Чтение онлайн

– Кто ты, мил человек? – спросила она. – Откуда и куда путь держишь?

– Зовут меня Ивар, – он учтиво поклонился хозяйке, – я пришел издалека темным тоннелем, и по словам вашей соседки Любавы, путь мой лежит на запад к крепости на вершине Горе горы. Вот только я понятия не имею, где это и как туда добраться, поэтому и постучался в ваш дом в надежде, что вы не откажете путнику в ночлеге и путеводных инструкциях.

– Постой, постой, соколик, – встрял в разговор Афоня, – какой такой Любавы? Тебя сюда что же русалка привела?

– Да, так и есть, – кивнул Ивар. – Привезла на лодочке с лебедями, снабдила конем и оставила на берегу с пожеланием удачи.

Топор с глухим стуком вывалился у коротышки из рук, должно быть от удивления. Протерев глаза он уставился сначала на Ивара как на пришельца из космоса, а потом на его коня.

– Ох, ты, батюшки святы! Что ж, это у тебя кобыла то о шести глазах? Али мне чудится?

– Не чудится, болван! – возмущенно фыркнула Прошка, тряхнув своей белоснежной шелковой гривой. – Это чтобы видеть лучше. Ясно тебе?

– Кхе… – поперхнулся от неожиданности Афоня, но быстро взял себя в руки. – Ну и ладно, коли так. Что же это мы на пороге то стоим! Заходите в дом, гости дорогие.

Он гостеприимно распахнул дверь пошире, пропуская всех вперед. Прасковья нетерпеливо топнула копытом у крыльца:

– Эй, а я как же?

Ивар замешкался в дверях, чувствуя себя неловко, но Афоня по-хозяйски все взял на себя:

– Ступай, ступай, я о твоей красавице позабочусь.

– Она у меня с норовом, давайте я вам помогу, – Ивару не хотелось, чтобы Прасковья почувствовала себя брошенной и потом обижалась. Женщины даже паукообразные всегда остаются женщинами, природа у них капризная, а путь то неблизкий предстоит.

Девушка в дверях тоже неуверенно остановилась, не спуская с Ивара глаз полных надежды. Афоня же одобрительно посмотрел на молодого человека:

– Сразу видно, что парень хозяйственный, про лошадь вперед себя думает! А ты, матушка, ступай, распорядись там на счет ужина. Мы в миг обернемся. Не гоже тебе на холоде то стоять…

Но она так и смотрела им вслед, зябко кутаясь в свою шаль, пока все трое не скрылись за углом дома. На заднем дворе у них была небольшая, но уютная конюшня, где Прошке отвели просторное стойло, выстланное свежей соломой и насыпали в ясли отменного овса.

– Что это такое? – удивленно буркнула она, подозрительно принюхиваясь к угощению, – это точно есть можно?

– Лошадям это обычно очень нравится, – подбодрил ее Ивар, успокоительно поглаживая по шее.

– Хм, – засомневалась Прошка, – а нет ли чего-нибудь другого? Куриного бульона, скажем?

– Кушай, красавица, кушай, на здоровье, – потрепал ее по холке и Афоня, – лошадям бульон не полагается, они от него дохнут.

Прасковья при этом известии тяжело вздохнула, но было видно, что ей приятно, когда ее называют красавицей. Сперва неуверенно, потом все больше входя во вкус, она принялась за овес.

– Вполне съедобно, – уже жизнерадостно заявила она.

– Вот и хорошо, вот и славно, немного погодя водички принесем, попонкой накроем, – приговаривал Афоня, подозрительно разглядывая серебряный гребень в ее челке. – Ну вот, ты, значит, тут отдыхай а, мы пошли.

Они вышли из конюшни и направились к дому. Афоня сперва что-то задумчиво хмыкал про себя и, замешкавшись у крыльца, заметил:

– Ты, соколик, гребешок тот из ейной челки не вытаскивай. А коли вытащишь, так не теряй. Потеряешь, беда будет.

– Да, я уж, догадываюсь, – улыбнулся его смышлености Ивар. – Спасибо за совет.

В доме жарко была натоплена печь, у которой суетилась нескладная простоволосая девчонка, которую он тоже видел однажды в своем сне и даже запомнил ее странное имя – Маруша. Его усадили за стол, где уже дымился пузатый самовар, корзинка полнилась румяными пирожками, а в деревянной плошке золотился душистый мед.

– Угощайся, касатик, – улыбнулась Маруша, – сейчас блинков напеку. Проголодался поди?

Немного расслабившись в тепле у печки, Ивар только теперь понял, насколько длинным и утомительным был этот сумасшедший день. Почувствовав волчий голод, он с жадностью впился зубами в румяный бок пирожка. Афоня деловито разливал душистый мятный чай по чашкам, а со второго этажа спускалась к столу хозяйка. Волосы ее теперь были аккуратно убраны назад и подхвачены тонким серебряным обручем. Спешно прожевав угощение, Ивар встал при ее появлении и снова вежливо поклонился.

– Прошу прощения за суматоху, вызванную моим появлением. Я очень благодарен вам за гостеприимство. Позвольте узнать кто мои хозяева?.

– Василиса, – представилась она и добавила с грустью, – царица здешнего государства. А это мой премьер министр.

– Афанасий, – шаркнул ножкой Афоня, – и жена моя Маруша.

– Я верю, наша встреча не может быть случайностью, Ивар! – воодушевленно сказала царица, присаживаясь на лавку напротив него. – Я приехала в этот дом у озера сегодня, чтобы поутру отправиться в Любавин грот за благословением. Нехорошие дела происходят в последнее время в нашем царстве. Долгих 18 лет прошло, как пропал мой муж Константин, и за все время не было от него ни единой весточки, ни одного знака. Жив ли он, кто знает….

Зеленые глаза Василисы потемнели, наполнились горячими слезами, и она опустила лицо в ладони.

– Ну, ну, матушка, будет тебе, – ласково запричитала Маруша, обнимая ее за плечи. – Жив наш батюшка! Жив, даже и не сомневайся, вернется! Вот уж и блинки поспели с яблочками, как ты любишь. Чайку на-ка выпей.

Пока она так ворковала над своей царицей, слово взял Афоня.

– Вот такие дела, соколик, – тяжело вздохнул он. – Без царя государство расползается как каша. Все одно, что тело без головы оставить! Мы стараемся, конечно, как можем все племена воедино связать, но авторитета у нас такого, какой у него был нет. У соседей то неспокойно! Хорошо хоть вожаки волчьих стай вернулись. Макар и Лютый держат рубежи на южных границах. После того как эльфийский король Вестгейр завалил золотого дракона — правителя Арнейского царства и властелина Золотых Гор, вспыхнула там жестокая гражданская война. Уездные князьки все власть да богатства делят, никак поделить не могут. Ну и на наши земли то и дело нападают. Как соседа не пограбить, коли отпора давать некому? Вот однажды было дело портовую крепость Орешек вздумали забрать, матушке нашей самой пришлось в доспехи рядиться, да на коня садиться, чтоб отбить. Верно я говорю?

Василиса, наконец, справилась с собой и согласно кивнула, утирая слезы с покрасневших глаз. А Ивар смотрел на эту хрупкую ранимую женщину и не мог себе представить ее на боевом коне в доспехах и с мечом.

– Верно, – кивнула она. – Но хуже всего дела обстоят на западных границах. Дело в том, что Велесова Пустошь, восточные земли страны Вековых Дубов — исконные земли 39-го царства. В результате хитрых интриг Вестгейра они отделились сперва в отдельное княжество, а потом примкнули к общему союзу с эльфами. Константин всегда мечтал вернуть их обратно под свой контроль. Мой нареченный отец — король Вестгейр использовал меня, чтобы погубить его раз и навсегда, но ничего из этого не вышло. Наша любовь преодолела все преграды, большинство людей тогда встало на нашу сторону, и план эльфов сорвался. Поскольку я наполовину эльфийка и нареченная дочь самого эльфийского короля, Константин назначил меня регентом над тем княжеством в расчете на то, что это успокоит народ, и меня примут благосклонно и те, кто помнит времена 39 царства и те, кто боготворит эльфийские ценности. Но Вестгейр снова переиграл нас! Во время провозглашения моего регентства был при людно убит очень уважаемый человек – губернатор этого края. Это событие раскололо людей на два враждующих лагеря, и вспыхнула жестокая война. Константин отправился туда со своим войском, он надеялся быстро погасить конфликт, но вместо этого безвозвратно сгинул там. Уж, наверное, тут не обошлось без козней моего нареченного отца! Он очень умен и никогда не прощает своих поражений. Одни боги ведают, что он сделал с моим Константином!