Чтение онлайн

Подняв в прессе тему о роли главнокомандующего Тихоокеанским флотом США, журналисты 8 июня обращаются и к личности японского главкома. В «Evening Independent» напечатана статья военного редактора «Ассошиэйтед пресс» Клайда Фарнсворта, где сказано: «Суровое лицо адмирала Ямамото должно покраснеть после сражения за Мидуэй, в результате которого баланс сил на Тихом океане изменился» [1347] . Кроме этого, упомянуто, что японскому главнокомандующему Объединённым флотом 58 лет, и он мечтал после Мидуэя высадиться в Сан-Фрациско, а условия мира диктовать в Вашингтоне [1348] .

Здесь использован один из элементов приёма противопоставления: скромный адмирал Нимиц против самоуверенного, даже наглого адмирала Ямамото. А после победы 4–6 июня все заявления японского главкома выглядели в глазах американской общественности просто комичными, поэтому так охотно тиражировались в СМИ.

Зато многие периодические издания посчитали своим долгом известить 8 июня читателей, что сражение за Мидуэй официально закончилось, хотя это произошло двумя днями ранее. Некоторые газеты даже отдали этой новости свои первые полосы. Так поступили в «Daily Kennebec Journal»: «Сражение за Мидуэй закончено» [1349] ; «Los Angeles Times»: «Морская битва завершена» [1350] ; «Chicago Daily Tribune»: «Мидуэйское сражение закончено» [1351] .

Возможно, такие публикации вызваны не только желанием информировать общество о завершении операции, но они могут являться и намёком военно-политическому руководству страны: если битва закончена, то необходимы новые детали, подробности, заявления и оценки, которых пока было ещё очень мало.

И реакция высшего политического и военного руководства США на подобный намёк последовала очень быстро. На следующий день, 9 июня 1942 г., тема Мидуэя в прессе оживляется двумя новыми сюжетами, которые мгновенно распространились по всем периодическим изданиям.

Итак, сюжет № 1 – это публикация первого свидетельства очевидца сражения. В «Charleston Gazette» помещена статья «Лётчик, дрейфующий в океане, видит разгром японского флота. История очевидца» [1352] . Этот материал, представленный агентством «Ассошиэйтед пресс», опубликовали 9 июня многие газеты: «New York Times» [1353] , «Clearfield Progress» [1354] , «Naugatuck Daily News» [1355] , «Pittsburgh Press» [1356] .

В статье рассказывается, что 8 июня в Пёрл-Харбор был доставлен 25-летний пилот торпедоносца энсин Дж. Гэй – «самый поразительный свидетель важнейших событий в истории морских войн» [1357] . Почти то же самое, по сути, написано в «Pittsburgh Press»: «Первое свидетельство очевидца сражения, первая история из многих, которая повествует о гибели японских авианосцев» [1358] . Важно отметить, что в данной газете точно указаны названия погибших авианосцев соединения Нагумо: «Акаги» и «Кага».

Эти же два авианосца как погибшие указаны в издании штата Пенсильвания «Reading Eagle», причём с краткой характеристикой: «Корабли по 26 000 тонн водоизмещения, способные нести по 60 самолётов каждый» [1359] . Гэй видел, «как его товарищи атаковали эти два больших авианосца и ещё один меньшего размера. Они были объяты пламенем в результате прямых попаданий» [1360] . Из этого описания следует однозначный вывод, что три японских авианосца безусловно потеряны.

Публикация пересказа сведений Гэя примечательна ещё и тем, что это первые данные, раскрывающие некоторые детали хода сражения: упоминается, что утром самолет Гэя был сбит «около 11 часов и оказался в центре японского флота» [1361] . Это один из первых временных маркеров в образе сражения, созданном прессой (первый – 6.35 утра 4 июня, начало битвы за Мидуэй). Логика повествования статьи такова, что, получается, именно некоторое время спустя, японские авианосцы были разбиты.

«Выбравшись из сбитого самолёта на поверхность воды, Гэй наблюдал за эпохальной битвой, с "точки зрения рыбы”. Американские торпедоносцы поразили два японских авианосца. Адский огонь бушевал на поверженных кораблях. Периодически их сотрясали взрывы и вырывались клубы дыма. Гэй докладывает, что один корабль типа "Kara” точно потерян, два других авианосца вероятно погибли» [1362] .

Легко заметить, что в цитируемом тексте газетной статьи очень тесно переплетены факты, батальные образы и откровенная фантазия журналистов. К последней категории относится упоминание о двух японских авианосцах, повреждённых торпедоносцами США. Причины появления такого мифа очевидны: Гэй указал, что являлся пилотом торпедоносца, он был сбит и практически сразу охарактеризовал гибель флота противника. Из этой информации журналисты сделали вывод, что другие торпедоносцы, действовавшие совместно с самолётом Гэя, поразили врага. Но на самом деле, как известно, все попадания в японские авианосцы с самолётов были бомбовыми, на счету палубных пикирующих бомбардировщиков.

Видно, что журналисты, основываясь на одном и том же источнике информации, по-разному определяют масштаб ущерба, засвидетельствованный пилотом Дж. Гэем. Подобные расхождения возникли из-за вольных трактовок слов Гэя о потерянных авианосцах противника, которые часть представителей СМИ автоматически записала в категорию «потопленные», а другая часть оставила без изменений.

Восстановить ход и характер сражения журналисты пытались не только по рассказу выжившего пилота. 9 июня во многих газетах, со ссылкой на агентство «Юнайтед пресс», появились статьи о «решающей роли базовой армейской авиации в разгроме японского флота» [1363] . Такие публикации сразу заинтересовали морских лётчиков, а затем и историков. С.Э. Морисон посчитал, что ложное, обескураживающее положение сложилось в результате того, что армейские пилоты первыми прибыли в Пёрл-Харбор и рассказали свою версию сражения [1364] .

По газетным публикациям этого дня получалось, что «тяжёлые армейские бомбардировщики остановили японский флот, потопив и повредив, по данным генерала Арнольда, 33 корабля противника» [1365] . В «New York Times» посчитали эту новость заслуживающей первой полосы, что сделало «подвиг» пилотов В-17 известным всей Америке [1366] .

Видно, что эти данные полностью противоречили рассказу Гэя, из которого получалось, что японские авианосцы уничтожены торпедоносцами и пикирующими бомбардировщиками, но в свете заявлений генерала Арнольда мнение энсина Гэя не выглядело авторитетным. Хотя некоторые периодические издания сумели разобраться в ситуации: журналисты из «Lubbock Morning Avalanche», проанализировав имеющуюся информацию, пришли к выводу, что «главную роль в победе при Мидуэе сыграли торпедоносцы, пикирующие бомбардировщики, при поддержке самолётов наземного базирования» [1367] .

Но подобные публикации остались практически незамеченными, тогда как сообщений о выдающихся успехах стратегических бомбардировщиков с каждым новым днём становилось всё больше. Кроме такой информации и рассказа выжившего американского пилота, в газетах 9 июня начинают появляться первые аналитические статьи о сражении.

В «Reading Eagle» опубликованы рассуждения Раймонда Клэппера [1368] , которые начинаются словами: «После выдающейся победы при Мидуэе опасность на Тихом океане не прошла. Ещё очень далеко от этого» [1369] . Далее в материале Клэппер показывает своё мнение о том, какова была суть японского плана: «Японцы стремились захватить Мидуэй и использовать его как базу для последующих бомбардировок Гавайев, а в будущем и для захвата архипелага, нашего главного форпоста, сдерживающего японский флот от продвижения к нашему побережью Тихого океана» [1370] .