Чтение онлайн

С такого расстояния можно было разглядеть только две необычных вещи: дверь в южной стене барака стояла нараспашку, раскачиваясь туда-сюда под порывами щелочного ветра, и трупы двух больших черных собак лежали распростертыми на земле.

Мы спешились, и шериф Пиви пожал руки ковбоям, которые явно были страшно нам рады.

–  Да, Билл Канфилд, вижу тебя, кнут ты этакий!

Самый высокий из трех снял шляпу и прижал ее к рубашке.

–  Я уже больше не кнут. А может, и кнут, кто его теперь знает. Но какой-то срок я побыл Канфилдом с Джефферсона, так я и говорил каждому, кто звонил по этой чертовой говорилке, потому как в прошлом месяце я подписал уговор с хозяином. Старик Джефферсон сам поставил за меня отметку на стене, да только теперь он мертвый, как и все остальные.

Он сглотнул, и его кадык задвигался.

Щетина на его лице казалась очень темной на фоне белой кожи.

На груди его рубашки виднелась подсыхающая блевотина.

–  Его жена и дочки тоже отправились на поляну в конце пути. Их можно узнать по длинным волосам и по… по… О, Человек-Иисусе, когда такое увидишь, так пожалеешь, что не родился слепым.

Он закрыл лицо шляпой и зарыдал.

Один из товарищей Канфилда сказал:

–  Это что, стрелки, шериф? Что-то они больно молоды, чтобы таскать стволы, а?

–  Забудь про них, -ответил Пиви.
– Расскажите мне, как вы здесь оказались.

Канфилд опустил шляпу.

Из его покрасневших глаз текли слезы.

–  Мы втроем были в Пустошах. Загоняли лошадей, что отбились от табуна, и устроились там на ночлег. Потом мы услышали на западе крики. Они нас пробудили от крепкого сна, потому что мы здорово устали. Потом выстрелы -два или три. Они стихли, и снова начались крики. И что-то… что-то большое - оно рычало и ревело.

Другой ковбой сказал:

–  Похоже было на медведя.

–  Да нет, -возразил третий.
– Вовсе не похоже.

Канфилд продолжал:

–  Мы знали, что крики идут с ранчо, что бы это ни было. До нас оттуда было колеса с четыре, может, и шесть, но вы же знаете, на Пустошах далеко слышно. Мы поехали к ранчо, но я добрался сюда быстрее этих двоих, потому что я же был на постоянке, а они -кнуты.

–  Не понял, -сказал я.

Канфилд повернулся ко мне.

–  У меня же была лошадь с ранчо, так? Хорошая лошадка. А у Снипа и Арна -всего лишь мулы. Он их загнали туда, к остальным.

Он указал на загон. В этот момент налетел сильный порыв ветра, неся щелочную пыль, и животные галопом поскакали прочь от него, будто унесенные отливом.

–  Они до сих пор перепуганы, -сказал Келлин Фрай.

Глядя в сторону барака, машинист - Тревис - отозвался:

–  И не они одни.

К тому времени как Канфилд, самый новый из "хлыстов" - то есть наемных работников - на ранчо Джефферсона, добрался до дома, крики уже затихли.

Прекратился и рев зверя, хотя рычание продолжалось.

Это рычали две собаки, дерущиеся из-за останков.

Канфилд знал, с какой стороны хлеб намазан медом, и миновал барак - и рычащих в нем собак, - направившись к большому дому.

Входная дверь была распахнута, в прихожей и в кухне горели керосиновые лампы, но никто не откликнулся на его зов.

Он нашел леди-сай Джефферсон в кухне. Тело ее лежало под столом, а полусъеденная голова откатилась к двери кладовой.

Следы вели к двери на веранду, хлопавшей на ветру.

Одни были человеческие, другие - следы чудовищно огромного медведя. Медвежьи следы были кровавыми.

–  Я взял лампу с мойки, где ее оставили, и пошел по следам на двор. Две девочки лежали на земле между домом и сараем. Одна обогнала сестренку на три-четыре десятка шагов, но все равно обе лежали мертвые, ночнушки с них были сорваны, а спины распаханы до самого позвоночника.

Канфилд медленно покачал головой, не сводя больших глаз - глаз, переполненных слезами, - с шерифа Пиви.

–  Не хотел бы я увидеть когти, которые на такое способны. Никогда, никогда, ни за что на свете. Я видел, что они сотворили, и с меня хватит.

–  А барак?
– спросил Пиви.

–  Ну да, туда я потом и пошел. Можете сами взглянуть, что там внутри. И на женщин тоже -я их оставил там же, где нашел. Я с вами не пойду. Может, Снип с Арном…

–  Не я, - сказал Снип.

–  И не я, -отозвался Арн.
– Хватит с меня и того, что мне это все теперь будет сниться.

–  Провожатый нам, пожалуй, не нужен, -сказал Пиви.
– Вы трое оставайтесь здесь.

Шериф Пиви направился к большому дому. По пятам за ним следовали Фраи и Тревис-машинист.

Джейми положил руку Пиви на плечо и заговорил почти извиняющимся голосом, когда старший шериф обернулся.

–  Не затопчите следы. Они могут оказаться важными.

Пиви кивнул.

–  Ага. Мы про них не забудем. Особенно про те, которые ведут в сторону, куда ушла эта тварь.

Женщины оказались там, где Канфилд и говорил.

Видеть кровь мне не впервой - да, повидал немало в Меджисе и в Галааде - но никогда я не видел ничего подобного. Джейми тоже.

Он побледнел не меньше Канфилда, и я мог только надеяться, что он не упадет в обморок и не опозорит своего отца.

Но волновался я зря: вскоре он уже стоял на коленях на кухне и внимательно рассматривал огромные, с кровавой окантовкой, следы животного.

–  Это медвежьи следы, - сказал он, - но, Роланд, такого огромного я нигде и никогда не видел. Даже в Бескрайнем лесу.

–  И все-таки, друг, прошлой ночью один такой тут побывал, - сказал Тревис. Он посмотрел на жену ранчера и вздрогнул, хотя она, как и ее несчастные дочери, была накрыта одеялами, принесенными кем-то со второго этажа.
– Буду рад вернуться в Галаад, где такое бывает только в сказках.

–  Видишь что-то еще?
– спросил я Джейми.
– Хоть что-нибудь.

–  Да. Сначала оно забралось в барак рабочих, и там основательно… поело. Шум, конечно же, разбудил и четверых домочадцев… или их было больше? Шериф?…

–  Ага, - сказал Пиви.
– У них еще двое сыновей, но Джефферсон, видимо, послал их на ярмарку в Галаад, я так думаю. Ох и хлебнут они горя, когда вернутся.

–  Ранчер оставил своих женщин и бросился к бараку. Дожно быть, выстрелы, которые слышали Канфилд с товарищами, были его.