Чтение онлайн

Намного больше остальных. Намного золотистее.

Падай, — манят другие, голоса тысячи богинь, слитые в единое эхо. — Падай и существуй здесь, внизу, с нами, среди рек и миров, где мы горим и согреваем, смотрим и одариваем. Где мы правим жизнью и смертью и видим все.

Но нить отрывается от поверхности золотой звезды. Отрезанный корень, указывающий вниз, на те воды.

Тянущийся.

Падай, — говорят они. — Теперь ты одна из нас.

Но позолоченная звезда чувствует этот корень, все еще растущий из ее ядра.

Что, если я не хочу падать?

Остальные замолкают.

Звезда горит жарче. Больше. Ярче. Не просто звезда, а солнце. Со светом, который касается ручьев.

Оно манит снова. Что, если я не хочу падать?

И на этот раз голос отвечает. Одно знакомое эхо.

Тогда, маленькое солнце... не падай.

ГЛАВА 62

АУРИН ТАРЛИ

Я вылупилась из звезды.

Я моргнула, прогоняя смерть, потому что он позвал меня. Я не хотела падать. Не хотела дрейфовать вниз, в то место, где я навсегда парила бы над водами в божественности.

Я хотела вернуться назад.

Поэтому мне пришлось вырваться на свободу.

Я была в ядре горящего света. Только вот я и была светом. Золотистым и сияющим. Чистой жизнью и теплом. Мне не нужно было нисходить, как и оставаться темной и мертвой, висеть сиротливо в пустоте. Этот свет, которым я горела, всегда был во мне.

Позолоченный свет коснувшейся богини.

Поэтому я использовала эту силу и отказалась от дара звезд.

Потому что некоторые не предназначены гореть в темноте.

Усилием воли я расколола звезду. Ее разбитая скорлупа отпала, и я вылилась из света.

Я знала, куда идти, даже там, в бездне. Потому что тот корень — тот, что все еще застрял в моем ядре, — тянулся. Указывая путь к своей второй половине. К моей второй половине.

Я прошла мимо других звезд, увидела лица богинь и улыбнулась. Затем я прыгнула в течение реки и позволила ему унести меня к моему дому.

К нему.

И хотя я не могла видеть, одна из тех звезд улыбнулась в ответ. Затем она бросила капельку света, чтобы последовать за мной.

Я прошла через реку и снова стала собой. Исцеленная от жестокости жизни, восстановленная после воровства смерти.

Я прошла через реку в пустоте, и возродилась.

ГЛАВА 63

АУРИН ТАРЛИ

Всплеск дыхания сжигает холод, когда жизнь вливается обратно в меня. Меня выбрасывает из реки, мимо почвы и воздуха, а затем заключает в тесные пределы моего знакомого тела. Золото стекает по моей фигуре и покрывает позолотой каждую нить на ткани моей одежды, когда я делаю судорожный вдох.

Слэйд держит меня.

Ветер дует вокруг нас, туман такой густой, что я почти ничего не вижу.

Только это не ветер. Мы стремительно падаем в воздухе.

Слэйд крепко сжимает меня, рукой держа за затылок, прижимая к своей шее, в то время как другая его рука обхватывает мою талию. Мои ленты хлещут в воздухе, пока мы падаем в свободном падении.

Вспышка страха пронзает меня, но затем тепло вспыхивает вдоль моего позвоночника.

Что, если я не хочу падать?

Тогда, маленькое солнце... не падай.

Не падай.

Эти искры загораются. Тают. Как воск свечи, оно переполняется и стекает по длине каждой ленты. Каждая полоска соединяется с золотом и теплом.

Потому что я больше не хочу падать. Я падала всю свою жизнь.

Поэтому в этот раз я не падаю.

Мои ленты соединяются в обжигающей вспышке света, и внезапно они больше не полоски. Они больше не струятся бесполезно. Нет, они соединяются. Формируясь во что-то другое.

Формируясь в крылья.

Слэйд отдергивает меня назад, когда они расправляются за моей спиной. — Аурин?

Я слышу его, даже сквозь ревущий ветер. Я улыбаюсь, когда слезы срываются с моих век.

Он дрожит вокруг меня. — Что...

— Все в порядке, — говорю я ему.

Потому что в этот раз все действительно хорошо.

Я цепляюсь за него так же крепко, как он за меня, а затем позволяю инстинкту взять верх. Он моргает в благоговении, когда мои крылья расправляются, разворачиваясь на полную длину. Это заставляет нас со Слэйдом дернуться в воздухе от изменения, но я сжимаю зубы и держусь.

Я повторяю те слова, которые Слэйд сказал мне так давно.

Не падай. Лети.

И я лечу.

Я двигаю крыльями, как двигала лентами, с врожденной знакомостью и легкостью. Они бьют по мчащемуся воздуху пустоты, тянут мышцы на моей спине, впиваются в хватку гравитации.

Пока наконец, вместо того чтобы опускаться вниз, мы со Слэйдом не начинаем подниматься вверх.

Вверх.

Вверх.

Мой желудок падает от смены направления, но я наклоняю голову, чтобы посмотреть вверх с острой, как бритва, сосредоточенностью. Каждая конечность напряжена, каждая мышца вдоль спины натянута.

Невидимые, жадные руки, кажется, пытаются выхватить нас из пустоты.

Но пустота не может забрать нас.

С решимостью, сжимающей мою челюсть и напрягающей позвоночник, я направляю нас быстрее, проносясь сквозь липкий туман, глаза щиплет, пальцы вцепились в Слэйда стальной хваткой.

А затем мы вырываемся из дымки.

Подобно дуге падающей звезды, мы взмываем вверх, а затем изгибаемся вниз, прежде чем врезаемся в землю. Наши тела перекатываются до остановки, Слэйд внизу, я сверху.

Мое дыхание тяжелое, мышцы спины кричат, но все это не имеет значения.

Слэйд сжимает мое лицо между своими дрожащими руками, его глаза так широки, что я вижу свое отражение в его зеленых радужках. — Я умер? — хрипло шепчет он.

Я качаю головой и сжимаю его лицо в ответ, наслаждаясь щетиной, которая царапает мои кончики пальцев. — Нет. Я вернулась, чтобы найти тебя.

Он делает разорванный вдох, полосами и кусками из разорванного сердца. Его глаза увлажняются, выражение лица трескается. А затем он говорит самым преданным, разрывающим сердце тоном: — Ты полетела, Золотая пташка.