Чтение онлайн

– О, удачи, - сухо сказала Лайла, в то время как Кэт сказала:

– Однажды он станет шеф-поваром, вот увидишь.

– Я никогда тебя не пойму, - сказал Коди, и в его голосе была только нежность.

– Коди не умеет готовить ничего сложнее овсянки, - сказала Кэт Жану, прежде чем обвиняюще ткнуть пальцем в Коди.
– Он почти так же бесполезен на кухне, как и Джереми. У Джереми есть личный шеф-повар. Какое оправдание у тебя?

– Лень, - без колебаний и стыда признался Коди.

– Вот почему ты такой низкорослый, питаясь хлопьями и едой на вынос, - решила Кэт.

Коди наклонился к Жану.

– Не слушай ее. У мамы рост четыре-десять.

Жан вытаращил глаза.

– Ты лжешь.

– Нет, смотри, у меня есть ее фотография.
– Коди наклонился в сторону, чтобы достать бумажник. На пластиковом клапане, где должны были находиться удостоверения личности, была фотография Коди и миссис Уинтер. Жан не был уверен, что было более ужасным: густые неоново-зеленые волосы, которыми Коди щеголял на фотографии, или то, что его мать была ужасно маленького роста. То, что Коди добрался до пяти футов пяти дюймов, было чудом природы, даже если это делало его третьими по росту в команде после Мин Кай и Эммы.

Жан бросил косой взгляд на волосы Коди, которые теперь были коротко подстрижены и окрашены в рыжий цвет, как у пожарной машины.

– Ты хоть помнишь, какого цвета должны быть твои волосы?

– О, блондин, - сказал Коди и улыбнулся Джереми.
– Натуральный блондин.

– Честно говоря, это многое объясняет, - сказала Кэт. Ее часы предупредительно запищали, и она с мелодраматичным вздохом сложила грязную посуду в коробку для завтрака.
– Клянусь, с каждым днем обед проходит все быстрее и быстрее. Мы готовы?

Они направились обратно на стадион небольшой группой. Кэт и Коди без умолку обсуждали предстоящее мероприятие, но Жан перестал слушать, когда понял, что они обсуждают одну из своих онлайн-игр. Джереми отбивал неровную дробь пальцами по обложке своего учебного пособия. На полпути к стадиону он решил посмотреть на Жана и спросить:

– Ты готов? Я имею в виду, пойти с Коди.

– Это более практичное использование моего времени, чем музей.

Кэт прервала себя, чтобы возмущенно воскликнуть:

– Я слышу!

– Джереми - ужасный компаньон, - сказала Лайла.
– В последний раз, когда мы пытались привести его куда-нибудь в культурное место, он почти сразу же исчез. Сказал, что идет в туалет, а в итоге задремал в кафе рядом с сувенирным магазином. Нам потребовался почти час, чтобы понять, что он не вернулся.

Джереми в ответ на ее обвиняющий взгляд оскалился.

– Если ты даже не скучала по мне, то ничего страшного.

Они вернулись одними из первых, и тренер Хименес уже ждал их. Он подозвал Жана и отправил его в медкабинет для быстрого осмотра. Сегодня дежурил Джеффри Дэвис, и тренер Реманн ждал вместе с ним. Жан молча терпел тычки Дэвиса, надеясь, что его уступчивое поведение заслужит благосклонность Реманна. Вместо того чтобы вынести вердикт, Дэвис просто махнул рукой и вышел из комнаты. Жан перевел взгляд с закрытой двери на свисток, висевший на шее Реманна.

– Твои товарищи по команде единодушны во мнении, что мы должны отправить тебя сегодня на тренировки, - сказал Реманн.
– Дэвис, кажется, считает, что физически ты готов к этому, но я хочу знать, что у тебя на уме.
– Он скрестил руки на груди и придвинул свой табурет поближе к Жану. Это была попытка поймать его взгляд, но Жан легко уклонился.
– Томпсон был достаточно неосторожен, чтобы признать, что динамика пойдет тебе на пользу, но я не хочу, чтобы нагружал себя, если собираешься навредить себе или другим.

– Да, тренер.

– Ты можешь сыграть сегодня как Троянец?

– Да, тренер.

– Ты можешь обдумать это, - сухо сказал Реманн.
– Я бы больше доверял тебе, если бы ты это сделал.

– Да, тренер.

Реманн изучал его. Чем дольше они сидели, тем больше Жан был уверен, что он сделал что-то не так. Или Реманн ждал, что он ответит снова? Жан взвесил возможные последствия, если заговорит без очереди, и решил, что лучше промолчать. В конце концов, Реманн раскололся первым.

– Когда у тебя первый сеанс с доктором... Добсон?
– он закончил немного неуверенно.

– Первая неделя августа, тренер, - сказал Жан.

– Вот что, - последовал усталый ответ.
– В прошлый четверг ты сидел на этом самом месте и сказал, что позвонишь ей. Как только вернешься домой, ты сказал.
– Он немного подождал, но Жан сидел молча и неподвижно.
– Мы можем сделать для тебя очень многое. Я хочу знать, что ты получаешь необходимую помощь.

Жан ухватился за единственное, что могло его спасти:

– У меня был неожиданный гость, тренер.

Лицо Риманна было непроницаемым.

– Нил Джостен. Из-за него у тебя неприятности?

Этот неисправимый кретин существовал для того, чтобы доставлять неприятности всем в радиусе тысячи миль, но Жан только сказал:

– Нет, тренер.
– Когда стало очевидно, что это недостаточно убедительный ответ, он добавил: - Я попросил его кое-что разузнать для меня, и он поделился результатами.
– Довольно простая ложь, поскольку это было основой того, что они сказали ФБР. Нил сказал Браунингу, что приехал в Лос-Анджелес, чтобы узнать, что Стюарту Хэтфорду удалось выяснить о…

Прикосновение горячих пальцев к запястью отвлекло его от опасных мыслей, и Жан, вздрогнув, посмотрел Реманну в лицо. Он заколебался, когда понял, что оставил на тыльной стороне ладони отметины в виде полумесяца. Он медленно ослабил хватку, и вскоре после этого Реманн отпустил его.

– И ты считаешь, что достаточно устойчив, чтобы выходить на корт, - сказал Реманн.

Это был не совсем вопрос, но Жан знал, что он в двух секундах от того, чтобы остаться на трибунах на весь день, если не вернет себе расположение Реманна.

– Это не повлияет на мою игру, тренер, - сказал Жан, поднося руку к виску. – Я – игрок Идеального корта, я всегда могу играть. Я не подведу вас. Пожалуйста, позвольте мне доказать это.

– Тебе не приходило в голову, что Идеального корта больше не существует?
– Спросил Реманн.
– Это была навязчивая мечта Мориямы, и, к сожалению, его больше нет с нами. Дэй отказался от своего места в нем, а Джостен занимал его всего несколько месяцев. Ты последний, кто остался в живых. Я не ставлю под сомнение твое мастерство или преданность делу, - добавил он, подняв руку, как будто искренне ожидал, что Жан начнет возражать, - но ты должен начать смотреть дальше своих ограниченных мечтаний. Если нет Свиты и Идеального корта, есть только ты, и ты должен позаботиться о себе. Ты должен научиться этому как можно скорее. Ты понял?