Чтение онлайн

— Наверняка нет, — уверенно ответил капитан Кроу, набивая трубку. «Это просто дипломатическое поручение, она ведь курьер. И потом, у нее титул, неприкосновенность. Не волнуйся, — он поцеловал теплую, загорелую, в мелких веснушках, щеку.

Мирьям, оглядевшись, села к нему на колени. «Ты такая же легкая, — смешливо шепнул ей муж. «Вернемся с тобой на озера, зима начнется, и будет у нас медовый месяц, даже несколько. Раз дети разъехались».

Стивен прижал ее к себе — пахло травами, и чем-то сладким. Он вспомнил: «Печенье с утра пекла, с Мартой и Деборой. Детям дать, на пикник».

— А вообще, — он покачал жену, — закончат в Европе воевать, и мы с тобой туда выберемся, обещаю. Дебору навестим, Мэри…. — Мирьям положила голову ему на плечо: «Интересно, от кого у нас третий внук появится? Ставлю на Дебору».

Капитан расхохотался и чиркнул кресалом: «Элайджа в меня, дорогая, он еще не скоро женится. Но, — Стивен поднял палец, — на той, кого полюбит так, как я — тебя».

Мирьям обняла его. Они просто посидели, глядя на залив, держась за руки, молча. Они и на озерах часто уходили на берег, разжигая костер. Устроившись рядом, они смотрели на бесконечную, водную гладь. «Четверть века мы вместе, — Мирьям чувствовала рядом тепло мужа. «Господи, дай ты нам состариться, увидеть, как внуки растут…»

— Мирьям, — раздался спокойный голос Марты сверху, с балкона. «Поднимись, пожалуйста. Мораг помощь нужна, она шаль не может выбрать».

Женщина усмехнулась и погладила мужа по щеке: «Я сейчас».

Марта зашла в спальню и недоуменно позвала: «Мораг!». Она оглядела комнату — на туалетном столике, в фарфоровой вазе, стояли розы, немного пахло сандалом. Дверь в гардеробную была полуоткрыта.

— Мораг! — ахнула Марта. Встав на колени, она приложила пальцы к белому, тонкому запястью женщины. Марта пошлепала невестку по щекам. Мораг, застонав, неразборчиво что-то пробормотала. Марта, взяв ее за талию, усадила на кушетку. Она наклонилась и потрясла женщину за плечи: «Мораг!».

Темные глаза приоткрылись и Мораг покраснела: «Тетя Марта! Что такое?»

— Ты упала, — ласково сказала Марта, взяв серебряный кувшин, наливая воды. «Что случилось? — она подала ей стакан. Мораг, жадно выпила: «Просто голова закружилась, тетя, ничего страшного».

— А крови у тебя, когда были? — Марта улыбнулась и вдруг отпрянула — алые губы Мораг искривились. Лицо женщины исказилось. Она, уронив голову в ладони, выдохнула: «Четыре месяца назад…, Я хотела…Я травы пила, я даже к акушерке ходила, чтобы…». Мораг не закончила. Вытерев глаза, она сглотнула: «Я все понимаю. Я попрощаюсь с Тедом, когда он вернется, и уеду. Тедди я оставлю записку, чтобы он подавал на развод. Я виновата, тетя Марта».

Женщина поднялась. Марта жестко сказала: «Сядь и молчи. Сейчас мать твою сюда позову. Нет, — она оглянулась и взяла ключ: «Я тебя запру. Окна здесь нет, веревок — тоже».

— Тетя Марта! — измучено пробормотала Мораг. «Дайте мне…».

Марта, уже у двери, обернулась: «Сбежать — проще всего. Умереть, — зеленые глаза затуманились, будто она что-то вспомнила, — тоже. Жить, Мораг, — она помолчала, — это сложнее. Ты куда бежать-то собралась? — спросила Марта.

— Мой брат здесь, — Мораг скорчилась, будто раненая птица, забившись в угол кушетки, — Менева. Он в Бостоне. Он меня спас, увел от акушерки, когда я… — женщина повела рукой. «Я хотела с ним уехать, на запад, — крупные, блестящие слезы ползли по бледным щекам. «Он на постоялом дворе Уильямса живет, в порту».

— А, — только и сказала Марта. Выйдя, она заперла гардеробную.

Мирьям уже стояла на пороге.

— Ты сядь, — посоветовала ей женщина. «Вот и сигары, — Марта чиркнула кресалом и посмотрела в синие глаза Мирьям: «Мораг беременна. Не от Тедди, разумеется».

Мирьям открыла рот и закрыла его. Опустившись в кресло, она сжала загорелые пальцы: «Сколько?»

— Четыре месяца, — Марта затянулась. Пристроившись на ручке кресла, женщина грустно заметила: «От кого — она не скажет, конечно. Да и не кажется мне, что тот…отец…ребенку обрадуется».

— Надо Тедди рассказать, — слабым голосом проговорила Мирьям. «Нельзя такое скрывать, Марта».

Та качнула бронзовой головой. «Я своего сына знаю, он ее выгонит вон, в чем была. У нас внук общий, Мирьям, не хочу я Теда без матери оставлять. А что она, — Марта кивнула на гардеробную, — ошибку сделала, так не она первая, не она последняя».

Мирьям помолчала, и, вдыхая запах жасмина, неуверенно сказала: «Я могу Мораг на озера забрать…». Женщина посчитала на пальцах: «В ноябре ей рожать. Стивен к тому времени еще из плавания не вернется, у них большая экспедиция, на северный берег. Он и не узнает ничего…, Вот только Тедди…, И дитя…кому-то чужому его отдавать придется, — Мирьям вытерла пальцем слезу в уголке глаза.

— Не придется, — Марта поднялась: «Иди, уложи ее в постель. Пусть твой муж отправится за доктором Хантли. Он осмотрит Мораг и найдет, что у нее плохо с легкими, порекомендует ей пожить, там, где сосны, где не так сыро. У вас, то есть, — Марта потушила сигару.

— А ребенок? — Мирьям тоже встала. «Что с ним будет?».

— Я тебя внизу подожду, — велела Марта. «Ты надевай шляпу и приходи». Дверь закрылась. Мирьям, повертев в руке ключи, подошла к гардеробной. Оттуда были слышны сдавленные рыдания.

Она протянула руки: «Доченька…, Доченька моя, не надо, не надо, все устроится…»

Мораг, как в детстве, нырнула в объятья матери. Та, поглаживая ее по голове, шепча что-то ласковое, повторяла: «Устроится, устроится…».

Две женщины вышли на набережную. Мирьям, пробираясь вслед за Мартой, через полуденную толчею, подумала: «Бедная моя доченька. Все это в себе носить. Виновата она, конечно, но ведь она изменится, обязательно. Так вот почему она так плакала после больницы. Господи, — Мирьям вздрогнула, — спасибо, что уберег Ты ее от такого…»

— Куда мы идем-то? — она взяла под руку Марту. Та была в уличном рединготе светлой шерсти, отделанном медной тесьмой. Марта вскинула острый подбородок и улыбнулась: «Брат ее здесь, дорогая моя. Менева. Нашел он сестру, все-таки».

Мирьям вспомнила крупного, белокожего, темноволосого младенца, вспомнила шепот Гениси: «Мирьям…позаботься о девочке, пожалуйста…». Женщина твердо сказала себе: «Я ей обещала. На смертном ложе ее обещала. Сколь я жива, Мораг всегда под моим крылом будет».

— Менева, — повторила Мирьям и Марта остановилась: «Ты не ходи…, Все же это его сын, Мирьям».

— А Мораг — дочь его, — тихо ответила та, — а ведь я ее грудью кормила, Марта. Да и потом, — Мирьям, невольно, улыбнулась, — если он сюда приехал, с запада, чтобы кровь свою найти — не такой уж он дурной человек.

В нижнем зале постоялого двора Уильямса было тихо, час обеда еще не настал. Марта, подойдя к стойке, любезно спросила у лысоватого хозяина: «У вас тут вояжер остановился, с территорий… — она пощелкала пальцами. Уильямс усмехнулся: «Мистер Маккензи». Трактирщик кивнул на деревянные столы в маленьком саду: «Сидит, книжки читает. Мой сын в библиотеку записан, ему носит. У них, там, на западе, и книг вовсе нет, — недовольно заметил хозяин.