Чтение онлайн

– Уже подъезжает.

– Баня, одевайся. Надо на конюшню съездить, - сказала Васька куда-то в сторону и сразу бросила трубку.

Пелена сгустилась перед глазами. Сердце в груди затарахтело как мотор старого трактора – перебойно и нестабильно.

Одевайся? Она ему уже даже уменьшительно-ласкательно имечко придумала? Меня не было чуть больше суток, а она уже яйца катает, хрен пойми чьи.

С твердым намерением набрать Банзая влез в телефонную книгу и тут же откинул телефон на пассажирское.

Я пацан, что ли, чтобы сцены ревности устраивать, да ещё по телефону? Приеду и лично раздам всем пиздов. Кое-кто сам себе будет катать опухшие яйца, если они не лопнут при раздаче.

До конюшни я добрался, проехав мимо дома. Наверное, никогда ещё я так быстро не возвращался на родные земли.

«Уазика» рядом с конюшней не было. Значит, кое-кто пиздов получит чуть позже, а пока я займусь Васькой.

Было привычно чисто и тихо. Работники показали мне, куда идти, чтобы найти фотографа и Василису.

Пройдя всю конюшню, перед выходом на огороженные загоны, взял себя в руки, чтобы не сорваться сразу. Вдохнул полной грудью запах свежих опилок, доносящийся из вычищенных денников, и вышел на задний двор, едва не ёбнувшись на ровном месте от увиденного.

Абсолютно голая Василиса сидела на Сене и прикрывала свою наготу только распущенными волосами, пока патлатый хрен с голым накаченным торсом бегал вокруг неё и фотографировал.

Скука, злость и отчаяние делают с человеком странные вещи.

Где-то на просторах интернета я нашла технику рисования куриным яйцом. Суть его в том, чтобы обмазать яйцо краской и катать его по холсту.

Бред полнейший. Попробовать обязательно.

И Банзар, конечно, со мной. Наверное, после вчерашнего моего психованного настроения он решил еще и сегодня поторчать со мной в доме с самого утра.

Из-за жары снял футболку, развалился вместе со мной на полу гостиной у дивана и старательно, закусывая губы, выводил куриным яйцом какой-то член.

– Мог бы что-нибудь получше нарисовать. Фантазию подключил бы, - закатила я глаза.

– А чем тебе не нравится морда лошади в моём исполнении?

Немного склонив голову и очень сильно включив фантазию, я смогла разглядеть в получившемся силуэте морду лошади.

Звонок телефона, лежащего на диване, отвлёк нас обоих.

Глянув на экран, я увидела, что звонил мне Пётр.

– А мне не звонил, - хмыкнул Банзар озадачено.

– Ну, вот пусть и перезванивает тебе, - бросила я, не собираясь отвечать на звонок.

– Ты чё? Ответь. Вдруг что-нибудь важное.

Нехотя, я взяла телефон и ответила на звонок:

– Да.

– Спишь, что ли? – в голосе Петра слышалась улыбка.

Довольный как слон. Всю ночь, наверное, трахался, не покладая… морды лошади.

А сейчас, поди, звонит, чтобы сказать, чтобы мы с Банзаром погуляли, потому что он кое-кого по имени Алёна везёт в свой дом, чтобы продолжить.

– Яйца катаю, - ответила я, всеми силами сдерживая себя, чтобы не бросить телефон прямо в стену. – Банзар, ну, ты ещё сядь на меня!
– оттолкнув зад парня, который увлёкся рисование и едва на меня не сел в творческом порыве, я встала на ноги и отошла в сторону. Снова взяла себя в руки, чтобы в моём голосе не слышалось, что я истеричка, которая не спала почти всю ночь и смотрела на луну с балкона, проклиная кое-чью потенцию.
– Вы что-то хотели?

– В конюшню едет фотограф. Встреть его, - по-деловому произнес Пётр. Наверное, чтобы я помнила, что я на него всего лишь работаю.

– Когда?

– Уже подъезжает.

– Баня, одевайся. Надо на конюшню съездить, - бросила я Банзару, специально использовав имя, которым его вчера называла его мама.

Миленькое ведь имя.

– Ага. Сейчас, секунду, - дорисовывал там что-то Банзар, а затем, отложив яйцо, бодро надел футболку обратно, подхватил с журнального столика ключи от «уазика» и пошёл на улицу к машине.

Я за ним.

Глядя на дом, поняла, что с помощью фотографа «детишек» в лице меня и Банзара уводят подальше, чтобы мы не мешали взрослым делать взрослые вещи.

Наверняка, сам Пётр тоже уже на подъезде и не один…

К конюшне подъехали практически одновременно с незнакомой мне машиной.

Кабриолет? Серьёзно? Как он, вообще, проехал по местным дорогам?

Из кабриолета вышел высокий, плечистый мужчина с забитыми татуировками руками. Его вьющиеся мелкими кудрями волосы опускались ниже плеч. И, едва выйдя из машины, он собрал их в пучок резинкой, сдёрнутой с запястья.

– Ну, и жара у вас, - шумно выдохнул он и неожиданно снял с себя майку, демонстрируя голый торс без единой волосенки. Как Кен у Барби – гладкий и натужно выпуклый. Видно, что много качается и любит своё тело не только сам смотреть, но и активно демонстрировать его, как сейчас. Через солнечные очки было непонятно, куда он смотрел, но, судя по тому, что меня это начало подбешивать, смотрел он на мои сиськи. – А ты Василиса?

– Да, - улыбнулась я натянуто.

– Я тебя по косе узнал, - ухмыльнулся мужчина и прихватил с заднего сиденья своей машины большую сумку с оборудованием. – Алёна про тебя рассказывала.

Ну, да. По косе. Ещё и Алёна эта…

Не психовать. Спокойствие.

– Пройдёмте. Я покажу вам лошадей. Если вы захотите сфотографировать кого-то из них отдельно, то наши сотрудники помогут вам с этим.

– А где тут можно попить? Я только что со свадьбы. Сушняк жуткий.

– Здесь, - указала я мужчине на шланг на улице, который висел на внешней стенке конюшни.

– Прямо здесь? – поморщился мужчина.

Какая цаца…

– Да, здесь. У нас здесь чисто.

Отмотав шланг, я направила его чуть в сторону, а Банзар включил напор.

Фотограф сдвинул очки на голову, наклонился к воде, льющей из шланга, и сначала набрал её в ладони, чтобы понюхать. ОТК прошла успешно, и он присосался к шлангу, а затем отобрал у меня его и начал обливать еще и свой торс.

Мы с Банзаром молча переглянулись, пытаясь понять, когда приезд фотографа превратился в дешевый порнокастинг.

Ну, ладно. Пусть дяденька балуется.

Фотограф около часа снимал лошадей, но делал это с недовольным лицом.

– Что-то не так? – спросила я.