Чтение онлайн

Через полчаса он привел Палача к большому мрачному дому, невесть как затесавшемуся среди изящных построек из светлого камня в престижном районе Лондона. Каменные колонны, украшающие фасад здания, были сплошь увиты диким плющом, газон во дворе скрывался под ковром из сухих листьев, а мозаичной дорожки, судя по всему, уже давно не касалась метла дворника. Вриколакос по-свойски юркнул во двор, скрывшись за разросшимися кустами, но Габриэль не спешил последовать за ним. Дом был погружен во тьму, но внутри явно ощущалось присутствие живых существ. Элиан был там не один.

Движение какой-то смазанной тени за спиной заставило его стремительно повернуться — однако, недостаточно быстро, чтобы перехватить выпущенный в него дротик. Переведя недоуменный взгляд с вонзившейся в его плечо иглы на возникшего словно из ниоткуда стрелка, Палач рассмотрел стройную девичью фигурку в обтягивающем комбинезоне; в руке она сжимала арбалет, явно позаимствованный из его личного арсенала. Затем взгляд его резко потерял фокусировку, ноги подкосились, а лицо встретилось с асфальтовым покрытием тротуара. Боли от падения, впрочем, он уже не ощутил.

‘Идиот…’ — успел подумать он в свой адрес, прежде чем его рассудок утратил способность к каким-либо размышлениям.

…Первым к нему вернулся слух. Прорвавшись сквозь вязкую пучину парализующего забытья, в его голове вдруг зазвенел чей-то голос, то болезненно громкий, то неразборчивый и отдаляющийся, звучание которого постепенно обрело четкость.

— …твоей невероятной тупости! — раздраженно бубнил голос, судя по всему, принадлежащий молодому мужчине. — Неужели ты думаешь, что оказал бы мне услугу, предупредив о Палаче, приезд которого для меня давно уже не тайна?

— Но я же не знал… — жалобно захныкал второй голос.

— Нет, в итоге, ты, конечно, оказался мне полезен, приведя сюда Палача. Мы его весь день ‘пасем’, спасибо охотничкам. Сам явился прямиком в западню. Лори шла за ним, чуть ли не наступая ему на пятки — но этот кретин был слишком увлечен преследованием…

Послышался негромкий женский смех, и первый голос продолжил, сочась издевкой:

— Быть подстреленным из собственного оружия… какая нелепость.

Габриэль с усилием моргнул, пытаясь разглядеть говорящего, и тот, заметив его попытки, приблизился, склонил свое лицо к его. Безусловно, это был Элиан. За его спиной, посреди обставленной старой мебелью комнаты, Палач различил три фигуры: две женские и одну — мужскую, принадлежащую, по-видимому, тому самому вриколакосу, заманившему его в ловушку.

— Ну и опростоволосился же ты, приятель, — сокрушенно покачал головой Элиан. — Признаться, я ожидал большего от хваленых Палачей. Узнав, что ты заполучил его дампиршу, Грейс легко просчитал твой следующий шаг и выставил своих людей у больницы. Куда ты, разумеется, и явился, чтобы раздобыть сведения о санитаре по имени Дамиан Грейс. Неужели ты этого не предвидел? Пока ты находился внутри, к твоей тачке прицепили жучок. Ты сам вывел охотников к убежищу Чарли. Полагаю, в эту минуту ее уже везут в город, обратно в алчные ручонки Грейса. Тебя, вероятно, интересует, откуда я все это знаю? А откуда знали охотники, где и когда искать своих жертв? Быть может, хотя бы сейчас твой убогий умишко поднатужится и сумеет связать все ниточки воедино. Временное сотрудничество с врагом может иметь свои преимущества, если вас объединяет общая цель. Подумай пока об этом. Потом тебе будет не до того.

Выпрямившись, Элиан повернулся к своим вриколакосам.

— Дейзи, детка, отгони-ка его тачку… ну, ты знаешь, куда. Да, и меч его прихвати. Оружие его нам еще пригодится. А мы пока с Лори и Тедди прокатимся кое-куда с нашим гостем. Познакомим его с моими любимыми зверушками — у них сейчас как раз время ужина.

— Как скажешь, Элиан, — проворковал нежный девичий голос.

Действие токсина постепенно ослабевало — Габриэль смог почувствовать, как две пары крепких рук рывком подняли его со стула и куда-то потащили; предметы перед его глазами стали обретать резкость. Еще минут десять-пятнадцать — и он сумеет пошевелить пальцами. Которыми с превеликим удовольствием отделит голову Элиана от его тщедушного тела. Злость на себя и страх за друзей, которые по его вине подверглись опасности, бушевали в нем, мешая сосредоточиться. Знаменитое самообладание Палачей стало все чаще ему изменять, и он не мог найти тому причины. Возможно ли, что его сердце, не одно столетие прячущееся за панцирем отчужденности, просто изголодалось по эмоциям? Что ж, одну эмоцию он мог себе позволить. Ярость. Если они хоть пальцем тронут Чарли… Он бессильно заскрипел зубами. Странно, что в первую очередь он подумал о ней, а не о Каине, которого знал не первый год и склонен был считать если не другом — у Палачей друзей не было — то близким знакомым, и не о его возлюбленной, Яне. Ведь им грозила куда более серьезная опасность. Чарли была нужна охотникам живой. А Каин с Яной были просто-напросто помехой на пути к ней…

Его бесцеремонно швырнули на заднее сиденье джипа, тут же рванувшего с места. Дороги он не видел — но, судя по скудной освещенности ночных улиц, мимо которых они мчались, везли его куда-то на окраину. Напрасно они тянули с расправой. Если они хотели его убить, следовало сделать это еще там, в доме Элиана, когда он был беззащитен и недвижен. С каждой прошедшей секундой его тело наливалось силой, превозмогая действие яда; закрыв глаза, он старался не подавать вида, что чувствует себя лучше. Это было чревато введением ему новой дозы.

— Совсем плох, бедняжечка, — промурлыкал женский голос над его головой, и прохладные пальчики убрали прядь волос с его лба. — А он симпатичный…

— Хочешь оставить его себе, Лори? — фыркнул где-то рядом Элиан.

— Боюсь, этого зверя мне не приручить, милый. Почему бы нам просто не убить его? Зачем скармливать его этим…тварям?

— Цезарю — цезарево, — хмуро отрезал тот. — Он ведь не простой Истинный. И смерть у него будет не простая.

Лори хмыкнула, но спорить не стала.

‘Твари’. Кажется, он начинал догадываться, какая участь ему была уготована.

— Черт, они вылезают, стоит мне только подумать о еде, — недовольно пробурчал Логан. Он стоял у зеркала, отогнув пальцами верхнюю губу, и рассматривал отражение своих аккуратных, белых и очень острых клыков.

— Да плюнь, — лениво отозвался Рой с дивана. — Мешают они тебе, что ли?

— Вообще-то, еще как мешают! Достало постоянно шепелявить…

— Привыкнешь. Зато это прекрасно вписывается в наш образ. Правда, Блейк?

Блейк, сидящий на подоконнике со стаканом крови в руке, не ответил. Его взгляд был прикован к собственному отражению в темном оконном стекле. Остальные, в особенности, Рейвен, очень быстро свыклись со своей новой ролью, но ему все еще казалось, что все это — не более чем ночной кошмар, дурной сон, который вот-вот закончится. Не могло такое происходить в реальности. Когда они проснулись в том же гостиничном номере спустя трое суток после обращения — так это называлось — в темноте, мучимые страшным голодом, растерянные и ничего не понимающие, те две девчонки по-прежнему были там. А с ними был Элиан. Истинный. Вампир, проще говоря. Их создатель и господин, как им доходчиво втолковали. Он дал им их первую кровь — молодую горничную с аппетитными формами (ах, как она была сладка!) и объяснил им их предназначение. Они были нужны ему, и сопротивляться не имело смысла: он бы их попросту уничтожил. Впрочем, он практически не прибегал к угрозам — куда больший эффект возымел его рассказ об их новых возможностях в качестве вампиров. Неувядающая красота, вечная молодость, огромная сила… Он обещал им полную свободу после того, как они выполнят его поручение. Сулил море развлечений и жизнь, полную роскоши. У них не было выбора, но они его и не особенно жаждали. Их все устраивало.

До определенного часа, сказал Элиан, им следовало соблюдать осторожность. Они были вольны, как и прежде, выступать и давать интервью, но ночная охота была под запретом. Их не должны были разоблачить раньше срока. Лори периодически снабжала их запасами донорской крови (‘ослиной мочой’, как говаривал Рейвен), а однажды привела им жертву — но этого им, разумеется, было мало. Воспоминания о ‘живой’ крови сводили с ума. Именно по этой причине Рейвен и сорвался в ночную вылазку, заранее собрав их всех у себя дома. Вот уже целый час они ожидали его возвращения с добычей, изнывая от нетерпения.