Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Александр СОЛОВЬЕВ

Александр

Шрифт:

– Ти больно бил.

– Больно бил? Ха! Какого ж черта ты на меня прыгнул? Посмотреть надо было вначале, кто перед тобой. Слава богу, никто не услышал, как ты вопишь. Во дворе стражи нет. Но, если бы они там были, давно все сбежались бы на твои крики. А когда обнаружили бы нас не там, где нам сидеть надлежит, такого перца всыпали бы – на всю оставшуюся жизнь запомнили бы. Если бы вообще выжили. Сечешь?

Сраош кивнул. Он стоял, слегка наклонив голову, целомудренно закрывшись руками и щурясь от света. Вид у него был пристыженный.

– Ладно уж. – Зар смягчил тон. – Говори: откуда взялся? Митра сказал: тебя не тронули, потому что ты… – Он осекся, вспомнив, что Митра обмолвился о каких-то чудаковатостях Сраоша.

– Потому что самашетший, – завершил Сраош.

– Да ну! – Зар почесал отросшую на подбородке щетину, стараясь выглядеть удивленным. Ему не хотелось обидеть Сраоша: он казался неплохим парнем. – Так ты что, в самом деле себя таким считаешь?

– Нет. Не считаю. Это люди думать так из-за мой талант. Сраош кой-что уметь, но никто не понимать это…

– Ясно, – перебил его Зар. – Давай об этом на досуге. И так, почему ты здесь?

– Сначала стража меня отпускать, – печально произнес Сраош. – Они забрать тебя и ушли. Но Сраош потом приходить к ним. Сказал: Сраош видеть, явился Траэтаон, великий царь туран.

– Снова Траэтаон? Это ты обо мне, что ли?

Сраош кивнул.

– И что? – Зару уже хотелось расхохотаться, но он сдержал себя.

– Они прогонять. Но Сраош садиться среди двор и сказать, не уйти, пока тебя не отпустят. Тогда они схватить Сраош и поставить в тюрьма.

– Молодец, – похвалил Зар. – Это очень трогательно, если честно. Только зря ты так поступил, приятель. Почему со своим шефом не посоветовался? Ведь у меня теперь есть разработанная версия. – Зар перешел на шепот. Тут он осознал, что ситуация изменилась, а с ней потеряла смысл его версия, по которой он должен выдавать себя за делегата от северных волхвов. – М-да, кажется, я напрасно готовился и разучивал слова.

Пока он говорил, печальное выражение на лице Сраоша сменилось маской отчаяния.

– Эй, не кисни, браток, – сказал Зар. – Ты хотел как лучше и в камере сидел из солидарности. Только роль царя я все равно не потянул бы… Ты случайно не в курсе, что происходит? Где все?

– Наверно, они на казни, – ответил Сраош. – Сегодня Ханра казнить людей, который он привел с собой.

– И весь личный состав караула отправился в культпоход, – с некоторым сомнением заключил Зар. Так-то оно так, подумал он, но ведь караул есть караул, – и что же это за военные, если они побросали свои позиции без охраны только ради того, чтобы не пропустить зрелище.

– Митра не знает, что ты здесь, верно? – спросил Зар.

– Митра не знает, – подтвердил Сраош. – Если бы Митра знает, пришел бы к Сраош. А он не пришел.

– И давно мы с тобой соседствуем? – Зар сделал шаг навстречу Сраошу, глянул на ноги. Кровоподтеков видно не было. Слава богу, хоть своего пожалели.

– Вчера вечером прийти, – сказал Сраош. – Хотел тебя выручать.

– Да, я это уж понял. – Зар улыбнулся. – Ну что, браток, пора нам выбираться, да только вот… на мне-то хоть трусы есть, а ты – совсем голый. Что делать будем?

– Так ходить, – с готовностью ответил Сраош. – Мне к отцу надо. Он больной очен.

– Голым по городу ходить неприлично, – возразил Зар. – Даже если живешь в те времена, когда люди первые трусы еще не сшили. Народ увидит – шум поднимет. Женщины кричать станут. Дети перепугаются. Послушай, на той стороне двора чернеет арка. План такой. Сейчас выскакиваем и изо всей мочи туда бежим. Там, в самом конце, выход есть, а перед ним, справа, маленькая коморка. Недавно я оставил в ней совсем еще новый китайский костюм. Правда, шансов, что он еще там, почти нет, но мы все равно туда заглянем.

Сраош, продолжая прикрываться, подошел ближе к выходу и с любопытством выглянул во двор.

– А если там стража? – спросил он.

Зар хмыкнул.

– Слыхал, что такое элемент неожиданности? – спросил он и, дождавшись, когда Сраош отрицательно замотает головой, сказал: – Мы их как следует отлупим. Ты, главное, под удар не попади, понял? Это может быть опасно.

Он поднял руку и, сжав ее в крепкий кулак, потряс им.

У Сраоша во взгляде было сомнение.

– Ти говорить – они нам перец всыпали би. Что это значит?

– Всыпать перца – значит: надавать нам по шее. Но это произойдет в том случае, если ты станешь вопить, когда следует молчать. Тогда они нас услышат, мы потеряем элемент неожиданности и не сможем их победить. Понял?

Сраош кивнул.

– Не буду кричать, – сказал он.

– То-то, – удовлетворенно проговорил Зар. – Ну, тогда на старт, что ли.

Он не был уверен в удачном исходе вероятной драки. Чтобы подавить растущее беспокойство и поднять боевой дух, он старался говорить бодро. Если им со Сраошем не удастся прорваться, то на этот раз персы уж наверняка здорово разозлятся и не станут ждать суда.

Зар толкнул дверь. Она распахнулась, ударившись в стену.

– Пить хочет, – раздался позади голос Сраоша.

– Потерпи, скоро напьемся, – не поворачиваясь, бросил Зар и тут же выпалил: – Марш! – И ринулся вперед.

Бежать было легко. В животе сразу почувствовалась холодная пустота: в любой миг могли зазвучать крики и свист рассекающих воздух стрел.

Стена приближалась, а никто не кричал и не стрелял. еще пару секунд и Зар влетел в темноту прохода, развернулся, прижался спиной к стене. Забавно махая руками и широко раскидывая ноги, к нему бежал Сраош. Как ни был напряжен момент, Зар не удержался и прыснул в кулак. Тут же взяв себя в руки, указал Сраошу на противоположную стену. Достигнув арки, тот последовал примеру Зара и прижался спиной к стене напротив.

Зар бросил взгляд в коридор. Все двери закрыты. В конце светлеет площадь. Людей на ней не видно. Значит-таки, прав оказался Сраош: народ пошел на зрелище пялиться. Стало быть, популярны казни у персов. еще бы! Как-никак четыре с лишним десятка бедолаг жизни будут лишены. Шоу! Жуткое зрелище, небось. Что же с ними сделают? Распнут? А может, четвертуют?

Кивком головы указав Сраошу в сторону площади, Зар побежал. Босые подошвы соприкасались с брусчаткой беззвучно. Зар на бегу прислушивался. За дверями была тишина.

Поделиться с друзьями: