Чтение онлайн

— А я скажу — это там мой Онни?

— Точно! — Усмехнувшись, я обнял его, поднялся, пока еще хватало сил, и забросил на плечо дорожную сумку. — Ладно, скоро увидимся.

— Идемте, мальчики, — заявила мама, шмыгая носом и подгоняя всех Линчей, словно они были ее личным стадом ягнят. — Джон купит вам что-нибудь в магазине игрушек.

— Классно! — завопили Олли и Тайг, бросаясь следом за моей матерью, а мой отец с Шоном на руках замыкал процессию.

— Слушай, реально, хотя бы ты не устраивай такое, — с трудом выговорил я, чувствуя, как внутри что-то лопается при виде ее полуночно-синих глаз, наполненных слезами. — Иначе я просто развернусь и поеду домой.

— Из... извини. — Заливаясь слезами, Шаннон тихо всхлипнула и бросилась ко мне. — Это про... просто...

— Я знаю, — выдавил я, снова роняя на пол сумку, чтобы обнять ее. Прижавшись лицом к шее Шаннон, я вдохнул ее запах, стараясь держать себя в руках. — Я тоже...

— Я люблю тебя, — прошептала она, впиваясь пальцами в мою шею, привлекая к себе мое лицо и целуя в губы. — Охрененно сильно!

— Я тоже тебя люблю... — Я задохнулся и добавил: — Больше всех в мире.

Обхватив ладонями ее лицо, я просто смотрел на него, запечатлевая в памяти, а потом образ Шаннон едва не ускользнул при мысли о том, сколько времени пройдет, прежде чем я снова ее увижу. — Я вернусь домой, — сказал я, — независимо от того, что случится. — Смахнув слезы с ее лица, я поцеловал мокрые щеки. — Я вернусь к тебе, Шаннон «как река». — Я потерся о нее носом. — Обещаю.

— Не торопись, — пробормотала она. — Иди и блистай, ладно?

Я грустно кивнул:

— Ладно.

— Я хочу, чтобы ты добился успеха, — продолжила она, снова задерживая меня. — Я хочу, чтобы ты всем им надрал задницу, чтобы был лучшим из всех, кого только видела эта страна... — Она провела пальцами по моей щеке. — Но не забывай, что ты всегда будешь мой тринадцатый. Ведь я смогла зацепить тринадцатого.

Я нервно засмеялся, вспомнив о том глупом соревновании.

— Так ты об этом слышала?

— Да. — То ли плача, то ли смеясь, Шаннон кивнула. — И я выиграла.

— Однозначно. — Я поцеловал ее пухлые губы. — Без возражений.

— А теперь хочу удержать тринадцатого, — сказала она. — Так что возвращайся домой, когда закончишь.

— Вернусь.

78

ЛЕТНЯЯ ЛЮБОВЬ

ШАННОН

Милая Шаннон!

Это я — Джонни. Я пишу это и могу снова удивить и впечатлить тебя моим безумным искусством письма. Та-дам! Видишь, я же говорил тебе, что не стоит беспокоиться насчет того удара, что я получил на поле в прошлые выходные. По телевизору выглядело хуже, чем на самом деле, — и я не забыл, как писать буквы, покупать марки и отправлять письма, так что мои мозги по-прежнему работают. Надеюсь, мое письмо найдет тебя в добром здравии. Я молюсь о том, чтобы ты скучала обо мне так же, как я скучаю о тебе. Иначе это было бы нечестно.

Я в тренировочном лагере в Южной Африке, со взрослой командой. И живу в одной комнате с Миком охренеть Фланаганом, детка, — нашим КАПИТАНОМ... и я чувствую себя глупо, сообщая об этом в письме, потому что мы говорили об этом по телефону всего час назад.

Я скучаю по тебе.

Каждая моя клеточка тоскует по каждой твоей клеточке. Я скучаю по прикосновениям. По тому, как ты спишь рядом со мной. По нашим разговорам. Скучаю по тому, как мы ездили по Баллилагину и ты сидела на пассажирском сиденье. Блин, я почти уверен, что начинаю скучать и по твоим братьям тоже. Вот так время без тебя плохо на меня влияет. И дело не только в сексе, Шан, — хотя мой член тоже по тебе тоскует яростно, до боли.

Как ты себя чувствуешь? По телефону ты всегда говоришь, что все в порядке, но я же слышу печаль в твоем голосе. Не знаю, может, это потому, что я чувствую то же самое. Я теперь понимаю, что не могу нормально справляться с тем, что тебя нет рядом, Шан. Я ночами шарю в этом чертовом Bebo, где Клэр завела тебе аккаунт, и говорю об этом без капли стыда (кстати, я тоже завел там аккаунт, так что отметь меня как твою вторую половину, пожалуйста)... Ох, не стесняйся посылать нюдсы мне в личку. Мне бы не помешало что-то новенькое. Моя память, похоже, никогда не отдает тебе должное.

Здесь есть пляж, примерно в четырех милях от нашего отеля, и каждый раз, когда иду по песку, я думаю о тебе. О том дне, который мы провели на пляже.

Ты всегда в моих мыслях, Шаннон. И в сердце тоже. Ты что-то сделала со мной много месяцев назад. Думаю, ты меня сломала, потому что я с тех пор сам не свой. Когда мы не вместе, как сейчас, я чувствую себя неуверенно, как будто на плечах тяжкий груз, и если я его не уроню, наградой станет то, что я снова увижу твое лицо.

Вот так-то, да.

Я хочу рассказать тебе кое-что в этом письме, кое-что такое, что не мог бы сказать по телефону или в сообщении, потому что вряд ли сумел бы справиться с твоей мгновенной реакцией...

Мне страшно, Шаннон. Я здесь чувствую себя как рыба, выброшенная на берег. Парни в команде? Они все намного старше меня — и намного опытнее. Они настоящие взрослые мужчины, детка, и мне кажется, что я какое-то инородное тело, какой-то придурок-юнец, который выезжает на удаче и которого скоро выгонят.

Я никогда прежде не испытывал ничего подобного. Я не понимаю, что это за херня. Если честно, я выдыхаюсь. Я почти все время в шаге от того, чтобы сдаться и сесть в первый же самолет, который заберет меня домой, к тебе. Я все еще здесь, потому что обещал тебе блистать... ну или хотя бы вспыхнуть, или что бы ты там ни просила сделать. Тут говорят, что в эту субботу я смогу играть по-настоящему, а не сидеть на скамейке запасных, так что, возможно, я наконец сделаю дело.

Здесь все очень напряженно, Шаннон. Это совсем не похоже на все, что я видел раньше. Молодежный турнир по сравнению со взрослым уровнем — просто цветочки. Там я начинал каждую игру — и никакого давления. Но здесь? Господи, в главной команде я максимум второй сорт, и уже от этого мне хочется сбежать. А я никогда раньше не хотел сбежать, мне такое и в голову не приходило. Я работаю над тем, чтобы обрести уверенность. Сражаться за футболку, которая всегда была моей, — это прямо стремно. Знать, что с полдюжины игроков мирового класса готовы налететь на меня и отнять ее, если споткнусь, — это давление, с которым я пытаюсь справиться. Я постоянно на грани, Шаннон... Может, я просто тоскую по дому, а может, все преувеличиваю или, может, просто оставил голову в Корке, с тобой?

Но из хорошего — у меня теперь мышцы каменные. И во мне теперь шесть футов и четыре дюйма. Но хватит о моей ерунде; как ты проводишь лето? С Гибси все в порядке? А Джоуи? Шон освоил какие-то новые слова? А Ифа как? Есть от нее вести? И как моя Сьюки? Мальчикам лучше бы не слишком к ней приставать. Ты загорела? Ты улыбаешься? Боже, как я по тебе скучаю...

Я знаю, по телефону ты мне твердишь, что все в порядке, но если ты похожа на меня и тебе трудно все обсуждать по телефону, то, может быть, ты тоже мне напишешь?