Чтение онлайн

— Слэйд? — осторожно говорит Вик рядом со мной. Он не подходит слишком близко. Не рискует, чтобы моя разорванная связь пэюр набросилась на него.

— Я не могу, — снова говорю я, то же самое тяжелое признание, которое произнес несколько часов назад.

Моя мать приседает рядом со мной. Ее изящная рука гладит мои волосы. Я смотрю на нее горящими глазами и пересохшим горлом. — Как я могу? — спрашиваю я, хотя знаю, что она не ответит, даже если я отчаянно нуждаюсь в ответе.

Как я могу отпустить Аурин?

— В чем был смысл? — требую я, мой голос — яростное рыдание. — Какой во всем этом был смысл, если я просто должен был потерять ее?

Ее губы изгибаются вниз. Ее глаза наполняются слезами.

— Какой, черт возьми, был смысл? — выдыхаю я.

Моя мать поднимает руки, кладя одну на мое сердце, а другую — на сердце Аурин. На одно — разбитое, и на другое — неподвижное. Она не говорит, но ее глаза и прикосновение говорят о многом.

В этом. В этом был смысл.

Любить ее.

Напряжение в моих плечах наконец спадает, и я обмякаю, понурив голову в тяжелом страдании.

Я не могу отпустить ее...

Но дело не во мне.

Дело в том, чтобы почтить Аурин. Уважать то, чего она хотела бы.

И несмотря на то, что сделал Анвин, я видел это своими глазами в Лидии. Как люди смотрели на нее с почтением и преданностью. Как она двигалась по улицам с уверенностью в себе.

Анвин — дом Аурин, и я не могу забрать ее из него.

Когда я снова поднимаю глаза, из которых капают слезы, моя мать кивает и опускает руки. Я встаю на ноги, прижимая Аурин дрожащими руками.

Я с трудом сглатываю, хотя этот ком в горле никогда не уйдет.

— Она останется здесь, — тихо говорю я Вику, и обещание срывается с хрипом.

Я вижу облегчение, которое вытекает из скованности его позы. — Спасибо.

Вдох, который я делаю, тяжело завоеван, словно руки борются с веревкой, чтобы провести корабль сквозь бурю. — Но есть люди в Орее, которые заботятся о ней. Люди, которым нужно увидеть ее. Сказать... — Я с трудом выдавливаю последнее слово. — Прощай.

Вик кивает. — Я...

Громкий шум внезапно разрывает воздух, заставляя нас вздрогнуть.

— Что это было? — говорит Вик.

Мы оба смотрим друг на друга, а затем бежим вверх по склону. Когда мы добираемся до вершины, я смотрю на край Анвин. Туда, где Мертвые земли обрываются и мир заканчивается ничем, кроме дымки и пустоты.

Там, в тумане, притаился маленький мост.

Но... мост наводнен солдатами в красных доспехах. Еще фэйри вторгаются в Орею. Только нет, они не вторгаются, они...

— Они убегают от моста... — говорит Вик, а затем его глаза расширяются. — Горе. — Он внезапно разворачивается к группе внизу склона. — Бегите!

Наша группа не колеблясь подчиняется его команде. Они мгновенно разбегаются, включая мою мать.

— Это не Каменные Мечи, — объясняет Вик, пока мы наблюдаем, как торопливые шаги всех поднимают пыль. Затем наше внимание возвращается к солдатам. — Нам нужно бежать.

— Но почему они бегут? — спрашиваю я.

Вик не успевает ответить.

Тот треск, который мы услышали в первый раз, — ничто по сравнению с этим. Звук раскалывается, заставляя нас шататься, и я наблюдаю, как туман вокруг моста сталкивается, толчки складывают воздух.

Затем, в следующее мгновение, мост взрывается. Со вспышкой силы и ярко-синего света он исчезает.

Исчез. Просто... исчез, черт возьми.

Путь назад в Орею уничтожен.

Мои ноги почти подкашиваются от шока, пока я смотрю, а рядом со мной Вик таращится. Но мгновением позже земля прямо рядом с мостом начинает разрушаться и уступать дорогу. Земля падает и утягивает за собой убегающих солдат.

Страх пронзает мою грудь, когда мы с Виком одновременно понимаем, что происходит.

Мы поворачиваем и бежим.

Земля рушится, отваливаясь огромными кусками, сотрясая всю землю, пока она ревет, как гром. — Давай, давай! — кричу я Вику, и он работает руками, бежит быстрее и набирает скорость.

Вик оглядывается через плечо, видит, что я отстаю, и его карие глаза расширяются. — Быстрее!

Я чувствую, как земля дрожит. Слышу, как она ревет на меня, обрушиваясь. Но я прижимаю Аурин к себе и бегу так быстро, как, черт возьми, могу.

Но я недостаточно быстр.

Вик успевает взобраться на склон как раз в тот момент, когда земля уходит у меня из-под ног.

У меня есть доля секунды, чтобы посмотреть на Вика, а затем мы с Аурин...

Падаем.

ГЛАВА 61

В эфире прошла рябь.

Она заставила звезды повернуться и посмотреть.

Там, в пустоте, текла река. Одна из многих. Каналы, разветвляющиеся, ведущие к морям и небесам.

Но рябь исходит из одного маленького ручья — ручья, соединяющего две реки.

Рябь растет, усиливается, ручей плещется, а затем... он высыхает. Связь потеряна.

Звезды отворачиваются.

Ибо миры и соединения приходят и уходят. Эфир то прибывает, то отступает.

Существует так много рек и соединяющихся ручьев, что высыхание одного вряд ли имеет какое-то значение.

В конце концов, что ручьи для звезд?

И все же.

Одна звезда парит высоко-высоко. Далеко от других, которые смешиваются с текущими сферами. Потому что эта погасла. Покоющаяся в руках пустоты, ее огонь потушен, она сидит с десятками темных и затушенных.

Но когда все звезды снова обратили свое внимание на то, чтобы купаться в своем сиянии, эта начинает дрожать.

Дрожь набухает в воздухе, опускаясь вниз, вниз, к тем звездам, что горят. Достигая даже вод рек, пока дрожь не разбивается об их звездные поверхности.

Звезды поднимают свои сияющие лица. Наблюдают.

Ждут.

Пока сердце темной не вспыхивает.

Сначала одно пламя. Затем огонь разгорается. Горит. Излучая свет и затем становясь больше. Ярче.