Выйти замуж за злодея
Шрифт:
Глава 65. Пленники.
Зал Цзыин превратился в настоящий ад.
Повсюду лежали окровавленные тела убитых служанок и евнухов. Разлитое вино, смешавшись с кровью, тонкими ручейками стекало по полу.
Раздавались непрерывные крики:
— Защитить Императора!
И тут же — предсмертные вопли. Люди, сопровождавшие правителя, отступали, но отступать было уже некуда.
Зал был полностью окружен людьми наследного принца — разрозненной толпой мятежников, которые, несмотря на хаотичность, обладали численным перевесом.
Юй Юань, окровавленный, но несломленный, стоял впереди с последними воинами императорской гвардии. Он напоминал неприступную стену, словно один человек мог сдержать натиск целой армии.
Позади, прикрывая женщин, находились Юй Синьи и Нин Цзычжу. Из сотен чиновников и военных сановников, собравшихся на пире, лишь единицы осмелились сопротивляться. Большинство же лишь дрожали от страха, предпочитая оставаться в тени.
Юй Синьи сжимала в руке меч с затупленным от боев лезвием. Она опиралась на колонну, чтобы не упасть. Нин Цзычжу, тяжело дыша, держал в руках лук, отнятый у повстанцев. Его колчан уже был пуст.
Наверное, Император и не предполагал, что в самый критический момент у него останется лишь горстка телохранителей, один легкомысленный цзюньван и отец с дочерью, которых он долгие годы подвергал гонениям.
Только теперь он понял, кто действительно был ему предан.
Они держались две четверти часа. Всего лишь две четверти.
Когда бой затих, все пространство вокруг было усыпано телами павших.
Последние телохранители погибли. Юй Синьи и Нин Цзычжу, тяжело раненные, оказались в плену, обезоруженные мятежниками.
— Ты… — Юй Синьи стиснула зубы, но не успела договорить.
Наследный принц грубо схватил ее за волосы и поднял ее голову. В его глазах горел злобный огонь.
— Когда я взойду на трон, я лично решу, что с тобой делать! — прорычал он.
Император сидел за тронным столом, его седые волосы растрепались, а взгляд был потухшим. За эти несколько часов он словно постарел на десятилетие.
Весь зал был полон пленников. Несколько сотен чиновников и их семей превратились в разменную монету в руках Нин Тана.
Среди пленников было немало людей из знатных родов, в том числе семьи высокопоставленных военачальников. Эти заложники стали для Нин Тана мощным рычагом давления, заставивший генералов изменить свою преданность по отношению к Императору.
Ситуация становилась все более опасной.
Наследник вытащил из толпы мужчину и женщину, наряд которых сразу выдавал их высокий статус. Он повернулся к Императору и заговорил:
— Отец, ваше время прошло. Зачем упорствовать? Отрекитесь от престола, и я обещаю вам достойную старость… Но если не согласитесь, вас ждет вот это!
С этими словами он вынул меч и одним ударом перерубил обоих пленников.
В зале раздались громкие рыдания. Юй Синьи смотрела, как на глазах у всех падают два безжизненных тела, и стиснула зубы:
— Тварь!
Рядом с ней, тяжело дыша, Нин Цзычжу с переломанной ногой осторожно подполз ближе и сжал ее руку, пытаясь остановить кровь.
Наследник метался по залу, словно дикий зверь в клетке. Ветер, врывавшийся сквозь распахнутые двери, трепал его растрепанные волосы, придавая ему еще более зловещий облик.
— Отец, вы всегда были столь мудры, столь милосердны… Неужели не хотите спасти своих подданных?
Он громко выдохнул и, уже почти срываясь на крик, продолжил:
— Почему вы не поступаете как настоящий Император?! Почему не встанете и не защитите их?! Я могу убить их всех, вы понимаете?!
Император медленно шевельнул челюстью, словно собирался что-то сказать, но в итоге промолчал.
Он выбрал не народ, а трон.
Тень отчаяния легла на лица всех пленников. Они сидели бледные и безмолвные, надеясь на скорое прибытие императорской гвардии.
Юй Синьи знала правду: без военного приказа, скрепленного тремя печатями, гвардия не сможет вмешаться, даже если их войска уже стоят у дворцовых ворот.
К тому же командующий гвардией был в плену вместе с остальными. Никто не знал, где именно держат заложников, а действовать вслепую означало лишь спровоцировать убийства.
Время шло. Сражение продолжалось. Половина мятежников уже пала, но и Юй Юань с его людьми были доведены до предела.
Сгустились сумерки. Запах крови и смерти стал невыносимым.
Наследник покидал зал несколько раз, а затем возвращался, каждый раз убивая еще кого-то из пленников.
Меч холодом коснулся императорской шеи, но он все равно не произнес заветных слов об отречении. Он был как старая, раненая волчица, вцепившаяся в добычу из последних сил, лишь бы сохранить остатки своего величия.
Нин Тан нервно рванул себя за волосы и, не сдерживая бешенства, закричал:
— Найдите императорскую печать! Заставьте его подписать указ об отречении!
— Ваше Величество, простите нас, — сказал заместитель министра обороны, поднимая длинный меч. Острое лезвие сверкнуло в свете факелов.
В следующее мгновение меч выскользнул из его рук. Из груди чиновника торчал клинок.
Он захрипел, изо рта потекла кровь, а затем рухнул на колени. За его спиной показалась фигура молодого мужчины, облаченного в роскошные пурпурные одежды.
Нин Инь.
Он даже не надел доспехи, а был в обычной придворной одежде. Его длинные черные волосы были небрежно собраны, частично рассыпаясь по плечам. Если бы не пятна крови на его лице и темные разводы на рукавах, Нин Тан мог бы подумать, что брат просто случайно забрел сюда во время прогулки.
— Ты… Как ты сюда попал?! — Глаза Нин Тана расширились. Он взревел: — Стража! Убить его!
Однако никто не сдвинулся с места.
Он сделал шаг назад, его голос стал истеричным:
— Где лучники?! Где Ли Мао?!
Ответом ему была тишина.
— Тех тысячи солдат, что ты оставил у ворот, брат, — тихо произнес Нин Инь, неторопливо шагая по залу, — боюсь, ты их уже не дождешься.
За ним следовало всего несколько человек. Он шел медленно, словно не замечая тел, что валялись у него под ногами. С каждым шагом новые алые пятна расцветали на его одежде.