Чтение онлайн

Волосатенький.

– С чего ты взяла? – с улыбкой в голосе спросил Пётр, мягко убирая прилипшие пряди волос от моего лица.

– С того, что каждый день рядом с вами похож на полосу препятствий. Рядом с вами даже банальное мытьё превращается в квест на выживание. Тиран бородатый. Хорошо, что у вас хоть глаза красивые.

– Залупаться можешь, значит всё не так уж и плохо. Пошли в дом.

– Сейчас. Я тапочки… Ох!

Я успела только вздохнуть, вцепиться в полотенце на своей груди и замереть, когда Пётр с легкостью подхватил меня на руки и понёс в дом.

– А что не скажешь, что «я тяжелая! Поставьте меня!». Где все эти бабские истерики?

– Я тяжелая. Так вам и надо, - ворчала я.

Плечи Петра слегка дёрнулись от тихого смешка.

Я думала, он, максимум, донесет меня до дивана в гостиной, но он донёс меня до моей комнаты и уложил на кровать.

– Чувствую себя медузой.

– Почему?

– Я вся пульсирую. Правда, - чуть подняла я голову, чтобы посмотреть в глаза стоящему рядом со мной Петру, который открывал крем, принесенный Натальей. – Даже в кончиках каждого пальца есть пульс. Вот, потрогайте.

Я вытянула руку в сторону Петра, и он аккуратно подхватил мои пальцы, перебрав их своими.

– Тебе так только кажется, Вась. Давление скакануло. Сейчас отпустит, и закончится твой пульс везде.

– Везде?! – округлились мои глаза. – Так я и думала, что умру где-то в пределах этого дома, - выронила я плаксиво, снова откинувшись на подушку.

– Спину давай, - усмехнулся Пётр. – А-то я из-за тебя весь жар в бане пропущу.

– Могли бы просто уронить меня спиной в эту зеленую жижу. Хотя, после вашей бани там на спине, наверное, и кожи-то не осталось.

Я ворчала, пыхтела, вздыхала, но на живот, не сверкнув задницей, перевернуться смогла.

– А полотенце убрать не хочешь? – поинтересовался Пётр, сев рядом со мной на край постели.

– Да-да. Вот это - не хочу, - выронила я, закрыв глаза. – А вы делайте что хотите.

– Не вздумай ещё кому-нибудь такое сказать, - нарочито строго произнес Пётр.

– Вряд ли кто-то ещё, кроме вас, доведёт меня до подобного состояния.

– Сочту за комплимент, - хмыкнул мужчина и мягко потянул ткань полотенца вниз по спине.

Мне бы поднапрячься, что полотенце опустилось до самого копчика, но стало так хорошо, когда открывшейся кожи коснулась прохлада, а затем и мужские пальцы с холодным кремом, что я была готова мурлыкнуть пару раз.

– Не щиплет? – спросил Пётр, мягко касаясь моей спины.

– Нет, - только и смогла выдохнуть я.

– Я приду через двадцать минут и соберу с тебя остатки зеленой жижи.

– Угу, - не открывая глаз, я притянула руку к подбородку, как если бы собралась спать.

И, похоже, уснула.

Потому что мне показалось, что прошло всего мгновение после того, как Пётр обещал вернуться через двадцать минут, но он уже собирал с моей спины остатки крема салфетками.

– Уже всё? – чуть растерялась я, пытаясь приподнять голову.

– Всё, - шепнул Пётр. – Теперь можешь спать и ворочаться.

– Если вас не затруднит, - намекнула я на одеяло, снова закрыв глаза. Вздохнув, но Пётр накрыл меня им. – Если вас опять не затруднит, - пролепетала я сонно, высунув из-под одеяла руку с мокрым полотенцем.

– А ты не обнаглела?

– Ну, пожалуйста, - вытянула я губки и даже не поленилась открыть глаза и умоляюще посмотреть на Петра, который возмущался не по-настоящему.

Да и по голосу его было понятно, что он совсем не злится.

– Первый и последний раз я такой добрый, - буркнул он, забрав у меня полотенце.

– Мне кажется, ещё пару добростей в вашей бороде для меня найдётся. Нужно только в ней пальчиками хорошенько шулум-булум, - пошевелила я пальцами высунутой из-под одеяла руки.

– Такой шулум-булум, Васька, уместен на яйцах, а не в бороде.

– Фу!

– Вот и я думаю, что хрен ты что в моей бороде нашулум-булумишь.

– Подъём!

Этот человек может хотя бы раз проспать? Проснуться не с первыми лучами солнца, а часов в девять утра, хотя бы?

А я когда-нибудь привыкну к такому раннему подъёму? Ни за что!

Я хоть и чувствовала себя, как новенькая, после вчерашней бани и зеленой жижи на спине, но, всё равно, не отказалась бы ещё от пары часов сна.

И я до сих пор голая.

Планировала немного вздремнуть, а потом встать и одеться, но продрыхла до самого утра. Хорошо, что Петру до лампочки на то, что в его доме есть голая девушка. Ему женщин нравятся.

Пока доставала из тумбочки бельё, посмотрела на свою спину в отражении зеркала на дверце шкафа и удивленно вскинула брови. Корост не осталось. Вместо них были только розовые и красноватые полоски, свидетельствующие о том, что еще вчера здесь были раны куда страшнее, чем сегодня.

Однако, зеленая жижка от Натальи – это что-то чудодейственное. Надо поблагодарить её ещё раз, когда выпадет такая возможность.

Одевшись, я привычно спустилась вниз, где Пётр уже убирал муку со стола.

– Садись, - кивнул он на стул недалеко от себя. – Я помою руки и намажу тебе спину.

– Да, наверное, больше не надо. Смотрите. Тут уже всё хорошо и не болит даже, - я повернулась к Петру спиной и убрала волосы от спины, чтобы он сам смог увидеть розовые полосы на лопатках. – Видите? Уже почти всё прошло. Хорошую штуку Наталья сделала.

– Угу. Хорошую, - буркнул Пётр, но тут же строго добавил. – Для профилактики, всё равно, нужно немного намазать.

– Ладно. Но только лопатки. Там ниже уже почти ничего не видно, - сказав это я плюхнулась на стол и спустился бретельки бюстгальтера и майки с плеч, чтобы открыть лопатки.

Болтая ногой, молча ждала, когда Пётр помоет руки и достанет из своих штанов тюбик с мазью.

Через несколько секунд кожи спины коснулось тепло его прикосновений. Я машинально выпрямила спину и втянула носом воздух. Глядя за окно на то, как под слабым ветром качались цветы во дворе его дома, я вдруг поймала себя на мысли, что сегодня Пётр дольше обычного мажет мою спину мазью.