Чтение онлайн

Видно, что за 11 дней анализа потерь количество сбитых самолётов Томонаги увеличилось почти в два раза, а значит, каждый американский пилот истребителя над Мидуэем сбил по два и более самолётов противника. Это высший момент в создании образа героев морпехов. Но уже в июне 1942 г. командованию Тихоокеанским флотом такие оценки и результаты показались подозрительными. Поэтому адмирал Нимиц в докладе от 28 июня приводит не фантастические цифры отчёта от 18 июня, а более правдоподобные – от 7 июня: «Выжившие пилоты уверены, что общее число уничтоженных японских самолётов всеми истребителями, возможно, 8 "Зеро” и 25 пикирующих бомбардировщиков» [1137] . Таким образом, на 22 дня развития оценок ущерба, нанесённого пилотами морской пехоты японским самолётам, американские военные вернулись к версии о трети сбитых машин из группы Томонаги.

Важно отметить, что оценки Нимица очень осторожны: во-первых, о потере 33 самолётов противника адмирал заявляет со ссылкой на мнение пилотов, с ясным подтекстом, что они могут и ошибаться; во-вторых, даже этого ему кажется недостаточно, и Нимиц добавляет слово «возможно».

Но после победы все эти страховочные моменты и осторожные фразы были забыты. В боевом описании сражения за Мидуэй, подготовленном военно-морской разведкой в 1943 г., происходит возрождение сверхоптимистичного подхода к японским потерям: «Из 27 истребителей морской пехоты, поднявшихся на перехват японских бомбардировщиков, 15 были сбиты, 7 повреждены. Однако они нанесли больший ущерб противнику. Известные японские потери составили 43 самолета только от действия одних истребителей, не считая неизвестного числа сбитых машин нашими погибшими пилотами. Пилоты считают, что было, по меньшей мере, три формации по 27 самолётов противника в начале боя. С учётом относительно небольшого числа бомб, которые поразили Мидуэй, очевидно, что эти формации потерпели большой ущерб. Наши зенитные батареи приписывают себе 10 сбитых самолетов, и ещё многие, вероятно, повреждены настолько сильно, чтобы быть не в состоянии вернуться к своим авианосцам. Наши пилоты, возвращающиеся из атаки на японские авианосцы, сообщили, что многие самолёты противника падали в воду» [1138] .

Видно, что в 1943 г. представители флота перешли к поддержке версии о 53 погибших японских самолётах, как и указывалось в отчёте командующего авиабазой острова Мидуэй от 18 июня 1942 г. Но даже ликвидация половины группы Томонаги показалось флотской разведке

в 1943 г. недостаточным подвигом, поэтому сделано уточнение о возможно погибших японских самолётах из-за сильных повреждений.

Но приведённый в этом же боевом описании журнал 6-го оборонительного батальона морской пехоты содержит записи только о 6 сбитых самолётах противника [1139] . Реально потерянных машин было ещё меньше. Как значится в отчёте адмирала Нагумо о сражении, был уничтожен 1 пикирующий бомбардировщик D3A и 2 истребителя А6М [1140] . А общие потери составили 2 истребителя и 9 бомбардировщиков [1141] . Подобная эволюция оценок военных США в вопросе о количестве сбитых японских самолётов сказалась на мемуарной литературе и послевоенной историографии. С. Морисон вслед за отчётом Нимица пишет, что, «по крайней мере, одна треть японской ударной группы не вернулась на свои авианосцы» [1142] . Такие же данные воспроизводит в мемуарах и адмирал Шерман: «Лётчики подсчитали впоследствии, что им удалось сбить 23 бомбардировщика и 8 истребителей противника, но и 14 из наших 24 самолётов не вернулись на базу» [1143] .

В послевоенной литературе утверждения о выходе из строя примерно половины японской ударной группы можно встретить в работе У. Лорда «Невероятная победа» [1144] . Но для начала 1950-х годов такое мнение уже редкость: японские документы были опубликованы и изучены, а в них результаты действий истребителей морской пехоты США выглядели совершенно иначе.

В современной историографии признанными являются цифры потерь, основанные на японских источниках (3 сбитых самолёта из группы Томонаги) [1145] , тем более, что данные трёх американских боевых журналов их не опровергают [1146] .

Можно заключить, что из всех изменений в оценках японских потерь закрепился и стал основным после войны вариант Нимица. Радикальные точки зрения были отвергнуты американскими военными. И только после всестороннего изучения японских и американских документов версия Нимица о потерях начала исчезать из историографии, уступая место тщательно выверенным, объективным данным.

Совершенно по другому сценарию развивались оценки ущерба от действий японских бомбардировщиков. В отчёте командующего 22-й авиагруппой все попадания бомб во время короткого налёта зафиксированы:

«1. Электростанция разрушена 500-фунтовой бомбой.

2. Нарушена система подачи топлива из главного хранилища близким разрывом 1000-фунтовой бомбы.

3. Бомбовое попадание в лазарет.

4. На Восточном острове уничтожены столовая и командный пункт.

5. Один склад VMF-221 получил прямое попадание 500-фунтовой бомбы, вызвавшей взрыв 8 100-фунтовых бомб и 10000 50-калиберных патронов.

6. Три попадания во взлётно-посадочную полосу.

7. Обломки склада и электростанции разбросаны по всему острову.

8. Обломки японского истребителя типа 00 на взлётно-посадочной полосе» [1147] .

В отчёте командующего авиабазой острова Мидуэй кэптена Симарда от 18 июня 1942 г. список ущерба более детальный, но главные объекты и характеристика их повреждений те же [1148] . Видно, что результаты действий японских бомбардировщиков оценивались американскими военными как неудовлетворительные – авиабаза не была выведена из строя. Возможно, поэтому в донесениях итоги налёта не фальсифицировались.

Administration, College Park; War Diary NAS Midway. National Archives and Records Administration. Pacific Region (San Bruno, CA). Record Group 313.

Исходя из таких результатов, Нимиц в докладе уделил атаке ударных самолётов Томонаги очень мало внимания: «Первая бомба с горизонтальных бомбардировщиков упала на Мидуэй около 6.33. Бомбардировка и обстрел продолжались около 17 минут. Значительный ущерб был нанесён почти всем сооружениям на поверхности земли, наиболее серьёзным было разрушение электростанции на Восточном острове. Незначительный ущерб был причинён взлетно-посадочным полосам, японцы, видимо, оставляли их нетронутыми для использования в будущем» [1149] . Эта характеристика и оценка налёта стала основной для историографии и вошла с некоторыми дополнениями в работы С. Морисона [1150] , У. Лорда [1151] , Д. Айсома [1152] , С. Далла [1153] и мемуары адмирала Шермана [1154] . Особую популярность среди историков завоевала мысль Нимица о причине незначительного повреждения взлётно-посадочных полос.

Итак, получается, что при оценке итогов налёта японской палубной авиации на Мидуэй американские военные, с одной стороны, стремились сразу систематизировать данные, разделив атаку на две составляющие [1155] ; а с другой стороны, был очень удачно выбран объект для героизации сражения – количество сбитых японских самолётов, так как после уничтожения 4 авианосцев 4 июня установить, сколько именно машин потеряла ударная группа над Мидуэем, было очень сложно. Время появления в отчётах версий о больших японских потерях в первом налёте (7 июня – всего лишь день спустя после завершения сражения) ещё раз демонстрирует, что военные США пошли на сознательное искажение фактов.

После завершения характеристики налёта на остров военные США в отчётах и донесениях переходят к описанию и оценке атак авиации

Мидуэя против соединения адмирала Нагумо. Первый документ, в котором предпринята попытка изложить действия американских самолётов последовательно и системно, – это отчёт дежурного офицера 22-й авиагруппы от 7 июня 1942 г. [1156]

Время создания документа и источники информации во многом определили его структуру: описание построено на рассказах выживших пилотов, которые систематизированы по типам самолётов, но не в хронологическом порядке предпринятых ими действий. Поэтому изложение событий начинается с атаки майора Хендерсона, хотя этому предшествовала атака группы торпедоносцев под командованием Коллинза и Файберлинга.

«Примерно в 7.55 были обнаружены вражеские силы, в том числе два авианосца. Командир эскадрильи, майор Хендерсон, начал снижение по кругу с 9000 футов с целью начать атаку с пологого бомбометания, с высоты 4000 футов. Эскадрилью немедленно атаковали несколькими истребителями противника, также был сильный огонь ПВО со всех надводных кораблей в зоне действия. Хендерсон был атакован несколькими истребителями типа 00 в начале снижения, и его самолет загорелся. Было очевидно, что он тяжело ранен и выбыл из строя, поэтому капитан Глидден, лидер второго звена, взял командование на себя и повёл эскадрилью в атаку» [1157] . Это подробное описание показывает развитие первой атаки американских самолётов в представлении офицеров морской пехоты. Кроме нарушения хронологии, здесь приводятся важные сведения о ходе и характере данной фазы сражения.