Чтение онлайн

– Когда вернемся в Англию, - Люси разглядывала темные пятна на луне, - надо будет попросить маму с папой записать меня в школу, для девочек. Я знаю, такие школы есть. И Мария тоже хочет учиться, и Джейн. Будем все вместе, - она улыбнулась и зевнула.

– Это не моря, - Люси устроилась рядом с братом, положив щеку на блокнот, - без атмосферы не может быть морей. Это впадины. Свет солнца туда не попадает, поэтому они темные. Луна светит отраженным светом…, - длинные ресницы задрожали. Она крепко, сладко заснула, слушая плеск рыб в пруду и шелест пальм под теплым ветром.

Моше Судаков рассказывал приятелям об Иерусалиме. Мальчик не ночевал на Замалеке, он жил у раввина. Петр, посмотрев на свой хронометр, он купил часы на деньги, заработанные на канале, распорядился:

– Я тебя провожу, а ты, Грегори, - он потрепал брата по голове, - уложи малышей.

– Всегда я, - пробормотал Грегори, рассмеявшись: «Им и сказок рассказывать не надо. Они оба спят»

Люси и Мартин любили, когда Грегори говорил им о том, что он слышал от цветов или птиц. Все считали, что это легенды. Мальчик никого не разубеждал, так было легче. В Мон-Сен-Мартене он встретился с братом. Ночью, Грегори устроился на каменном подоконнике своей комнаты в башне и увидел далекий силуэт сокола. Он смотрел на птицу, а потом вздохнул:

– Дедушка сделал все, что мог. И я тоже больше не могу. Но Виллему станет легче.

В Амстердаме Грегори долго расспрашивал дядю Давида о медицине. В Париже дядя Анри сводил его в детский госпиталь и разрешил посидеть на приеме, у себя в кабинете. Грегори знал, что у него не всегда, получается, лечить, так, как он привык это делать с детства. Он решил стать врачом, заявив об этом родителям. Те переглянулись и отец улыбнулся: «Очень хорошо, милый. И помни, где бы ты ни жил, ты наш сын».

– Вернусь в Индию, - подумал тогда Грегори, но ничего, никому, даже старшему брату, говорить не стал. Он проводил глазами две рыжие головы. Мальчики шли к воротам. Грегори легко подхватил младших на руки. Люси заворочалась и сонно велела: «Блокнот мой подними!»

Грегори подчинился. Сестра, с закрытыми глазами, похвалила его: «Молодец!». Он понес детей по мраморной лестнице наверх, в спальни.

По дороге в еврейский квартал Моше сказал:

– Папа и Мирьям потом со мной в Иерусалим едут. Дождутся бар-мицвы, и в Арктику отправятся.

Петя еще никому не говорил о своих планах. Он обрадовался тому, что на узких улицах еврейского квартала было темно. Моше не мог увидеть, как он покраснел.

– А ты в Арктику не собираешься?
– нарочито небрежно поинтересовался Петя. Моше присвистнул:

– А бабушка с дедушкой? За ними присматривать надо. Они у меня пожилые, я у них один. Я после бар-мицвы иду земледелию учиться. Дядя Джошуа Горовиц устроил виноградники в Калифорнии. Он теперь американское вино делает. И он дал денег, вместе с Ротшильдами, на сельскохозяйственные классы в Иерусалиме, - гордо добавил Моше, - я там буду заниматься, и в ешиве тоже. Папа скоро вернется, экспедиция дольше года не продлится. До завтра, - Моше пожал руку старшему мальчику и скрылся за дверью дома раввина.

Петя вернулся обратно к берегу Нила. На Замалек вел наплавной, деревянный мост. Он постоял, глядя на коричневую, блестящую в лунном свете воду реки, покуривая папиросу. Мать и отец разрешали ему курить, еще с прошлого года. Вниз по Нилу медленно плыли фелюги рыбаков, с фонарями на корме. Петя вспомнил жаркую, летнюю ночь в пустыне. Она купалась, а Петя сидел у входа в шатер, что они делили с Моше. Он привстал и увидел, как она выходит из воды канала. Ее белоснежная кожа, казалось, светилась.

Он тогда шмыгнул в шатер и долго лежал, превозмогая боль, чувствуя, как колотится сердце.

– Нельзя, - велел себе Петя, - она замужем, она тебя старше, намного…, Может быть, маме все рассказать? Нет, я им еще не говорил, что в экспедицию собираюсь. Но ведь она тоже туда поедет…, -Петя тяжело вздохнул. Выбросив окурок в Нил, он пошел к воротам дворца.

Суэцкий канал

Пьетро и семья занимали трехкомнатную каюту на пакетботе «Дельта», что шел через Бомбей и Гонконг, в Йокогаму.

Пьетро, разлил чай: «Там пересядем на корабль, что доставит нас в Токио. Столицу император Мэйдзи перенес. Нет никаких причин ехать в Киото, - он подмигнул жене, - Эми-сан, впрочем, и в первый раз туда не доехала, а собиралась, - все расхохотались.

Дети пошли спать. Окна гостиной были распахнуты, по обеим сторонам канала простиралась бесконечная пустыня. Марта, наклонившись, шепнула Мирьям: «Вы обратно в Порт-Саид не будете возвращаться?»

Кузина помотала черноволосой, непокрытой головой. Женщина была в арабском костюме, в легких шароварах и коротком халате. Мирьям сидела на бархатном диване, где устроились и Эми, и Марта. Марта, только что, вернулась с маленького концерта в салоне пакетбота. Женщина весело сказала: «Обратный путь, Стивен, мы проделаем на вашем барке «Ньюпорт». Там все скромно. Пианино нет, капитан Нэрс не будет меня просить играть. Поработаю, - добавила Марта, принимая от мужа чашку с чаем.

– Незачем, - Мирьям улыбнулась:

– Нас ждут проводники, едем на развалины Петры, а потом в Иерусалим. До весны на Святой Земле пробудем. А весной, - она рассмеялась, - в Париж. Пора мне сдавать экзамены. А после этого…, - она лукаво посмотрела на капитана Кроу.

– А после этого, - муж сидел, вытянув ноги, покуривая папиросу, - мы закладываем нового «Ворона». Через год он будет готов, и…, - Стивен повел рукой куда-то на запад.

«Дельта» шла плавно. Впереди пакетбота поблескивали кормовые огни яхты императрицы Евгении. Она все равно не была первой. В Порт-Саиде, Стивен подговорил своего давнего приятеля по Арсеналу и Крымской войне, капитана Нэрса, провести барк «Ньюпорт» через гавань, и пришвартовать его так, чтобы закрыть французской яхте вход в канал.

– Мы будем первыми, - сказал Стивен Нэрсу, стоя у штурвала в кромешной темноте, ловко маневрируя. В гавани собралось пять десятков судов:

– Я этот канал строил, от чертежей до последнего камня. Я имею право первым по нему пройти. И вообще, - Стивен расхохотался, - британцы везде должны быть первыми.

– В поисках Северо-Западного прохода, например, - почти угрюмо сказал Нэрс. Он, до Крымской войны, ходил с экспедицией Белчера на поиски пропавших кораблей Франклина. Они тоже бросили свои суда, и пробивались на юг пешком, через льды. Нэрс знал, что капитан Кроу хочет отправиться в Арктику. Приятель пытался его отговорить, объясняя, что никто из экипажа Франклина не мог бы выжить.

– Даже если так, - упрямо сказал Стивен, - то все равно, надо найти Северо-Западный проход. Это дело чести. Русские могут пройти вдоль побережья Сибири. Мы не должны от них отставать.

Нэрс махнул рукой:

– И не поспоришь с ним. Как с императорской яхтой. Я ему говорил, что французы потратили много денег на канал. Хедив лично пригласил сюда ее величество…, Мы были на вечере, где его кузина пела. Отлично пела, кстати. Зачем лезть на рожон, рисковать дипломатическими трениями…

«Ньюпорт» аккуратно встал у северного входа в канал. Стивен отступил от штурвала: