Чтение онлайн

Но после победы над Японией большинство деталей и особенностей формирования образа Мидуэя были забыты и не нашли отражения в историографии сражения, за исключением лишь самых общих моментов.

Вопрос о восприятии американской общественностью сражения за Мидуэй (ключевой момент Тихоокеанской войны) является недостаточно изученным. В отечественной историографии до сих пор не показано, какое влияние оказала победа 4 июня на общественное мнение, как изменялись оценки войны, как проходило информационное обеспечение сражения [1259] . В американской историографии тоже нет специальных исследований, посвящённых обозначенной теме. Лишь в общих чертах описывается освещение битвы в прессе. С.Э. Морисон отмечает: публикации «New York Times» периода 9—13 июня создавали в обществе неверное впечатление, что сражение было выиграно «летающими крепостями» и другими самолётами берегового базирования [1260] . Об этом же пишет в биографии адмирала Чарльза Нимица Э. Поттер [1261] . Анализа сообщений прессы о сражении пока не существует, те рассмотрена эволюция оценок общественности, те выявлены информационные связи процесса создания образа сражения за Мидуэй. Учитывая роль данной битвы, её влияние на ход Тихоокеанской войны, считаем, что названные проблемы являются важными и актуальными для исторической науки.

Первая информация о победе над японцами появилась в американской прессе уже 5 июня, ещё до завершения операции. Крупнейшие американские издания, ссылаясь на слова адмирала Нимица и бюллетень военно-морского министерства [1262] , охарактеризовали Мидуэй как безусловную победу ВСМ США, но, скорее, локального характера. Так, «Los Angeles Times» даёт заголовок: «Японский авианосец и линкор разбиты в рейде на Мидуэй», но в самой статье указывается, что японские корабли только повреждены и «наступление противника продолжается» [1263] . Такие новости редакторы «Pittsburgh Press» посчитали настоящей сенсацией. Выпуск от 5 июня снабжён крупным заголовком: «Японские военные корабли повреждены в сражении у острова Мидуэй» [1264] . На второй странице данного издания опубликована карта Тихого океана с указанием довоенных владений Японии и нового оборонительного периметра империи. Мидуэй и Алеутские острова отмечены на ней как место 25-го крупного сражения за первые полгода войны [1265] . Публикация подобной карты сразу давала возможность читателям понять роль Мидуэя как для американской обороны, так и для японского наступления, а это наилучшая возможность продемонстрировать значимость и важность развернувшегося сражения. Очень похожий характер носят и публикации 5 июня в «Chicago Daily Tribune»: «Два больших корабля япошек искалечены», – говорится в передовице, а в заметке уточняется, что речь идёт о повреждении авианосца и линкора, другие корабли, «возможно, получили попадания, и, возможно, японцы понесли большие потери в самолётах» [1266] .

Победа при Мидуэе стала центральной темой и для издания Солт Лэйк Сити «Deseret News», только с заменой «двух больших кораблей» на «два огромных» [1267] . В «Youngstown Vindicator» повреждения двух или более транспортов отмечаются, но главный акцент газета штата Огайо делает на внезапном нападении японцев на Мидуэй: «Янки отбивают атаку Мидуэя», – сообщает передовица издания. А в статье, посвящённой обороне острова, указывается: «В 6.35 Мидуэй был атакован японскими палубными самолётами. Нападение отражали все вооружённые силы, составляющие местную оборону. Большая часть атакующих самолётов была сбита. Материальный ущерб инфраструктуре острова минимален» [1268] .

Следуя той же логике, «Washington Reporter» утверждает, что «совместными действиями вооружённые силы США сокрушили огромный флот противника у Мидуэя» [1269] . Подобный вывод журналисты делают из заявления военно-морского министерства о «больших потерях японцев в самолётах» и прекращении атак на Мидуэй. В «Daily Boston Globe» осторожный официальный материал, по примеру других изданий, снабжают сенсационным заголовком: «Японский флот разорван в битве за Мидуэй» [1270] .

Видно, что уже 5 июня (в первый день освещения битвы в периодической печати) начинает формироваться образ полной победы США: настойчивые и частые упоминания японских потерь как в кораблях, так и в самолётах, при отсутствии или минимуме потерь вооружённых сил США.

«Hartford Courant» в этот день публикует идентичную «Chicago Daily Tribune» и другим изданиям статью, но с более скромным заголовком: «Два японских корабля повреждены» [1271] . Журналисты «Christian Science Monitor Magazine» решили не упоминать о нанесённом ущербе и ограничились словами, что вооружённые силы США остановили японское наступление у Мидуэя [1272] .

Из проанализированных газетных материалов очевидны действия американских издателей и журналистов в начальный период формирования представлений и образов будущего «перелома Тихоокеанской войны»: имея в распоряжении очень скудные сведения, редакторы публикуют официальные сообщения ВМС без изменений, стараясь приукрасить информацию заголовками. Эта тенденция хорошо просматривается в тех передовицах, где повреждённые японские корабли определяются словами, имеющими усиливающую эмоционально-смысловую нагрузку: «разбиты», «искалечены» и т. п. Благодаря этому исходная новость о бомбовых попаданиях в два корабля приобрела совершенно иной, более внушительный, «победный» оттенок.

Очень показателен здесь выпуск «Spokane Daily Chronicle» с заголовком: «Гарнизон Мидуэя уничтожил огромное число самолётов противника» [1273] . Кроме данной сенсации, газета содержит уже известную информацию о повреждённом авианосце, линкоре и «многих других кораблях» японского флота. Завершается обзор словами адмирала Нимица: «Наш флот продолжает наносить удары по врагу» [1274] .

Важно отметить, что уже в первый день создания информационного обеспечения сражения пресса разделяется (в плане подачи материала) на две группы: первая, судя по заголовкам 5 июня, концентрирует внимание на японских повреждённых кораблях, т. е. на материальном факторе; вторая группа – это газеты, отдающие предпочтение мнению о срыве плана японского наступления, его «остановке», т. е. оперативно-стратегическому фактору.

Мотивы, которыми руководствовались представители обеих групп, вполне понятны: после нападения на Пёрл-Харбор американским журналистам не часто доводилось писать о реальных повреждениях сразу двух капитальных кораблей противника. И упустить такой случай СМИ не могли. С другой стороны, ещё реже удавалось силам союзников не допустить реализацию японских планов, а в прессе активно освещалось только одно событие такого рода – атака атолла Уэйк. Поэтому события 5 июня (в том виде, как они предстали перед журналистами) показались весьма удобными для демонстрации стратегических успехов на Тихом океане.

Наиболее дальновидно и практично в этом плане поступила редакция «New York Times», сделав 5 июня акцент сразу на двух первоначальных итогах сражения. Газета выходит с заголовком «Мидуэй атакован. Корабли противника повреждены». Основная статья Роберта Трамбулла «Остров США бомбят; Защитники отразили мощное наступление сильного флота с помощью авиации флота» [1275] . Текст статьи представляет собой традиционное для 5 июня сообщение о повреждениях японского авианосца и линкора, со ссылкой на Нимица.

В этом же номере издания опубликована статья ведущего военного обозревателя Хэнсона Болдуина, в которой проводится мысль, что нападение на Датч-Харбор 3–4 июня и атака Мидуэя есть части единой японской операции [1276] . Эта тенденция свойственна большинству периодических изданий, вышедших 5 июня [1277] . В статье Роджера Грина (военного редактора «Ассошиэйтед пресс»), которую напечатали многие газеты, количество ударов японского флота в июньской операции существенно расширяется: это и Мидуэй, и Аляска, и Мадагаскар, где «специальные японские субмарины» торпедировали британский линкор и транспорт [1278] . Это показывает как значение японской операции, так и её масштаб, что в сумме с сообщениями о её срыве придаёт американской победе ещё большую значимость, причём не только для Тихоокеанского региона. В целом в номере «New York Times» можно наблюдать баланс в освещении как материального, так и стратегического значения сражения за Мидуэй, при сохранении общего весьма сдержанного тона публикаций, характерного для прессы 5 июня. Такой настрой журналистам был передан от главнокомандующего Тихоокеанским флотом США адмирала Нимица, который, по мнению историка Э. Поттера, «оценивал события дня (имеется в виду ключевой день операции – 4 июня. – С.Б.) с осторожным оптимизмом» [1279] . В свою очередь, обозначенный «осторожный оптимизм» сформировался у адмирала под влиянием очень кратких и не совсем конкретных донесений адмирала Р. Спрюэнса [1280] . На следующий день в прессе начался процесс эволюции общего тона и характера публикаций от настороженно-сдержанного к восторженному. На первой полосе «New York Times» публикуется статья одного из наиболее авторитетных обозревателей – Роберта Трамбулла: «Наши великолепные лётчики» [1281] . В статье приводились слова адмирала Нимица о том, что 4–6 июня у о. Мидуэй «была одержана великолепная, впечатляющая победа», и «японский флот отступил, понеся тяжёлые потери, включая несколько повреждённых авианосцев, линкоров и крейсеров» [1282] .

Помимо данного материала, на первой полосе опубликована редакторская статья «План вторжения раскрыт», в которой делается предположение, что японцы собирались произвести высадку десанта на Мидуэй, так как адмирал Нимиц упомянул в своём коммюнике «флотилию транспортов противника» [1283] . Этот на первый взгляд весьма незначительный эпизод в создании образа сражения очень показателен: уже на второй день освещения Мидуэя в СМИ журналисты пытаются понять подлинные причины борьбы за далёкий остров. Источником информации, как и ранее, послужили данные из Пёрл-Харбора от 5 июня, а также бюллетень военно-морского министерства от 4 июня, где впервые (но без каких-либо подробностей) сообщалось, что Мидуэй атакован японским авианосцем [1284] . «New York Times» была не единственной газетой, которая опубликовала новости о победе.