Чтение онлайн

– Почему ты всё это говоришь?..- пробормотала я.

– Потому что мы идём к Нобу-сан попрощаться, и это разрывает мне сердце... Знаю, через какое-то время смогу это принять. Но если бы потерял тебя...

Полудемон вдруг прижал меня к себе, никак не отреагировав на возмущение Камикадзе, с писком сорвавшегося с моих колен. А я, спрятав лицо у него на груди, старалась не прислушиваться к голосу Тецуо, зазвучавшему в сознании так отчётливо, как если бы кузнец находился рядом: " Вы слабее нас, не владеете магией, не умеете изменять свою форму. Но не в этом самое болезненное различие между нами. Оно – в краткости вашей жизни. И в силе нашей памяти"... Придёт день – он неизбежен – и я разобью сердце Кэцеро так же, как сейчас это делает Нобу-сан...

Мы добрались к монастырю в полдень следующего дня. Каменные ступени, статуи монахов, распахнувшиеся перед нами ворота... Всё как обычно – включая и безмятежное выражение на лице встретившего нас Нобу-сан.

– Кэцеро-сама, Аими-сан,- ласково улыбнулся он.- Рад вас видеть.

– Ты звал,- коротко бросил Кэцеро.

– Да. И благодарен, что вы оба откликнулись на мой зов.

Между монахом и полудемоном существовало подобие телепатической связи. Кэцеро говорил, что просто "слышит в голове" слова Нобу-сан. Камикадзе тут же упал на плечо монаха, и тот пригладил ему шёрстку.

– Рад видеть и тебя, маленький друг. Аими-сан, ты, наверное, устала и хочешь отдохнуть?

– Кэцеро нёс меня всю дорогу,- возразила я.- Скорее, ему нужен отдых.

Но полудемон только хмыкнул, пробормотал что-то о еде и ужине, стремительно пересёк монастырский дворик и исчез за стволами деревьев.

– Мои припасы действительно подошли к концу,- вздохнул Нобу-сан.- Ужин готовить не из чего.

– Прощальный... ужин?- дрогнувшим голосом уточнила я.

– Как обещал,- кротко улыбнулся монах.- А теперь отдохни. У нас ещё будет время поговорить.

– Я правда не устала.

– Хорошо,- Нобу-сан вопросительно посмотрел в сторону криптомерии, и я кивнула.

Пока шли к могучему дереву, никто не проронил ни звука. Камикадзе тотчас погнался за птицей, вспорхнувшей с ветки при нашем приближении. Монах расположился на одном из корней. Я рухнула на корень рядом и всхлипнула.

– Неужели это конец, Нобу-сан? Ты в самом деле уйдёшь?..

– Освобожусь,- с улыбкой поправил он.- Я ждал этого так долго.

– Но Кэцеро... сам не свой... я едва узнаю его с тех пор, как...

– Господин смирится,- мягко прервал меня монах.- Помнишь, я говорил о единственном, что ещё удерживало меня здесь? Перед смертью Эмико, я поклялся всем, что для меня свято, не оставлять её сына, пока он нуждается во мне...

– Но ты нужен Кэцеро!

Нобу-сан покачал головой.

– Будь это так, я бы не смог освободиться. Конечно, господин привык к моему присутствию – я всегда был рядом. Но теперь у него есть ты. Никогда ещё его аура не светилась так чисто и ярко. Ты делаешь его очень счастливым.

– Ненадолго...- не ожидала, что произнесу это с такой горечью.- Я – всего лишь человек, слабый и... смертный.

– Аими-сан,- ладони монаха легко сжали мои, и я удивилась какими тёплыми они оказались.- Разве не чувствуешь изменений в себе? Ты совершила невозможное для "слабого" человека, когда вырвала господина из объятий смерти. Кэцеро-сама не погиб только благодаря тебе, малыш-камаитати тоже пострадал, но на тебе было лишь несколько царапин. Которые зажили очень быстро, ведь так?

– Да, но... при чём здесь это?..

– Ты прикоснулась к Чаше Будды. Часть заключённой в ней силы перешла на тебя и осталась даже после того, как ты отдала остальную часть Иошинори-сама.

– То есть...- запнулась, понимая, какой бред собираюсь произнести вслух.- Хочешь сказать, я... стала бессмертой?..

– Бессмертны только боги и то не все,- улыбнулся Нобу-сан.- Оружие и насилие способны положить конец твоей жизни, как и прежде. Но, не прерванная, она, вероятно, будет такой же долгой, как жизнь ёкая или полу-ёкая. Ты не оставишь Кэцеро-сама, если сама того не пожелаешь. А, судя по свету твоей ауры, такого желания возникнуть не должно.

Я смотрела на монаха, не в силах произнести ни слова. Очнулась только, когда Камикадзе, успевший разогнать всех птиц, упал мне на колени.

– А Кэцеро... об этом знает?..

– Не думаю. Но придёт время – и узнает, не так ли? Теперь оставлю тебя,- монах поднялся.- Нужно сделать несколько приготовлений. Да и Кэцеро-сама скоро вернётся. Увидимся за ужином.

Я растерянно смотрела ему вслед. В последнее время царапины и ссадины действительно заживали быстрее, чем раньше, синяки вообще не появлялись. Я в самом деле стала более выносливой и считала, это из-за свежего воздуха и натуральной еды. Но если причина действительно в Чаше Будды... Только представить! Неужели в самом деле уподоблюсь местной "фауне", и просуществую несколько сотен лет?.. Треск веток заставил вздрогнуть. На землю рядом со мной спрыгнула гибкая фигура – совсем, как в первый раз, когда, придя в себя после ранения от когтей oни, я коротала время под криптомерией в компании Камикадзе. Как и тогда, зверёк, истошно заверещав, бросился на возмутителя спокойствия. Как и тогда, Кэцеро ловко обхватил его ладонью поперёк тельца. Но теперь моя реакция была другой. Просияв, я бросилась полудемону на шею…

Мерцающие светильники, столики-такацуки, уставленные едой, и два ставших дорогими мне существа. Лицо одного – безмятежно, другого – мрачно. "Последний ужин", обещанный монахом. Не ожидала, что он состоится так скоро... Кэцеро почти не притронулся к еде. Аппетита не было и у меня, но из уважения к Нобу-сан, приготовившего всё с таким старанием, я заставила себя что-то проглотить. Монах расспрашивал о моём новом доме, и я с воодушевлением описывала красоту комнат и природы. Кэцеро не участвовал в разговоре и лишь время от времени, когда рассказывала о наших походах по деревенькам и посещении горячих источников, улыбался с трогательной нежностью. Рассвет почти наступил, когда Нобу-сан отодвинул свой столик и, склонившись в сайкэйрэй – самом вежливом из всех поклонов, поблагодарил Кэцеро и меня за доброту и за то, что были с ним всё это время. Потом поднялся и, объявив, что должен ещё кое-что сделать, попросил Кэцеро его сопровождать.

– С тобой пока не прощаюсь, одзё-сан,- ласково обратился ко мне.- Для этого ещё будет время.

Я молча обняла его, торопливо вышла из комнаты и, только оказавшись под криптомерией, разревелась. "Как всё-таки непредсказуема судьба!"... Однажды произнесённые монахом слова соответствовали действительности как никогда. Люди, составлявшие мою прежнюю жизнь, остались далеко – в мире, который всё чаще казался нереальным. И в теперешней реальности, о которой раньше не могла помыслить и в бреду, я рыдаю об уходе создания, переставшего быть человеком столетия назад...

– Аими...

Я подняла заплаканные глаза на возникшего рядом Кэцеро. Над его головой, тоненько повизгивая, вертелся Камикадзе.

– Не плачь... пожалуйста,- прижав к груди, полудемон скользнул губами по моей мокрой щеке.- Он хочет тебя видеть.

– Хорошо,- я постаралась взять себя в руки.- Идём...

Нобу-сан был в комнате, где я впервые увидела его в облике рокурокуби. Замер в позе Будды, прислонившись к стене. Камикадзе тотчас спикировал ему на колени. Монах ласково погладил маленького ёкая и, когда Кэцеро и я опустились рядом на циновку, легко сжал мою ладонь.