Чтение онлайн

— Как считаете, почему? — на открытую конфронтацию он не пошёл бы, но уж больно подмывало любопытство. И, что уж греха таить, внутренне с позицией чародея Максим, конечно же, не соглашался.

— Потому что они слабее мужчин. Физически, я имею в виду.

По внутренним часам Макса должно было едва пробить семь. Мерный стук тяжёлых копыт, мягкий шелест налетевшего на дорогу песочка, золотые волны пожухшей травы, пригибаемые к земле ещё пока прохладным ветерком, мелькание белых бабочек по колоскам дикой пшеницы — умиротворяющий пейзаж из давно забытого детства, проведённого в деревне, ласкал глаз. Не верилось, что это другой мир, за пределами города всё казалось до боли знакомым и изведанным.

— Проведи параллель с животным миром, и ты увидишь элементарную закономерность: физическая сила обратно пропорциональна вариативности методов адаптации. Антропологи считают, что это основная причина, по которой эволюционировал наш с тобой вид.

— Э-э-эм, Мастер… А можно для дураков перевод, пожалуйста?

— Включи мозги и всё поймёшь.

Понял. Нельзя так нельзя.

— Наглядный пример: медведи и волки сибирской тайги. Оба вида обитают на одной территории и в одних климатических условиях. Кто сильнее: волк или медведь?

— Медведь, — правда, ответил парень не сразу: сперва прикинул, нет ли в вопросе подвоха.

— Конечно, медведь, Максимус, почему тебе вообще понадобилось время на размышление, — Захария издевательски усмехнулся. Дрозд всхрапнул, отбиваясь от забившейся в ноздри пыли, но Максу показалось, что и он злорадно подтрунивает на своём лошадином языке. — Физическая сила медведя больше физической силы волка, это факт. Поэтому, находясь в одних и тех же условиях, они ведут разный образ жизни.

Очередное очень странное утро.

— Медведь — крупный, сильный и в целом отлично защищённый жировой прослойкой и толстой шкурой хищник, — колдун обернулся, привстав в седле, и внимательно изучил линию горизонта. Убедившись в чём-то, он полностью бросил повод и принялся копошиться птичьими пальцами в нагрудном кармане мантии. — Его единственный враг в естественной среде обитания — другой медведь, его единственный риск — недостаточное количество пропитания. Ему совершенно не с руки жить в стае — или хотя бы в паре — с другими такими же крупными и вечно голодными хищниками, поскольку прокормить такое стадо гораздо сложнее, наступит продовольственный дефицит. Но ему и не требуется стая или пара — как мы уже выяснили, я надеюсь, медведю хватает сил, чтобы защититься от врагов и выжить в одиночку.

— Простите, но при чём тут…

— Не перебивай, — жёстко и холодно клацнул колдун, полностью повернувшись к подопечному впервые с момента разговора со стражниками.

Юноша не рискнул попросить прощения, поскольку для этого требовалось заговорить. Раз уж Мастера понесло на пространные рассуждения, стоит послушать молча и в поток его мыслей не вмешиваться — так решил Макс, напоровшись на раздражённый взгляд.

— Связь здесь прямая, подключи немного воображение и онемей на время, мой тебе совет. Вот же… Сбил меня.

Руки его наконец нащупали то, что искали. Трубка легко выскользнула из нагрудного кармашка и легла в ладонь как влитая, а вторая рука уже ворошила карман в поисках табака.

— Итак. Волк слабее и меньше медведя, его лапы тоньше, а тело легче. Любой медведь запросто прогонит его от добычи одним только взглядом и суровым видом. Ни один вменяемый волк не станет атаковать такого врага, да и загнать оленя в одиночку ему удастся с большим трудом. В то же время, пищи ему нужно поменьше, поскольку нет нужды впадать в спячку и напасаться жиром, тело компактнее и расходует меньше калорий — и так далее. А значит, можно поделиться с соседями. Поэтому волки и живут стаями — чтобы было проще охотиться и отбиваться от врагов.

Наконец, Захария закурил. Первая струйка дыма вырвалась из ноздрей, окутывая голову красноватым свечением и путаясь в волосах, и унеслась назад, гонимая встречным ветерком.

— Разумеется, в природе сложно бывает однозначно указать на причину и следствие, но для вида хомо сапиенс иллюстративной является именно такая логическая цепочка. А теперь, мой нетерпеливый друг, ответь сам: кем в этом уравнении являются мужчины, волками или медведями?

— М-медведями, я полагаю?

— Верно полагаешь. И вот в чём прелесть: опираясь на физическую силу, медведь действует весьма прямолинейно. Атакует врага, если тот слабее, убегает, если сильнее. Когда голоден — идёт и ест, когда сыт — ложится спать. И когда на его землях появляется другой медведь, им не до игр… кхм, если, конечно, речь не о брачном периоде, но это опустим. В это время же волки вынуждены действовать сложнее: они были слабы по одиночке, поэтому и сбивались в стаи, а теперь, по прошествии многих тысячелетий, они способны координировать действия и общаться, создавать и поддерживать внутреннюю иерархию, делить обязанности, помогать и защищать друг друга. Зачем медведю навык координации действий, если он живёт один? И что ещё важнее, зачем эволюции развивать ему участки мозга, ответственные за эту координацию?

Макс кивал. До него постепенно доходило, к чему клонит колдун.

— История человечества наглядно доказала эту закономерность: то, что на Земле теперь называется патриархатом, возникло первоначально по причине неравенства физической силы. Если взять среднестатистического мужчину и среднестатистическую женщину, кто победит в армрестлинге? То-то.

— А вы сами придерживаетесь патриархальных взглядов на мир?.. Мастер.

— Какое это имеет отношение к теме?

— Просто интересно. Создаётся ощущение, что да.

— Ощущение ложное, — фыркнул Захария, оскалившись. — В те времена мужчина был главнее не из-за невероятных интеллектуальных способностей или умения смотреть в будущее, как это активно насаждалось учёными мужами в джентльменских клубах Европы. А потому, что мужчина охотился и добывал еду, воевал с врагами и защищал племя — обладал большей физической силой. Это не делало его лучше, не делало его хуже — подобные эпитеты применительно к биологии и эволюции не должны употребляться в принципе. Но быт у предков был суров, и кто мог драться эффективно — тот и дрался, а кто не мог — собирал ягоды и следил за детьми.

— Но разве драться и охотиться не сложнее, чем собирать ягоды?

— Во-первых, как ловко ты опустил «…и следить за детьми». Я с тобой всего неделю нянькаюсь, а уже готов сдать в дом малютки — и это учитывая, что ты не человеческий батон, завёрнутый в тряпицу, а половозрелая особь, способная сказать, где бо-бо, и гадить в специально отведённые под эти цели места.

Выпаленная на одном дыхании, последняя фраза аккуратно намекнула Максу, что самое время прикусить язык.

— Во-вторых, я об этом и говорю: охотиться и драться сложнее. Физически. Но это не значит, что драка или охота становятся от этого более ценными для первобытного общества, чем собирательство — наш основной источник пищи в те времена, да будет тебе известно — или взращивание и защита здорового потомства. Достаточно доступно?

Подмастерье кивнул. Этим и ограничился.

— Для первобытного мужчины в некоторых бытовых аспектах отсутствовала необходимость подходить к вопросу творчески. Опять же, внемли моим словам: отсутствовала необходимость. Захотел женщину соседа — поколотил соседа и забрал женщину. Почувствовал необходимость продолжить род — схема та же, но соседа можно не приплетать. Физическая сила — и дар, и проклятье рода мужского, поскольку она даёт нам существенное преимущество, но и развращает сознание, внушая, что силой можно решить любой вопрос.