельник - поговорить с моими поверенными. Вернусь во вторник. К слову сказать, я надеюсь, смерть полковника Протеро ничего не изменит в наших делах. Я имею в виду раскоп. Миссис Протеро не станет возражать, если мы продолжим работу?

–  Я полагаю, что не станет.

Его слова заставили меня задуматься над тем, кто станет распоряжаться в Старой Усадьбе. Вполне возможно, что Протеро завещал ее Петиции. Я подумал, что было бы интересно ознакомиться с завещанием Протеро.

–  Уж если что и переворачивает все в доме вверх дном, так это смерть, - заметила мисс Крэм с мрачным удовлетворением.
– Рассказать - не поверите, какие жуткие склоки иногда поднимаются.

–  Ну, мне пора, мне пора.
– Доктор Стоун тщетно пытался удержать в руках одновременно чемодан, большой плед и громадный зонтик. Я бросился на помощь. Он запротестовал:

–  Не беспокойтесь, не беспокойтесь. Я прекрасно справлюсь сам. Внизу мне, конечно, кто-нибудь поможет.

Но внизу не обнаружилось ни коридорного, ни "кого-нибудь" вообще. Я думаю, они угощались за счет представителей прессы. Время бежало, и мы вдвоем поспешили на вокзал; доктор Стоун нес чемодан, а я - плед и зонтик. Пыхтя и отдуваясь, доктор Стоун отрывисто бросал рубленые фразы:

–  Вы очень добры, неловко вас затруднять… Только бы не опоздать на поезд. Глэдис славная девушка - просто чудесная девушка - ангельский характер - боюсь, дома не все гладко, - душа детская - совершенно детская. Уверяю вас, несмотря на разницу в возрасте, у нас много общего…

Поворачивая к вокзалу, мы увидели коттедж Лоуренса Реддинга. Он находится на отлете, рядом домов нет. Я заметил, что два щеголеватых молодых человека стоят на крыльце, а два других заглядывают в окна. У прессы выдался горячий денек.

–  Славный малый этот молодой Реддинг, - заметил я, чтобы услышать мнение своего спутника.

Доктор в это время окончательно запыхался и едва мог говорить, он бросил одно слово, которое я не расслышал.

–  Опасный, - выдохнул он, когда я переспросил.

–  Опасный?

–  Очень опасный. Неопытные девушки - откуда им знать - попадаются на удочку, такие субъекты вечно увиваются вокруг женщин… Добра не ждите.

Из этих слов я сделал вывод: единственный молодой мужчина в деревне не остался незамеченным прекрасной Глэдис.

–  Боже!
– воскликнул доктор Стоун.
– Мой поезд!

Мы уже были невдалеке от вокзала и сделали последний рывок. Поезд в город стоял на станции, а лондонский как раз подходил.

В дверях кассы мы столкнулись с довольно изысканным молодым человеком, и я узнал племянника мисс Марпл, только что прибывшего к нам. Я полагаю, что этому молодому человеку не очень нравится, когда с ним кто-то сталкивается в дверях. Он гордится своим самообладанием и невозмутимостью, стараясь держаться обособленно, а нет никакого сомнения в том, что столь вульгарные контакты, как столкновения в дверях, неблагоприятны для какой бы то ни было обособленности. Я извинился на ходу, и мы протиснулись в Двери. Доктор Стоун вскочил на подножку, а я передал ему его вещи, и поезд, норовисто дернувшись, неохотно пополз вперед.

Я помахал ему вслед и повернулся. Рэймонд Уэст уже ушел, но наш местный аптекарь, гордо носящий имя Херувим, тоже направлялся в деревню. Я пошел с ним рядом.

–  Чуть было не упустили, - заметил он.
– Ну, скажите, мистер Клемент, как прошло следствие?

Я сообщил ему вердикт.

–  А! Вот оно как. Так я и думал. А куда спешил доктор Стоун?

Я передал ему то, что сам слышал от доктора Стоуна.

–  Еще повезло, что поспел на поезд. Хотя на нашей дороге точности не дождешься. Говорю вам, мистер Клемент, - вопиющее безобразие! Мой поезд опоздал на десять минут. И это в субботу, когда и движения никакого нет. А в среду - нет, в четверг, - да, точно в четверг, помню, это было в день убийства, потому что я собирался написать жалобу в правление железнодорожной компании - в самых сильных выражениях - из-за убийства все из головы вылетело, так вот, в четверг это и было. Я был на собрании Общества фармакологов. Как вы думаете, на сколько опоздал поезд "6.50"? На полчаса. Целых полчаса! Ну, что вы на это скажете? Десять минут - это еще куда ни шло. Если поезд прибывает в шесть двадцать, то домой раньше половины седьмого не попадешь. Вот я и говорю: к чему тогда называть этот поезд - "6.50"?

–  Совершенно верно, - сказал я и, не желая дальше выслушивать монолог, воспользовался случаем и ускользнул поговорить с Лоуренсом Реддингом, который как раз шел нам навстречу по другой стороне улицы.

Мы свернули к низенькой деревенской калитке, прошли по дорожке к двери, которую он отпер, вынув ключ из кармана.

–  Вы стали запирать дверь, - заметил я.

–  Да, - он невесело рассмеялся.
– Что толку запирать конюшню, когда коня свели, верно? Похоже на то. Знаете ли, падре, - он придержал дверь, пропуская меня вперед, - во всей этой истории есть что-то, что мне сильно не нравится. Слишком смахивает на - как бы это сказать - на семейное дело. Кто-то знал все про мой пистолет. А это значит, что убийца - кто бы он ни был - заходил ко мне в дом, может, мы с ним даже пили вместе.

–  Это вовсе не обязательно, - возразил я.
– Вся деревня Сент Мэри Мид может в точности знать, где вы держите свою зубную щетку и каким порошком чистите зубы.

–  А что в этом интересного?

–  Не знаю, - сказал я.
– Их интересует все. Стоит вам переменить крем для бритья, и это станет темой для пересудов.

–  Должно быть, они просто задыхаются без новостей.

–  Ваша правда. Здесь никогда не случается ничего интересного.

–  Ну, теперь-то у них интересного вдоволь. И с лихвой.

Я согласился.

–  А кто им выбалтывает все секреты? Крем для бритья и все такое?

–  Должно быть, старая миссис Арчер.

–  Старая карга? Да она вообще полоумная, я давно заметил.

–  Всего лишь уловка, камуфляж для бедняков, - объяснил ему я.
– Они прячутся за маской идиотизма. Стоит присмотреться и окажется, что старушка не глупее нас с вами. Кстати, она с уверенностью утверждает, что пистолет лежал на своем месте еще в полдень в четверг. Отчего она вдруг обрела такую уверенность?

–  Хотел бы я знать!

–  А как вы считаете, она правду говорит?

–  Не имею ни малейшего понятия. Я же не делаю полную инвентаризацию своего имущества каждый божий день!

Я обвел взглядом тесную комнату. На полках и на столе громоздились самые разные вещи. Лоуренс спокойно жил среди такого артистического беспорядка, который меня свел бы с ума, и очень скоро.

–  Иногда не так-то просто отыскать нужную вещь, - сказал он, поймав мой взгляд.
– А если посмотреть с другой стороны - все под рукой, ничего не запрятано.