Чтение онлайн

— Госпожа Юй, я только что попробовал тончайшие рисовые пирожные с начинкой. Вкус просто изумительный, попробуйте и вы!

С этими словами он, не колеблясь, протянул Юй Синьи изящное пирожное, нагло стянутое с праздничного стола. Сделал он это так непринужденно, будто все было в порядке вещей.

Юй Синьи смотрела на него и думала, что если бы у него за спиной был хвост, он бы сейчас неистово вилял им.

Позади нее подчиненные из сотни всадников старательно отводили взгляды, их губы подрагивали от сдерживаемого смеха.

* * *

Дворцовый пир.

— Друзья, не стесняйтесь, пейте и веселитесь! — провозгласил Император, поднимая кубок.

Чиновники встали, отвечая тостом. Пиршество официально началось. Струились чарующие мелодии, в воздухе звенели колокольчики, залы наполнились роскошными танцами.

Однако тут у входа возникла фигура.

В зал вошел наследный принц Нин Тан. Он был одет в простые белые одежды, бос, волосы распущены, а его жалкий вид резко контрастировал с роскошными нарядами знатных людей.

Музыка мгновенно оборвалась. Поздравительные тосты смолкли, а выражения лиц собравшихся изменились. Император помрачнел, словно накипь на старом котле.

Хотя скандал с тайным хранением императорского одеяния удалось замять, у дворцовых стен тоже есть уши. А Нин Тан был настолько глуп, что даже не пытался скрывать свои поступки. Многие уже догадались о сути происходящего.

— Ты должен находиться в Восточном дворце и размышлять над своими проступками. Что ты здесь делаешь? — голос Императора прозвучал холодно.

— Сын осознал свою вину перед отцом и матерью. Я не нахожу себе покоя ни днем, ни ночью. В этот великий праздник пришел просить прощения у Вас и всего государства, — дрожащим голосом произнес Нин Тан.

Холод каменных плит жег его босые ноги, лицо его было полно скорби.

— Прошу, дайте мне возможность покаяться! Если все присутствующие согласятся, что я недостоин звания наследника, я… готов отдать свой титул более достойному!

Юй Синьи едва заметно фыркнула. Она смотрела, как он прижимается лбом к полу, заливая его слезами и соплями, и не могла не задаться вопросом: что за спектакль он разыгрывает?

Вдали Юй Юань, нахмурившись, внимательно следил за происходящим.

Император несколько смягчился.

— Если ты осознал ошибки, значит, наказание было не напрасным. Говори.

Нин Тан взял с подноса служанки чашу вина и поднялся.

— В седьмой год правления Ваше Величество провозгласили меня наследником престола. За шесть лет в этом звании я не совершил ни одного выдающегося поступка, не прочел ни одного доклада, не принял ни одного государственного решения…

Слова, совсем не похожие на речь развратного и праздного наследника.

Юй Синьи нахмурилась. В этом что-то было не так.

И точно. В следующую секунду Нин Тан развернулся, поднял руку и, указывая прямо на Императора, с искривленным от гнева лицом воскликнул:

— …и все потому, что мой отец, действующий Император, всю жизнь обращался со мной, как с преступником! Ему не нужен наследник, ему нужна марионетка, безропотная и послушная статуэтка!

Во дворце раздались испуганные вздохи.

Наследник сошел с ума. Он осмелился оскорбить Императора прямо перед всеми!

— Почему вы не хотите меня выслушать? Почему?!

Лицо Нин Тана налилось кровью, он сжимал чашу в руках и яростно кричал:

— Почему?!

Лицо Императора, только что чуть смягчившееся, вновь застыло от ярости, на висках его проступили жилы. Он крикнул:

— Наследник, ты совсем потерял рассудок!

— Да, потерял! И кто виноват в этом? Вы! Вы не позволяете мне даже приблизиться к власти, но и не терпите моей праздности! Даете титул, когда пожелаете, и отбираете, когда вздумается. Быть вашим сыном так тяжело, невыносимо тяжело!

Нин Тан хрипло рассмеялся и продолжил с искаженным лицом:

— В ваших глазах я не наследник. Я — собака, которую вы ласкаете, когда настроение хорошее, и отбрасываете пинком, когда плохое!

Раздался звон разбитого фарфора. Нин Тан с яростью швырнул чашу на пол.

Первым выступил Ван Линцин, стоявший ближе всех к Императору. За ним последовали генерал Юньхуэй Ли Мао и заместитель министра обороны Лю Фэн, которые стремительно ворвались в зал с вооруженными воинами.

Когда на кону стоит выгода, верность становится лишь пустым звуком.

Обещания Нин Тана щедро наградить их титулами и владениями после переворота заставляли алчущих людей забыть о риске и морали. Осколки нефрита разлетелись по полу, отражая холодный блеск обнаженных мечей.

* * *

Резиденция седьмого принца.

На полу в беспорядке лежало шесть или семь трупов евнухов и служанок, шпионов, которых Восточный дворец и дворцовые заговорщики внедрили в резиденцию Нин Иня.

Все они сейчас корчились в лужах крови, уничтоженные быстро и без шума.

Их хозяева сегодня умрут, а значит, от этих назойливых крыс нужно избавиться в первую очередь.

— Уберите здесь, — коротко приказал Нин Инь.

Тела быстро унесли, несколько ведер воды смыли кровь, и уже через несколько мгновений ступени блестели, как новые.

Тем временем слуга, получив тайное донесение, поспешно подошел и доложил вполголоса:

— Ваше Высочество, Восточный дворец начал действовать, Шэнь Фэн и остальные тоже готовы, нам следует...

Нин Инь спокойно сидел возле жаровни в форме зверя, тщательно вытирая пальцы.

Он тер руки до тех пор, пока костяшки не стали красными. Когда запах крови окончательно исчез, он прислонился к столу у окна, задумчиво перебирая пальцами изящную черную нефритовую фигурку, ласково поглаживая каждый её изгиб.

— Нельзя спешить с сетью. Ждем, — сказал он спокойно.

Нин Инь только недавно укрепился во дворце. Помимо Шэнь Фэна и Ли Цзю, притворившихся погибшими и внедрившихся в императорскую гвардию, его верных людей было совсем немного.

Раз уж он вернулся ради мести, то появиться должен тогда, когда отец и сын перегрызут друг другу глотки, а дворец погрузится в хаос смерти и отчаяния.