Чтение онлайн

comed of changing names to their ships (и /они/ пришли /на плаху/ = погибли

из-за изменения названий своих кораблей) — Royal Fortune and so on

(Королевское счастье и так далее). Now, what a ship was christened, so let her

stay, I says (а я говорю, как судно окрестили, так оно и должно называться:

«так позвольте ему оставаться»). So it was with the Cassandra as brought us all

safe home from Malabar (так было с Кассандрой, что доставила нас всех

целыми домой с Малабара), after England took the Viceroy of the Indies (после

того, как Ингленд захватил вице-короля Индии); so it was with the old Walrus,

Flint's old ship (так же было со Моржом = не менял также названия и Морж,

старый корабль Флинта), as I've seen amuck with the red blood and fit to sink

with gold (/который/, как я видел, пропитался весь кровью и чуть не потонул

от золота /на борту/; amuck — безудержно, бешено; fit to do something —

готовый сделать что-либо).'

quartermaster [`kwLtqmRstq] surgeon [`sq:Gn] christened [`krIsnd] amuck

[q`mAk]

Мультиязыковой проект Ильи Франка www.franklang.ru

234

'NO, not I,' said Silver. 'Flint was cap'n; I was quartermaster, along of my

timber leg. The same broadside I lost my leg, old Pew lost his deadlights. It

was a master surgeon, him that ampytated me — out of college and all —

Latin by the bucket, and what not; but he was hanged like a dog, and sun-

dried like the rest, at Corso Castle. That was Roberts' men, that was, and

comed of changing names to their ships — Royal Fortune and so on. Now,

what a ship was christened, so let her stay, I says. So it was with the Cassandra

as brought us all safe home from Malabar, after England took the Viceroy of

the Indies; so it was with the old Walrus, Flint's old ship, as I've seen amuck

with the red blood and fit to sink with gold.'

1. 'Ah!' cried another voice (воскликнул другой голос), that of the youngest hand

on board (самого молодого матроса на борту), and evidently full of admiration

(и явно полный восхищения), 'he was the flower of the flock, was Flint (он был

украшением семьи = пиратского семейства, этот Флинт = что за молодец этот

Флинт; flower — цветок, лучшая часть; flock — стадо, стая, семейство)!'

2. 'Davis was a man, too, by all accounts (Дэвис был фигурой также, по словам

всех = говорят, был не хуже),' said Silver. 'I never sailed along of him (я никогда

не плавал с ним); first with England, then with Flint, that's my story (/я плавал/

сначала с Инглендом, затем с Флинтом, такова моя история); and now here on

my own account, in a manner of speaking (а теперь вот /вышел в плавание/ за

собственный счет, так сказать). I laid by nine hundred safe, from England, and

two thousand after Flint (я отложил = заработал девять сотен /фунтов/ у

Ингленда, и две тысячи у: «после» Флинта). That ain`t bad for a man before the

mast (это неплохо для /простого/ матроса) — all safe in bank (все хранится в

банке). 'Tain't earning now, it's saving does it, you may lay to that (это не

зарабатывание сейчас, это сбережение делает это = дело не в умении

заработать, а в умении сберечь, можете мне поверить). Where's all England's

men now (ну и где теперь люди Ингленда)? I dunno (не знаю; dunno = don’t

Мультиязыковой проект Ильи Франка www.franklang.ru

235

know). Where's Flint's (где /люди/ Флинта)? Why, most on 'em aboard here (ну,

большинство из них здесь на борту; 'em = them), and glad to get the duff (рады

получать пудинг) — been begging before that, some on 'em (нищенствовали до

этого = на берегу, некоторые из них). Old Pew, as had lost his sight (старый

Пью, когда потерял зрение), and might have thought shame (и, следует думать,

/также/ стыд), spends twelve hundred pound in a year, like a lord in Parliament

(тратит тысячу двести фунтов в год, как какой-то лорд в парламенте). Where

is he now (где он теперь)? Well, he's dead now and under hatches (умер и лежит

в земле; under hatches — погребенный, заточенный, под палубой; hatch —

люк, дверца); but for two year before that, shiver my timbers! the man was

starving (но за два года до этого, — черт побери! — он умирал от голода; to

shiver — дрожать, колебать). He begged, and he stole, and he cut throats (он

просил милостыню, воровал, и он резал глотки), and starved at that, by the

powers (и голодал при этом, ей-богу: «/клянусь/ силами»)!'