Чтение онлайн

— Иди давай подтирай сопли своей размазне… А то совсем расклеится… — отрывисто шепчет Филатова, пока я убираю упавшую ей на лицо прядь волос и стираю ту серо-буро-малиновую мазню, что осталась на щеках после косметики. — Иди!

— Чего ты добиваешься? — хриплю я, приближаясь настолько, будто собираюсь своей рожей сделать слепок ее лица.

Бух-бух-бух!

Сердце тоже заряжено. Работает на толпу.

Реализовать дичь со слепком мне не позволяет резкий, словно удары грома, стук в дверь.

— В коридоре вода! Что у вас там происходит??? — горланит Набиев, дергая ручку.

— Лямбда… — роняю я и, рванув, закрываю кран. — Порядок! Мы сейчас уберем!

— Черт, Нечай, это новостройка! У людей свежий ремонт!

— Да знаю я! Спокойно!

Прочесав пятерней по волосам, срываю со змеевика большое банное полотенце и бросаю его на пол.

— Я убирать ничего не собираюсь, — заявляет Филатова, прежде чем подойти к раковине, надуть в ладошку мыло и взяться за лицо.

Я тупо жду, пока она отмоется и вытрется.

Потом чеканю:

— Не уберешь, никуда отсюда не выйдешь.

Лицо Немезиды вытягивается.

— Мне домой надо! Сейчас же! Папа ждет у ДК. Думает, я на дискотеке, — тарабанит, уверенно закидывая весомыми, на ее взгляд, аргументами. — Если опоздаю, месяц из дома не выйду!

— Вот и отлично, потому как я уже от тебя устал.

Октябрь четвертого года войны.

Ну вот и все. Мне восемнадцать. Подайте паспорт.

Шучу. Паспорт у меня давно есть. Но именно сейчас смотреть в него в разы приятней.

Я совершеннолетняя. Могу делать что хочу. Все дороги открыты.

Пирсинг, тату, автошкола, клубы, концерты, фестивали, моделинг, путешествия, личный мерч, донаты на посты… Да просто что угодно! Все могу! Никаких ограничений!

Почему же тогда так грустно?

На мне шикарный наряд — белое дизайнерское мини, сотканное из сотен маленьких фатиновых розочек. Вся в цвету. На пике своей красоты. Выпрошенный у предков в качестве подарка банкетный зал шумит и сияет, оттеняя заслуженный мной статус королевы и всеобщей любимицы. Льется приятная музыка. Ломятся от еды столы. Поздравления, комплименты и просто теплые слова сыплются одно за другим.

Все именно так, как я мечтала.

Но грудь сдавливает тоска.

Может, дело в смысле песни? «Devotion» группы Hurts поднимает какие-то неприятные чувства.

Я принимаю букеты, пакеты, коробки, конверты, сертификаты… Улыбаюсь. Потряхивая идеально уложенными волосами, смеюсь. И… Без конца проверяю греющийся в ладони телефон.

Пусто. Нечаев не пишет.

Да плевать!

Уф-ф… Боже…

Нет. Не плевать. Он ведь в курсе, что у меня день рождения! Мы вчера до полуночи мусолили эту тему. С моей подачи. Но все же… Неужели так трудно черкануть пару строк?!

Агния Филатова: Привет, Барбос.

Оскорбляя, убиваю сразу двух зайцев: обесцениваю сделанный в его сторону шаг и притупляю жалящий по этому поводу стыд.

Егор Нечаев: Ага, я занят.

«Ага…»

Опешив от неожиданного обращения, не сразу отмечаю безразличную гладкость его реакции и тот факт, что он футболит меня, прикрываясь какой-то занятостью.

Агния Филатова: Чем же?

Ничего не могу с собой поделать. Меня обижает его недоступность. Я, может, час настраивалась. Снизошла до его персоны. Да он при виде моего имени на дисплее должен все бросать! Моментально!

И потом…

Вдруг он зависает с какой-то девчонкой??? А я ни сном ни духом!

В своих домыслах я вижу крайне яркие картинки. Их просмотр не только в жар меня погружает, но и повышает общий уровень токсичности.

Господи… Спаси и сохрани… Спаси и сохрани раба твоего Егора Нечаева!

Я не могу ему не нравиться! Не могу освободить свой пьедестал! Не могу не занимать его мысли! Не могу! Не могу! Даже на чуть-чуть его отпустить не могу!!!

Агния Филатова: Объяснись.

После этого требования стоит точка, а не восклицательный знак, который так рвется. Но эта точка жирная, давящая и безапелляционная. Она расплывается, когда у меня от напряжения увлажняются глаза.

Егор Нечаев: С какого перепуга я тебе что-то должен?

Это ответ еще сильнее злит. Все тело так пылает, что кажется, вот-вот начнут плавиться цепочка и серьги.

Агния Филатова: Ну, раз не должен, то больше не приходи!

Агния Филатова: И вообще, не приближайся!

Агния Филатова: Даже не смотри!

Не знаю, какой именно реакции я жду, но точно не дурацкого смайла с вертушками вместо глаз. От ярости аж подкидывает. На эмоциях пишу полотно, в котором подчеркиваю, какой он подлец! Говорю, куда ему пойти и на кого в своей новой несчастливой жизни тратить свой ресурс! А еще в красках расписываю, как зашибезно все будет без него у меня!

И…

Осознав, сколько чувств вылила… Особенно местами… В ужасе стираю.

А затем блокирую чертового придурка. Пусть в тысячный раз. Пусть! Этот точно будет последним!

Закрываю балкон, через который он в последние месяцы почти каждый день приходил, и в психах падаю на кровать.

— Гад… — стону, задыхаясь и очень стараясь не плакать. — Испортил мне настроение… Прям перед днем рождения… — кусаю дрожащие губы. Тогда трясется все лицо. Мышцы прям дергает. — Сволочь!.. Как же я тебя ненавижу!

Колочу подушку, аж перья летят. А потом… В нее же плачу, вспоминая то, что и без перемотки перманентно бередит душу.

«…я уже от тебя устал…»

Устал он! Как бы не так!

О-о-о, фарисей!!!

Да, он заставил с ним убирать. Но перед этим дал теплый костюм, чтобы переодеться. И позже, когда я порезалась осколками лампочки, не оставил это без внимания. Лично мне палец забинтовал, хоть и видно было, что бурлит внутри, как вулкан.