Чтение онлайн

Мое собственное сердце, кажется, наполняется, каждый дюйм, который когда-либо был ущемлен, изранен или истощен. — Я полетела.

И затем мы вскакиваем на ноги и хватаем друг друга. Держимся так крепко. Он кружит меня, заставляя улыбку расползаться по моему лицу — расползаться по всей моей душе.

Когда мы останавливаемся, мы сталкиваемся в отчаянном поцелуе. Я целую его с преданностью и нуждой. Он целует меня с благоговением и обожанием.

Мне не нужно божественности богинь.

Потому что с ним у меня есть то, что я всегда хотела.

Любовь.

Цельная. Безусловная. Исцеляющая. Прекрасная. Чистая. Любовь.

Когда мы отстраняемся, все еще глядя друг другу в глаза, я чувствую, как поет наша связь пэюр. Вижу, как его темная аура исходит от его тела с золотыми нитями.

Но я также вижу опустошение, вонзенное в него.

Слеза вырывается из уголка моего глаза, потому что я вижу его боль. Его горе. Я хочу забрать всю его боль.

— Прости, — шепчу я. — Прости, что оставила тебя на некоторое время.

Он мягко улыбается, рукой обхватывая мою щеку, взгляд интенсивно скользит по моему лицу. — Ты вернулась ко мне.

Я киваю, ресницы влажные, грудь полна. — Я всегда буду выбирать тебя.

— Я тоже всегда буду выбирать тебя, Аурин, — говорит он, прежде чем снова поцеловать меня. Мои крылья сворачиваются вокруг нас, словно хотят удержать нас в коконе, уединенных и в безопасности.

Мы цепляемся друг за друга, наши сердца бьются в унисон, наша любовь переливается через край. Когда он отстраняется, чтобы посмотреть на меня, его взгляд ползет по каждому дюйму моего лица, дрожащие пальцы гладят мою кожу.

Его лоб прижимается к моему, и я слышу его прерывистое дыхание. — Не оставляй меня снова.

Мое сердце сжимается.

— Не оставлю, — обещаю я.

После еще одного сокрушительного поцелуя, который он прижимает к моим губам, его взгляд устремляется за меня, и я смотрю через плечо на свои крылья.

Они сложились вдоль моего позвоночника, но я снова расправляю их, поворачиваясь, чтобы мы оба могли лучше рассмотреть. Его рука скользит по гладкому изгибу верха, и я слегка вздрагиваю.

— Твои ленты... — говорит он, и я киваю.

Мои крылья слегка распахиваются и закрываются, как бабочка, отдыхающая на цветке. Они явно сформированы из двенадцати полосок лент с каждой стороны, каждый кусочек сплавлен вместе. Внизу и на самых кончиках ленты длинные и вытянутые, выглядящие совсем как... перья.

Я мгновенно вспоминаю историю, которую Слэйд рассказал мне, когда я умирала. О том, что на самом деле означало для него это прозвище. Для нас.

Словно чтобы подчеркнуть его значимость, внезапно появляется Элор, ее лицо мокрое, выражение радостное. — Золотая пташка, — произносит она, плача сквозь улыбку. — Золотая пташка.

Я бросаюсь вперед и обнимаю ее. — Спасибо, — шепчу я в ее волосы.

Спасибо, что привела его ко мне.

Спасибо, что привела меня к себе самой.

Когда она отстраняется, она жестикулирует в сторону земли. — Золотая пташка.

Я оглядываюсь, впервые замечая, что земля серая и мертвая. Неправильная.

Затем меня охватывает что-то. Присутствие, чувство интуиции. Словно сами звезды манят... подбадривают.

Я опускаюсь на колени, прижимая ладони к илу.

— Аурин? — спрашивает Слэйд.

Сначала я не отвечаю, потому что слишком занята, прислушиваясь к земле и небу. К Анвин, шепчущей свои секреты. Зовущей меня.

Затем я чувствую это — ту частицу из эфира. Капельку, которую богиня бросила вместе со мной. И с божественным знанием я сразу понимаю, что это. Дар, чтобы остановить проклятие.

— Я могу это исправить, — шепчу я.

Слэйд подходит ближе ко мне.

Мои глаза закрываются, когда я чувствую, как эта капелька поднимается к поверхности моего тела, а затем я позволяю ей вылиться через мое золотое прикосновение.

Чтобы исцелить. Чтобы восстановить.

Чтобы вернуть жизнь и тепло с помощью этого тронутого богиней света расколовшегося солнца.

С ладонями, прижатыми к земле, свет богинь струится, заставляя все Мертвые земли вспыхнуть.

Вулмины были правы, эта земля была проклята. Потому что давным-давно жителями Ореи и фэйри была создана добровольная связь. Священный путь, выкованный любовью и единством.

Когда фэйри предали это и разрушили мост, это прокляло землю. Оставило ее истощенной болезнью, которая распространялась со смертью, высосала ее досуха.

Но звезды наблюдали, и богини даровали нам еще один шанс.

Капля силы мгновенно впитывается в землю и проносится по ней. Она настолько сильна, так сыра и чиста, что все мои нервы и чувства, кажется, воспламеняются. Все мое тело окутано теплом и светом, крылья дрожат, когда эта непостижимая, потусторонняя магия вытекает из меня.

Я почти теряю сознание, почти падаю на землю, но Слэйд ловит меня, выкрикивая мое имя встревоженными губами.

Он держит меня, пока мои руки прилипли к почве, как магниты, не в силах оторваться. Я не могу — пока каждая частица дарованной магии не будет использована.

Мои руки дрожат и светятся, вены видны насквозь. Свет продолжает литься, заставляя пот выступать на моей коже, а жар вспыхивает со всех сторон.

Я чувствую, как сила изгоняет проклятие. Чувствую, как она выжигает яд. Ударные волны распространяются по земле, и я слышу крики людей, когда ослепительный свет пульсирует, заставляя меня зажмуриться, пока мое тело дергается, а крылья взмахивают последним судорожным рывком, от которого я почти подкашиваюсь, а затем...

Все кончено.

Слэйд хватает меня, когда я откидываюсь назад, руки отпущены от моей обязанности, его руки ловят меня, когда я падаю. Я тяжело дышу, поднимая голову, чувствуя себя совершенно обессиленной.

Когда последний из ослепительного света тускнеет, мой вздох сливается с голосами других, собравшихся вокруг нас. Слезы выступают на моих глазах, и я моргаю, глядя на невероятное зрелище.

Мой взгляд скользит по холмистым холмам и пятнистым лугам, мимо деревьев, которые покачиваются на фоне лавандового неба. Там город, вплетенный в реку, с белыми зданиями и крышами, которые, кажется, цветут позолоченными лозами. Вдалеке пики гор возвышаются шапками снега, а леса простираются на мили.