Чтение онлайн

Очнувшийся слуга медленно приподнялся, а затем, увидев застывшего рядом Сюэ Цэня, поспешно вскочил:

— Второй молодой господин, да вы бледны как полотно! А где тот стражник?

Сюэ Цэнь по-прежнему сохранял внешнюю невозмутимость и благородство, но в глазах затаилась усталость и пустота. Закрыв их, он коротко приказал:

— В карету.

Он обязан выяснить, кто этот юноша и откуда он появился.

* * *

Через четверть часа.

Нин Инь пережевал остатки сладкой карамели и направился к тому месту, куда упал воздушный змей. Перед ним раскинулся дворик, окружённый невысокой стеной. В центре рос пышный гинкго, его густые ветви тянулись к небу. У самого верха, зацепившись за сучья, безжизненно висел небесно-голубой змей.

Перемахнув через стену одним лёгким движением, Нин Инь подошёл к дереву и положил ладонь на шероховатый ствол.

Он слегка хлопнул по коре — дерево содрогнулось, и вместе с осыпавшимися листьями змей плавно спланировал вниз, прямо ему в руку.

Юноша нахмурился и щёлкнул языком с явным сожалением. Крыло сломано, теперь придётся долго чинить.

В этот момент послышался топот — это ребёнок, живущий в доме, весело бежал с игрушечным ветряком в руке. Завидев чужака, мальчишка застыл на месте.

— Малыш, если кто-то увидит, что я делаю плохие вещи, мне не поздоровится, — спокойно проговорил Нин Инь, спрятав змея за спину.

Мальчик всхлипнул, потёр нос и продолжил смотреть на него с широко раскрытыми глазами.

— Но я тороплюсь, мне нужно срочно починить его. Так что детей не ем.

Нин Инь поднял палец и поднял к своим губам, показывая знак тишины. После этого он, даже не торопясь, открыл дверь и спокойно ушёл.

Завтра праздник Дуаньян (также известен, как праздник драконьих лодок), и в поместье уже началась подготовка. Слуги развешивали у входа полынь, посыпали порог порошком из реальногогара (традиционное средство от нечисти и ядов).

Каждый год в этот день госпожа Юй велела кухне приготовить множество цзунцзы (рисовые пирожки в бамбуковых листьях) и раздать их слугам вместе с праздничными наградами.

Весь передний двор наполнился шумом. Слуги и работники выстраивались в очередь и оживлённо переговаривались.

Юй Линси, не имея особых занятий, решила сама сплести пять амулетов-долголетий, чтобы раздать членам семьи.

Один остался лишним. Она сунула его в рукав.

Пришло время змеи (9—11 утра). Сегодня был последний день приёма лекарства.

Хотя жар в теле давно прошёл, для верности стоило принять ещё одну последнюю дозу.

Она знала, что Нин Инь с его характером ни за что не пойдёт в передний двор праздновать вместе со всеми. Подумав, она велела служанке подготовить несколько горячих цзунцзы, добавить к ним кувшин вина, сложила всё в коробку и сама отправилась в задний двор.

Когда она вошла, Нин Инь как раз тщательно мыл руки.

На столе рядом стояли остывший крахмальный клей, кисти, бумага и другие принадлежности.

— Вэй Ци, зачем ты варишь крахмальный клей? — Юй Линси мягко поставила коробку с едой на стол и с недоумением посмотрела на него.

Нин Инь не ответил. Он лишь стряхнул капли воды с пальцев, подогнул ногу и спокойно сказал:

— Бери сама.

Юй Линси сразу поняла, что он говорит о сегодняшней дозе противоядия.

Она несколько секунд пристально смотрела на его бледные, тонкие губы, затем задержала дыхание и, опершись на стол, чуть подалась вперёд.

Она думала, что всё будет, как в прошлый раз, но, когда её губы коснулись его, обнаружила, что между его зубами и губами ничего нет.

Дыхание Нин Иня на мгновение замерло, а потом он тихо усмехнулся.

Юй Линси в этот раз сама попалась в ловушку. Впервые поняв всё неправильно, она покраснела. Кончики ушей запылали, а в её прищуренном взгляде мелькнул лукавый блеск.

Она немного отстранилась и, поджав губы, фыркнула:

— Ты меня обманул?

— Госпожа сама бросается на меня, а потом ещё и обвиняет, — лениво протянул Нин Инь.

Он медленно моргнул и показал влажные руки, как бы оправдываясь:

— У меня руки мокрые, я просто хотел, чтобы ты взяла лекарство сама.

Разве нельзя просто отдать пилюлю? Обязательно было устраивать этот спектакль?

Юй Линси вздохнула и тихо спросила:

— Где оно?

Нин Инь опустил взгляд:

— В кармане.

Она протянула руку и на ощупь стала искать лекарство в складках его одежды.

— Выше, левее, — невозмутимо подсказал он, но затем вдруг негромко цокнул языком:

— Госпожа, куда это ты лезешь?

— Никуда я не лезу! Даже не коснулась тебя!

Он сделал из ничего целую историю. Юй Линси раздражённо взглянула на него, но в её глазах не было ни капли злости.

Наконец, получив заветный пузырёк, она облегчённо выдохнула, распрямилась и, высыпав пилюлю в ладонь, сразу проглотила её.

Горечь обожгла горло, заставив её закашляться. Пришлось срочно налить чашку чая и запить лекарство.

Нин Инь, лишённый возможности лично помочь ей избавиться от горечи, недовольно потёр пальцем губы, всем видом выражая разочарование.

Юй Линси сделала вид, что ничего не заметила. Когда горькое послевкусие слегка улеглось, она достала из коробки цзунцзы и кувшин вина, после чего аккуратно расставила их на столе.

— Завтра праздник Дуаньян. Приглашаю тебя отметить его вместе.

Сказав это, она коснулась рукава, словно что-то вспоминала, и тихо добавила:

— Протяни руку.

Нин Инь слегка склонил голову, не понимая, что она задумала, но без лишних вопросов послушно протянул левую руку и положил её на стол.

Юй Линси тут же заметила, что его запястье теперь пустовало — привычной светло-бежевой ленты не было.

Она задумалась, а затем спросила:

— А где твой сувенир?

Нин Инь сразу понял, о чём она говорит. Медленно подняв взгляд, он спокойно ответил:

— Выбросил.

Юй Линси тут же рассмеялась.

Он действительно выбросил бы её, если бы захотел, и на его лице не отразилось бы ни капли эмоций. Однако сейчас он внимательно следил за её реакцией, явно ожидая чего-то.

Впрочем, раз он больше не размахивал этой лентой у неё перед глазами, напоминая о том, что произошло в секретной комнате монастыря Цзинь Юнь десять дней назад, Юй Линси оставалось лишь возблагодарить небеса.

Она мягко улыбнулась, моргнула длинными ресницами и сказала: