В извечном ожиданье переменГрядущему мы отдаемся в плен,И что ни день, в своем воображенье,Мы видим приближеньеСверкающей армады кораблей.Они плывут — надежда у рулей;Но как скольженье их неторопливо!А мы нетерпеливоГлядим, сжимая вянущий букет,В томительном предощущенье бед,На изваянья в блеске позолоты,На поручни и шкоты,На вымпелы, что в синеве горят.Но ни одна из призрачных громад,Как мы мечтали часто поначалу,Не подплывет к причалу,Не выгрузит добра богатый грузИ не спасет от бремени обуз.Мы тщетно ожидаем воздаяньяЗа все свои страданья, —И вдруг в испуге видим: напрямикВесь черный к нам спешит безвестный бриг.За ним, в однообразье безграничья, —Лишь тишина бесптичья.
ИЛЛЮЗИИ
Перевод И. Озеровой
«Конечно, мне подмешали наркотик, да столько, что я не приходила в себя до следующего утра. Я ужаснулась, поняв, что меня погубили, и несколько дней была безутешна и плакала, словно ребенок, которого убивают или посылают к тете».
Мейхью. Лондонский труд и лондонская беднота.
Даль ко мне доносит горький вкус беды,Острый стебель в горле у тебя застрял,Солнечные блики, случая следы,Стук колес снаружи, отзвук суеты,Там, где Лондон свадебный на ином пути,Свет неоспоримый с трудной высотыРазъедает шрамы, извлекает стыдИз его укрытья; целый день почти,Как ножи в коробке, разум твой открыт.В трущобах лет ты похоронена. Не смеюТебя утешить. Что сказать смогу?В страданье — истина, и перед неюЛюбое понимание — пустяк.Тебе своя забота тяжелее,Чем то, что жизнь перед другим в долгу,Когда насильник, млея и бледнея,Взбирается на нищенский чердак.
УХОД
Перевод Я. Берлина
Из-за полей надвигается вечер,Какого я еще никогда не видел,Вечер, не зажигающий ламп.Он издали кажется шелковым, ноКогда застилает колени и грудь,Его прикосновенье не ласкает.Куда девалось дерево, смыкавшееНебо с землей? Что это у меня под руками,Чего я не могу ощутить?Какое бремя так отягощает мои руки?
БЕЛЬГИЯ
КАРЕЛ ВАН ДЕ ВУСТЕЙНЕ
Перевод с нидерландского П. Мальцевой
Карел ван де Вустейне(1878–1929). — Поэт, прозаик, эссеист, писал на нидерландском языке. Автор многих поэтических сборников («Фламандские примитивы», 1902–1903; «Отчий дом», 1903; «Стихи», 105; «Бог на море», 1926; «Горное озеро», 1928, и др.). Представитель символизма в бельгийской литературе. Черпал сюжеты из старинных легенд; мотивы одиночества и смерти характерны для многих стихов поэта.
Стихи ван де Вустейне, как и большинства других поэтов, публикуемых в бельгийском разделе этого тома, были напечатаны в сб. «Из современнои бельгийской поэзии», М., 1965.
«Плод падающий…»
Плод падающий… — там, в тиши неоскверненной,где медлю я, где ночь склоняет пышный свод.И время замерло. Над неподвижной кронойзвезда не промелькнет жемчужиной зеленой.Все стережет твое паденье, плод.Плод. У черты времен и жизни истомленной,что воздуха бледней, полней небесных вод,щедрее снов, где свет играет затаенный, —я знаю — там, в ночной листве завороженной,плод падает… И сердце тоже плод,что упадет…
* * *
«Вновь астры зацвели…»
Вновь астры зацвели предсмертным хрупким светом,и сердце страстное в преддверье панихидвсе факелы зажгло, навзрыд прощаясь с летом,и бьется, и дрожит…В моей руке лежат плоды твои, слабея,и мне прощенья нет, я заперт в западне;так, осень, по тому, что знаю о тебе я,ты знаешь обо мне;жнец вечный я, что жнет на этих нивах полных,но для себя снопов не вяжет по пути;беглец, что обречен всю жизнь скитаться в волнахи суши не найти, —вновь к сердцу, что желать умеет без надежды,приблизилась нужда, еще на пядь одну,но, жаждущее, мнит отринуть смерть и веждыоткрыть — узнать весну…— Вновь молит сердце, вновь пылает в старых ранахосенней крови жар, и в пламя мир одет.— Как бронзой золото становится в каштанах!Сребристой астры цвет…
* * *
«День переходит в День…»
День переходит в День, как запах роз пьянящий.— Ты не ослеп, о нет, среди пустой тщетысквозь занавес часов ты видишь свет скользящийи вечность, чьи дары познать не в силах ты.Мир замещает Мир. В минуту просветленьятвой взор охватит все, лишь от себя самойсокрыта красота и горечь отрезвленья,в слезах, где преломлен и скомкан мир немой.На образах, что спят, не проникая в мысли,останови, беглец, стремленье нищих глаз,там, в бездне бездн твоих, где глыбы слез нависли,лежит, неогранен, бесценный твой алмаз.
ПОЗДНИЙ ДЕНЬ
Твой привкус, Поздний день, вода и запах розы. —Дом холоден, широк, я здесь один — увы,я одинок, ушли желания и грезы,минувшее уйдет, как нежный шум листвы.Всплывает лунный серп, клонится солнце долу.Не бегство горя, нет, и не надежды весть.Здесь царствует покой, подобно ореолу,в согласии со мной готовый цвесть и цвесть.И вечер высится, подобно вечной тени,огромный и пустой, у полной роз стены…Печали внемлю я, средь благостных растенийблагословляя сень и радость тишины.
* * *
«О ты, что был отцом в моем родном гнезде…»
О ты, что был отцом в моем родном гнезде,и, смерти обречен от века, изначала,учил ребенка жить; когда тебя не стало,как солнце на твоей сияло бороде;— я стал одним из тех, скользящих по воде,кто веслам дал покой, чей парус вьется вялов вечерних сумерках, кто иногда усталос кормы кувшинки рвет, не радуясь звезде,иль глухо запоет, и песнь его едва лине к небу улетит; окрест луга и дали —все внемлет ей в тиши, на грани забытья…Так длится жизнь моя среди земной печалии бесконечных волн, пока, склонясь, в зерцалевечерних ясных вод тебя не встречу я.
ФРАНЦ ЭЛЛЕНС
Франц Элленс(псевдоним; наст. имя — Фредерик Ван Эрманжан; 1881–1972). — Поэт и прозаик, писал па французском языке. По профессии юрист. Был в дружеских отношениях с А. М. Горьким, переводил стихи Маяковского, Есенина. В своем творчестве, классическом по форме и связанном с романтическими традициями, отражал жизнь простых людей; для стихов Элленса характерны гуманистические мотивы, тяга к миру мечты и фантазии. Автор ряда поэтических сборников («Женщина через призму», 1920; «Сопряженные зеркала», 1950; «Завещание», 1951, и др.).
ТРУД
Перевод с французского В. Львова
Как ты, углекоп, я тожеРаботаю в глубине.Пускай бела моя кожаВся пыль осела во мне.Не надо бояться клети,Что в шахту спускает нас.Но что поделают этиЛампы, коль свет погас?