Александр СОЛОВЬЕВ
Шрифт:
Жар заставил его отпрянуть. Добравшись на четвереньках до середины камеры, он вновь припал к земле, выдохнул и сделал новый вдох, но вместе с угарным газом голова наполнилась дурманом. Зар вдохнул еще раз и боком, как краб, ринулся на дверь. Стиснув зубы, он ударил дважды в середину двери. Уже за первым ударом что-то отлетело с обратной стороны, а дверь отошла на несколько миллиметров. После второго удара в доске образовалась трещина.
Зар опасался делать еще вдох. Он мог потерять сознание и этим лишить себя возможности спасения. Повернувшись другой стороной и сменив ногу, он ударил еще два раза. Средняя доска разлетелась и огонь жадно метнулся в другую сторону.
Теперь огонь был не нужен. Ждать, пока он погаснет сам, было нельзя. Зар снова сменил ногу и ударил по второй доске. Отступи, пламя! Замахиваясь очередной раз, он осознал, что огонь не просто перекинулся в пространство тамбура, он действительно стал сжиматься.
Я смогу, подумал Зар.
Отступи! – приказал он. Уйди в камень, ты уже не нужен, ты сделал свое дело.
Он снова ударил, и доска разлетелась на искрящиеся щепки. Но образовавшийся проем был еще слишком узок, чтобы в него можно было протиснуться.
Зар развернулся и сел, подобрав обожженные ноги. Воздуха в легких уже не оставалось. Не мысль, а бессловесный посыл (само побуждение в чистом виде, не успевшее облачиться в слова) он швырнул в дверной проем, – это было последнее усилие, на какое он был способен.
И огонь исчез.
От него не осталось даже тления.
В камере тут же стало темно, но немного сумрачного света проникало сквозь образовавшуюся дыру из тамбура.
Зар приблизился к проему и осторожно сунул в него голову. Наклонившись как можно ниже, он медленно вдохнул. Воняло гарью, однако понизу еще полз воздух, богатый кислородом. Зар подышал им немного, а когда осознал, что дурман в голове не усиливается, стал выбираться наружу.
Оставшуюся доску он легко выломал рукой и отбросил подальше от входа. Она грохнулась, и произведенный ею звук сообщил Зару, что тамбур пуст.
Он чуть не свалился вниз: перепад между полом камеры и тамбур был больше, чем ему показалось сначала.
Зар несколько раз коснулся обгорелой рамы, но угли…
Они были не то, что бы слегка остывшими: они были совершенно холодны! Огонь отступил полностью, прихватив с собой все свои огоньки и искорки, и даже тепло окружающего воздуха.
Наконец он вывалился на пол тамбура. Позволив себе полежать несколько секунд, Зар поднялся на ноги. Шатаясь, подошел к тяжелому дубовому столу. Порыскал взглядом в полумраке в поисках воды, но воды не было.
Надо отсюда выбраться и постараться
Как быть? Выйти прямо сейчас на божий свет, чтобы тут же оказаться мишенью для стражников, которые находятся на территории караула, или ждать, пока вернется охранник, и затем попытаться завладеть его оружием, а потом... Зар обвел взглядом тамбур. Кроме его камеры тут есть еще три, и они закрыты. Кто там внутри? Преступники? Убийцы? Или те, кому не повезло – бродяги, оказавшиеся по воле случая в том месте, где им не положено находиться? Может быть, у них всех изуродованные, распухшие ноги, потому что здесь используют метод истязания ног для всех пленников, чтобы свести к нулю шансы на побег.
Если ты освободишь их, они могут оказаться хорошим подспорьем в драке с охранником, но может статься, что, выпуская на свободу жестоких разбойников, ты станешь уже полновесным преступником.
Черт, как же хочется пить! Ну, хоть бы каплю воды где-нибудь отыскать…
Зар подошел к одной из дверей и резким движением выдернул колышек, служивший засовом.
– Эй! – шепотом позвал он. – Кто тут есть? Выходи!
Но камера ответила молчанием. Зар постоял пару секунд, потом вытянул вперед руку и зажег огонь, не задумываясь о последствиях, которые может вызвать это зрелище.
Он осветил пустые стены с темными углами, но и по запаху можно было предположить, что здесь давно никого не было.
Зар перешел к другой двери, отворил ее, но и там никого не оказалось, хоть были некоторые признаки того, что здесь кто-то не так давно обитал: рядом со входом стоял пустой горшок. У соломы в углу был такой вид, будто недавно на ней кто-то лежал.
Зар открыл третью дверь, и тут на него набросился голый человек.
Потеряв равновесие, Зар полетел на стол. Если бы одна нога не запнулась о другую, то, вероятно, он раскроил бы себе череп о его угол. Но он повалился под стол, а человек, единственным одеянием которого была его борода, обрушился сверху.
На минуту Зар утратил способность дышать.
– С-с-с-с… – прошипел он, не в состоянии членораздельно выругаться.
У него все-таки хватило сил, чтобы отпихнуть дикаря, и тот свалился набок.
Зар вмиг оказался на четвереньках. еще толком не придя в себя, он двинул бородачу в бок и понял, что угодил куда надо, ибо тот взвыл, как сирена. У Зара внутри все похолодело, и он залепил бородачу такую пощечину, что голова того, мотнувшись, с глухим стуком ударилась о ножку стола, а крик тотчас прекратился.
– Сука… – выдавил из себя Зар, поднимаясь на колени. Он размахнулся, чтобы врезать дикарю еще раз, но тот уже не орал, а только слегка покряхтывал, испуганно поблескивая глазами. Зар медленно опустил руку. В сумраке лицо человека показалось знакомым, но теперь в памяти вертелись лица десятков бородачей, виденных в разных местах Аншана, и Зар не мог припомнить, где он встречал дикаря. К тому же контакт с угарным газом не прошел бесследно: в голове все еще стоял туман.
– Вот сука, – повторил Зар, поглядывая на входную дверь. Она была притворена, и через оставленную щель виднелась полоска двора. – Вот щас придет стражник и оттяпает тупую твою башку. Хочешь?
Встряхнув головой, Зар направился к двери, собираясь выглянуть во двор. Опершись на косяк, он посмотрел в щель. Над домами розовело вечереющее небо. Напротив виднелась арка – та самая, из которой он впервые разглядывал двор. Людей не было. Зар прислушался, но тут за спиной застонал дикарь.
– Да заткнись же ты! – цыкнул на него Зар. – Ты не видишь, я обстановку изучаю?
Стон утих, но из-под стола продолжало доноситься тихое пыхтение. Потом и оно прекратилось.
Зар снова прислушался, но со двора не доносилось ни звука. Он осторожно толкнул тяжелую дверь, и та со скрипом подалась. Свет проник в помещение и резанул по глазам. И в это время за спиной обиженный голос с легким южным акцентом спросил:
– Что такое «заткнись»?
11
Зар обернулся. Из-под стола, держась рукой за бок, выбрался Сраош.
Черт! Ну, дела! Вот так встреча! Откуда тут Митрин помощник?
Прежде чем ответить, Зар выглянул в образовавшийся проем. Никого. Он высунул голову, быстро оглядел двор. И там ни души. Словно вымерли все.
Зар обернулся и строго посмотрел на своего недавнего знакомого, которому минуту назад чуть не переломал ребра.
– Заткнись – это значит: не издавай звуков, – сказал он. – Ты зачем так громко орал?