Чтение онлайн

Медленно, словно под водой, правая рука мальчика поднялась с колен. Он сжал ее в кулак и выкинул вперед, будто делая удар ножом.

–  Медверь схватил руку Элрода и оторвал у самого плеча. Элрод заорал. Однажды я видел лошадь, которая вступила в гомпью нору и сломала ногу. Она кричала так же. А тварь… она ударила Элрода в лицо его же рукой. Кровь летела во все стороны. Жилы свисали из раны и стегали по коже, будто веревки.Элрод привалился к двери и начал съезжать на пол. Медведь схватил его и впился ему в шею… звук был… мистер, он просто откусил Элроду голову. Я хочу проснуться. Пожалуйста.

–  Уже скоро. И что ты сделал?

–  Я побежал. Думал бежать к большому дому, но сай Джефферсон… он… он…

–  Что он?

–  Он выстрелил в меня! Не думаю, что он это нарочно. Наверное, просто увидел меня уголком глаза и подумал… Я услышал, как пуля просвистела мимо меня. ЩЩЩЩух!
– так близко она пролетела. Ну я передумал и побежал к загону. Пока бежал,услышал еще два выстрела, а потом еще крики. Я не повернулся, чтобы посмотреть, но знал, что на этот раз кричал сай Джефферсон.

Эту часть рассказа мы знали по следам и останкам жертв: тварь вырвалась из барака, схватила четырехзарядник Джефферсона и согнула ему дуло. Потом выпустила тому кишки и швырнула в барак, к погонщикам.

Выстрел Джефферсона спас юному Биллу жизнь. Если бы не он, мальчик побежал бы прямиком к большому дому и погиб бы вместе с домочадцами сая.

–  Ты вбегаешь в седельный сарай, в котором мы тебя и нашли.

–  Ага, точно. И прячусь под кучей упряжи. И я слышу, что оно… приближается, - мальчик заново переживал события той ночи. Слова произносил все медленнее.

Речь его прервали рыдания. Я знал, что ему больно - так всегда бывает с воспоминаниями о страшном - но продолжал давить.

Ничего другого мне не оставалось: то, что произошло в том заброшенном сарае, играло важную роль, а юный Билл был тому единственным свидетелем.

Дважды он пытался просто пересказывать события, а не заново переживать их. Это означало, что он старается вырваться из транса, и мне пришлось послать его глубже. В конце концов я узнал все, что хотел.

Узнал об ужасе, который сковал его при звуках рычащей и сопящей твари, которая неумолимо приближалась. О том, как звуки стали меняться и превратились в вой какой-то огромной кошки.

Юный Билл рассказал, что от этого воя он не выдержал и обмочился. Просто не смог сдержаться.

Он ждал, что кошка войдет в сарай, зная, что она быстро найдет его по запаху мочи, но она все не входила. Потом стало тихо… еще тише… и снова крики.

–  Поначалу это крик кошки, но потом он сменяется человеческим. Сперва высокий, словно кричит женщина, потом начинает грубеть и становится мужским. Крики не стихают. Мне самому хочется кричать. Мне показалось…

–  Тебе кажется, - сказал я, - тебе кажется, Билл, кажется сейчас, потому что сейчас все и происходит. Но я здесь, чтобы защитить тебя. И со мной револьверы.

–  Мне кажется, что у меня расколется голова. И тут крики стихают… и оно входит.

–  Оно идет по проходу до другой двери, так?

Мальчик покачал головой.
– Не идет - тащится, еле ноги передвигает. Будто бы оно ранено. Проходит мимо меня. Думаю, можно назвать его "он" - это мужчина. Он почти что падает, но успевает ухватится за дверь стойла и идет дальше. Уже немного лучше.

–  Увереннее?

–  Да.

–  Ты видишь его лицо?
– думаю, я уже знал ответ на этот вопрос.

–  Нет, только ноги. Через щели в упряжи. Луна взошла, и я вижу их очень хорошо.

Может и так, но не будет же он узнавать оболочника по ногам… Я уже открыл рот, чтобы начать выводить его из транса, но тут он заговорил снова.

–  У него кольцо на лодыжке.

Я наклонился впред, словно мальчик мог меня видеть, хотя если он погрузился достаточно глубоко, то, возможно, мог, даже с закрытыми глазами.

–  Что за кольцо? Металлическое, как у кандалов?

–  Я не знаю, что это.

–  Может такое, какое быкам в нос вставляют? Знаешь, о чем я?

–  Нет. Такое, как у Элрода на руке, только у Элрода там голыя женщина и ее почти не видно.

–  Билл, ты говоришь о татуировке?

Мальчик - все еще в трансе - улыбнулся.

–  Ага, о ней. Только там не картинка, а просто синее кольцо вокруг лодыжки. Синее кольцо на коже.

"Теперь ты наш", - подумал я.
– "Ты, оболочник, об этом еще не знаешь, но ты наш."

–  Мистер, могу я уже проснуться? Я хочу проснуться.

–  Что нибудь еще вспомнил?

–  Белую отметину?
– как бы спросил он себя.

–  Что за белая отметина?

Мальчик медленно покачал головой, и я решил, что с него хватит.

–  Иди на звук моего голоса. А когда пойдешь - оставишь позади все, что случилось прошлой ночью, потому что все кончилось. Иди, Билл. Иди.

–  Я иду, - его глаза вращались под сомкнутыми веками.

–  Ты в безопасности. Все, что случилось на ранчо, осталось в прошлом. Ясно?

–  Да.

–  Где мы сейчас?

–  На дебарийском тракте. Мы едем в город. Я там был только один раз. Папа купил мне сладостей.

–  Я тоже тебе куплю, - сказал я, - ты это заслужил, юный Билл с ранчо Джефферсона. А тепероь открой глаза.

Так он и сделал, но поначалу смотрел как бы сквозь меня. Потом глаза его прояснились, и он неуверенно улыбнулся.

–  Я заснул.

–  Да. А теперь нам надо попасть в город прежде чем ветер станет слишком сильным. Сдюжишь, юный Билл?

–  Ага, - сказал он, а встав, добавил: "Мне снились сладости".

Два бестолковых помошника были в офисе шерифа, когда мы вошли туда, один из них - толстяк в высокой черной шляпе с безвкусной лентой из кожи гремучей змеи - развалился за столом Пиви.

Увидев мои револьверы, он мигом поднялся.

–  Вы -стрелок, верно ведь?
– спросил он.
– Добро пожаловать, добро пожаловать, говорим вам мы оба. А где второй?

Не отвечая, я провел Юного Билла через арку в помещение тюрьмы. Мальчик рассматривал камеры с интересом, без страха. Пьяница, Соленый Сэм, давно ушел, но в воздухе еще витал его аромат.